По вечерам мы собирались в просторной столовой, где проводили время за изысканным ужином. По всему помещению плыли приятные ароматы готовой еды, роботы-официанты подавали на стол, в кубках нас ждали прекрасные напитки – вина, другие крепкие напитки, соки, экзотичные отвары. За ужином с нами всегда присутствовала Рункис, мэр Итээрина, а также капитан судна. Для того, чтобы свободно общаться с ииташи, нам уже не требовались шлемы Костюмов – Камень создал для нас с Инсаэлией небольшие наушники, которые мы вставляли в ухо – и перевод звучал прямо в них. Камень в шутку сказал, что этот наушник называется «Вавилонская рыбка». Мы спросили, что это значит, но лишь усмехнулся и сказал не обращать внимание – эту шутку поймут не все, пояснил он.
Что касается наших реплик, их переводил для кошколюдов сам Камень, его голос лился с потолка – динамиками были оснащены почти все каюты на всех трёх суднах. Если те вдруг по какой-то причине выйдут из строя – то есть ещё многочисленные роботы, каждый из которых может быть использован Камнем как динамик.
Мы провели в пути двое суток. К тому времени мы пролетели над лесом, что находился на юг от нашего Замка, миновали горную гряду, что полукругом окружала всю данную местность – Итээрин, лес, холмы, на которых стоял Замок – и продолжили двигаться дальше. На юг и юго-восток – в этом направлении пролегал наш путь.
На пятые сутки перед нами выросли невероятно огромные горы, некоторые пики почти достигали уровня, на котором летели наши дирижабли.
– Эти большие горы напоминают мне ту, на которой находился Замок в прежнем мире, – сказала Инсаэлия, когда мы вместе стояли на верхней палубе у борта и любовались открывающимся видом.
Здесь было так же туманно и серо.
– Да, – вздохнул я. – Унылое было место.
– Но Замок был красивый, врать не буду.
Миновав горы, мы увидели внизу – благодаря съёмке роботов – маленькое опустевшее поселение. Роботы спустились ниже – и мы вскоре узнали, что поселение было разорено, домики разрушены, многие несли на себе следы пожара, а в земле можно было обнаружить истлевшие до костей трупы, трупы ииташи. Несколько роботов остались в том месте и провели исследования. Тем же вечером Камень рассказал о том, что они обнаружили.
– Все те ииташи, несомненно, столкнулись с насильственной смертью. Изучив местность и трупы, я могу с уверенностью сказать, что на поселение напали бродяги-разбойники – они его разграбили, поиздевались над местными, затем разрушили и сожгли дома, и убили сельчан.
– Отвратительно, – Инсаэлия сурово сжала кулаки и нахмурилась. – И это происходило совсем недалеко от нас! А мы даже ни сном ни духом. Почему эти селяне остались жить здесь – они могли бы отправиться в Итээрин и поселиться в городе.
– Друг Инсаэлия, ты ошибаешься. Это для нас этот путь кажется лёгким и прямым – мы же летим по небу. А для ииташи это был бы путь по земле – а перед ними горная гряда с крутыми скалами и высокими пиками. Очевидно, что они не смогли бы преодолеть эту преграду. Возможно, они даже и не знали о существовании Итээрина на севере от этих земель. Вероятно, они жили в этом месте несколько поколений, отрезанные от остального мира, и совершенно не ведали о том, что творится вокруг. Загнав себя в эту горную местность, они словно оказались на краю земли – и в ловушке, из которой уже не могли выбраться.
Следующие несколько дней под нами проплывала сплошная равнина. Иногда можно было наблюдать местных животных – они напоминали земных лошадей, или диких родственников коров – стадами они перемещались по равнине, пожирая всю растительность на своём пути.
Затем появилась река, мы пролетели над ней, а затем наткнулись на кочующий… э, «табор»? – вероятно, это можно назвать так? – табор бродяг. Множество ииташи брели пешком, а косматые местные аналоги лошадей тянули за собой с десяток-другой повозок. На ииташи были накидки-пончо и широкополые шляпы, при приближении картинки с камеры роботов, можно было заметить огнестрельное оружие, что имел при себе почти каждый бродяга.