Орехов глядит на стопку уже посеревших досок, приготовленных для отделки, и злится. Развал уже надоел. Пора плюнуть на все побочные заботы и сосредоточиться на строительстве, хотя бы израсходовать завезенный материал, пока не сгнил или не растащили.
Плохо, что нет опыта. Самый лучший вариант доделать дачу – продать и приступить к следующей, – она будет и дешевле, и удобнее, и практичнее. Пока приходится исправлять на ходу свои же ошибки, ни об экономии, ни о качестве, ни о скорости думать нечего. А нервов сколько! Но психовать некогда и бесполезно. Нервы – не гвозди, их не выпрямишь, не прикупишь у знакомой кладовщицы, не позаимствуешь.
Орехов переодевается и до обеда без перерывов то пилит, то колотит. Только несподручно одному.
К двум часам он подъезжает на объект. Ребята уже прибыли, молодцы, не опоздали, сидят на лавочке, аккуратно одетые, приятные молодые люди, не стыдно и на люди вывести.
– Привет, орлы! Как настроение?
– Кони сытые, бьют копытами, – рапортует Славик.
– Ну и хорошо. Политика наша будет такой: я утром подумал и решил не показываться заказчику без вас, чтобы не выпячиваться. А теперь кто-то из вас, – Орехов делает вид, что задумывается, на самом же деле он давно сделал выбор, – хотя бы ты, Вячеслав, берешь на себя руководство. Только учти, ты не Геной должен командовать, он знает не меньше тебя, ты должен руководить работами и вести все переговоры с местным начальством.
– Понятно, Генашей командовать не разрешается. А жаль.
– Острить будешь потом, а пока слушай. Держись с достоинством, но не наглей. За первые два-три дня постарайся сделать выводы, определить, что за люди, с которыми тебе придется работать, и уже в соответствии с ними строй свое поведение.
– А мне кого из себя строить?
– Кого угодно, Геночка, лишь бы делу не вредило.
– А если мы все-таки не тех будем строить, и нас раскусят?
– Нежелательно, конечно, но не смертельно, – успокаивает Орехов и продолжает наставлять Славика: – На одном объекте ошибешься, на другом есть возможность исправиться. Наладка тем и хороша, что объекты меняются, а ты остаешься, и накопление опыта происходит не так болезненно, как, например, на заводе. Там, допустим, повел себя с начальником или даже с подчиненными несоответственно, позволил подмять себя, а это с каждым может случиться, так и останешься под ними надолго, выкарабкаться уже трудно, легче сменить работу. А здесь проиграешь первому, проиграешь второму, с третьим сможешь бороться на равных, а там, глядишь, и сам будешь ими помыкать.
– Это он с удовольствием.
Но Орехов, словно не замечая укола, продолжает:
– Правда, не всегда надо стараться взять верх – иногда, особенно если заметишь, что заказчик с гонором, можно для видимости смириться, позволить ему думать, будто он всему голова, даже разрешить ему выдавать твои идеи за собственные, только нужно знать, какие идеи ему подкидывать. Понятно я говорю?
– Понятно, понятно, – спешит согласиться Славик.
Гена молчит. Заело парня. Деревенские – они обидчивые. Ничего, злее будет. Орехов еще даст ему возможность отличиться.
Выдвинув Славика вперед, они идут к начальству, потом осматривают оборудование. Проверяют тщательно. Орехов не вмешивается, но для себя отмечает все, что предстоит доделать. Работы много, хватит до осени, но пока ребятам делать почти нечего, разве что изредка приходить для контроля и консультаций.
– Ну как, шеф, какие будут указания? – спрашивает Орехов у Славика, когда они остаются втроем.
– Да есть некоторые замечания.
– По-моему, тут конь не валялся, – заключает Гена.
– Работы воз, и вы – молодцы, что не спешите с выводами и не спорите при посторонних. Зарубите себе на носу, что все внутренние споры заказчик не должен знать, идите в гостиницу и там спорьте хоть до драки, но при нем ни гу-гу. Его интересует единственное мнение. Это как у врачей, они же никогда при больных не дебатируют по поводу диагноза, а вы тоже врачи, только для техники. Понятно?
– Понятно.
– А сейчас ты, Славик, пойдешь к энергетику и скажешь, что к концу недели мы выдадим дефектную ведомость. В принципе, я могу написать ее прямо здесь, но вам от этого толку мало. Пишите сами, а я проверю, и что пропустите – подскажу. А теперь поехали на дачу.
По дороге он заезжает в магазин взять продуктов и вина. Хозяин должен быть хлебосольным хотя бы в первый день, да и поговорить есть о чем. Вино покупается только для парней. Хотя и самому не мешает расслабиться, но впереди ямщицкая работа.
– Вот и мой дворец. Гена, поди опять скажешь, что и здесь конь не валялся.