– А как она выглядела?
– Она была старой, сухой, как скелет, со следами застарелой горечи и злобы на лице. Прямо настоящая ведьма. Именно такую тётку и представляешь, если пытаешься вообразить, как может выглядеть повелительница орды злобных тварей, обитающая одиноко в мрачном замке. Она была вся в чёрном, волосы её тоже были черны – хоть и была она старухой, седины на голове я не заметил. Они были у неё длинные и, кажется, запущенные. Да и сама она выглядела слегка неряшливо…
Ещё раз прокрутив в голове ту сцену, я не заметил, как глаза мои заслезились. Инсаэлия, увидев это, покрепче обняла меня и принялась гладить по голове.
– Ну-ну, Содэрик, дорогой, всё хорошо, любимый, всё хорошо…
Она пыталась меня успокоить, однако сама шмыгала носом и вскоре снова заплакала.
Ладно я – проливаю слёзы каждый раз, вспоминая ту женщину. Я сам убил её, я виделся с ней лично, я воочию наблюдал ту сцену – последние мгновения жизни женщины в чёрном, лично слышал её слова. Но почему плачет Инсаэлия? Она узнала обо всём лишь с моих слов – но даже рассказа хватило для того, чтобы она разрыдалась. Почему случай с той странной женщиной, незнакомой нам обоим, имеет такой сильный эффект на мне, и на ней, на нас обоих??
– Почему тебе жаль ту женщину? – спросил я. – Почему ты плачешь, Инсаэлия?
– Не знаю, – ответила она, всхлипывая. – Не знааааааю… Мне очень, очень грустно, когда я думаю о том, что ты мне рассказал.
И вот, сидя в лодке посреди ночного озера, мы обнимались и плакали вдвоём.
***
Замок трясло, что-то сыпалось с потолка, ревел сигнал тревоги. Камень сказал, что этот Замок парит в небесах – и я убедился в этом сам, когда заглянул в одно из окон, встреченных по пути – действительно, внизу можно было увидеть далёкую землю, а на уровне Замка проплывали облака!
Прорвавшись через толпы агрессивных человекообразных существ – они выглядели как люди, но имели серую и неестественно гладкую кожу, были худощавы и ростом превосходили людей, имели длинные руки, а во рту можно было наблюдать острые клыки – я столкнулся с тем, кого позже опознаю как Ва’эллемпир.
Он тоже имел сероватый оттенок кожи и был худощав и высок, но на этом схожесть с уродливыми полулюдьми заканчивалась – он имел длинные белые волосы (у полулюдей были короткие чёрные, растрёпанные), отливающие серебристо на свету, вытянутые остроконечные уши, глаза, казалось, не имели белков, были сплошного цвета – красноватого, а голова была слегка вертикально вытянутой, удлинённой.
– Срочно! Бей его, дружище! – прокричал Камень, висевший у меня на шее. – Это враг!
Ва’эллемпир удивлённо уставился на меня – кажется, наша неожиданная встреча застала его врасплох. Я быстро среагировал на призыв Камня и ударил мечом, нанося разрез сверху-вниз. Ва’эллемпир отпрыгнул назад, и благодаря этому смог защитить голову, удар пришёлся на левую сторону туловища – меч врезался в левую ключицу и рассёк плоть на левой стороне груди.
Ва’эллемпир вскрикнул от боли и бросился бежать. Я не стал его преследовать – Камень велел двигаться дальше, спешить.
Вскоре я добрался до помещения, которое и было главной целью нашего путешествия по Замку – это была просторная белая комната, и в ней находилось множество странных окон, в которых мелькали разные изображения. Сейчас я понимаю, что это были экраны, на которые транслировались изображения с камер, следящих за неким сражением внизу на земле – там развернулась целая баталия с огромным количеством участников, и с камер внутри Замка. В помещении находился только один человек – женщина в чёрном платье, с чёрными волосами, с чёрной (траурной?) вуалью на лице. Она была очень худой, кожа была невероятно бледной. Сквозь вуаль можно было видеть, что её глаза были густо обведены чёрным, и чёрной же была помада на губах.
Женщина направила на меня какой-то предмет – теперь я знаю, что это было стрелковое оружие – и Камень крикнул мне, чтобы я срочно отпрыгнул в сторону.
Я так и поступил, и в то место, где я только что находился, ударил луч. Он оставил выжженный след на стене – и, если бы там был я, этот след оказался бы на моём теле, луч прошил бы меня насквозь!
– Чёрт! – выругалась женщина – как ни странно, речь её была мне понятна, она говорила на языке моего родного мира!
Она вновь направила оружие на меня, нажала на кнопку на корпусе своего «лучемёта» – но ничего не произошло.
– В чём дело?! – недовольно взвизгнула женщина.
Она посмотрела на лучемёт, встряхнула его, вновь направила на меня, нажала на кнопку… и снова ничего не произошло.
Женщина прокричала чьё-то имя, зовя кого-то. Никто не ответил.