Тэлли поднялся, извинившись.
— Мне надо пойти к матери, — сказал он Макферсонам. — Пожалуйста, угощайтесь. Я через минуту вернусь. — И направился к двери.
— Эй, Тэлли! — тихо позвал его Дэйвид, и тот поднял руку в грустном приветствии.
Тэлли проводил Дональду с Гэлом в маленькую комнату для конференций, так как, когда обед был закончен, все разбрелись по гостиной, холлу и бару. Оставив мать и отчима с братом, Нелл принесла кофе Макферсонам и подсела разделить с ними компанию. Флора заинтересовала ее, несмотря на то что ей сразу не понравилось то, что Тэлли пригласил их.
— Вы живете рядом с хозяйственным магазином в деревне, верно? — спросила она у жены рыбака. — Сколько вы там уже прожили?
— Пять или шесть лет, — смущенно ответила Флора. — Мак его купил после того, как продал лодку.
— А дети у вас есть? — поинтересовалась Нелл, у которой не было новых религиозных запретов, возникших у Тэлли.
По лицу Флоры пробежала тень, и Нелл пожалела сразу же, что задала такой вопрос.
— Нет, тут нам нет удачи, — ответила женщина. — А вы и ваш брат — не обзавелись семьей?
— Нет. Я считаю, что нам там не было удачи, — произнесла, улыбаясь, Нелл. — Но еще рано на нас ставить крест.
— А в этих местах многие женятся очень молодыми, — покраснев, пояснила Флора. — Я не хочу сказать, что вы люди конченые и никому не нужны.
— Как грязный горшок, вы хотите сказать?
Флора засмеялась низким, мелодичным смехом, который был и заразительным, и сексуально привлекательным:
— Нет, думаю — вроде топляка.
Нелл подумала над ее ответом и кивнула.
— Да, топляк приятнее. Я больше похожа не на грязную тарелку, а на обломок от кораблекрушения. В любой день может прийти кто-то и заменить меня, а потом взять меня к себе в дом.
— А где ваш дом? — спросила Флора.
— Ну, я думаю, что он был здесь, — ответила Нелл.
— Нет, я имею в виду — откуда вы? — И Флора снова покраснела. Беседуя с малознакомыми людьми, она чувствовала себя неловко.
— Как вы с Лисмора, вы это хотите сказать? Я родилась в Глазго, но мы очень скоро переехали в Лондон. Но я хотела бы родиться на Талиске.
На это Мак затряс головой, впервые вступая в беседу. Вплоть до этого момента он сидел молча, словно его здесь и не было.
— Вы такого сделать не сможете!
— Сделать — что? — спросила Нелл, удивленная его странной репликой.
— Приехать сюда и считать себя здешней. Так не получится. Народ это никогда не примет. — Мак сделался красным от этого усилия, а также от смущения за свой вклад в беседу.
Нелл несколько раз сглотнула, размышляя над его словами. Реакцию Мака можно было предвидеть, но почему-то для нее сказанное явилось неожиданностью.
— Что же, может, вы и правы. В таком случае, мы просто-напросто должны быть людьми из ниоткуда.
— Можно к вам присоединиться?
Нелл была благодарна, что появился Алесдер и сел рядом с ней, дружелюбно кивнув Маку с женой.
— Этого вкуснейшего омара вы поймали, мистер Макферсон? — спросил он. — Тэлли говорил мне, что вы собираетесь снабжать моллюсками отель?
— Да, если смогу, — подтвердил Мак.
— Это хорошо придумано, как ни посмотри, — разъяснила Нелл. — Маку не нужно в Оубене платить налог за гавань, а нам не надо платить перекупщикам. — Она довольно многозначительно улыбнулась Маку: — Может, мы не здешние, но очень полезные, верно?
Алесдер отпил кофе из чашки, которую принес с собой.
— Я видел, вы разговаривали с путешественниками этим утром внизу в лагере, когда я проезжал, — сообщил он Маку. — У вас не было с ними никаких неприятностей, между прочим?
На лице Мака выразилась настороженность:
— Неприятности? Почему я должен иметь неприятности?
Алесдер пожал плечами:
— Потому только, что их так много, а вы один. И вам нужно каждый день проходить через лагерь.
— Да, но я не обращаю на них внимания, — сказал Мак. — Они меня не беспокоят, а я их не беспокою.
— Полагаю, вы можете даже время от времени иметь с ними дело, — мягко добавил Алесдер.
«Как-то уж очень вкрадчиво, — подумала Нелл. — На что этот хитрый юрист намекает?»
— Что вы имеете в виду? Сделки? — Указательным пальцем Мак ослабил воротник у шеи.
— Я видел, что вы брали деньги у одной из женщин. И я предположил, что вы продали излишек улова. Кажется, идея хорошая. И, во всяком случае, тем детям перепадет какая-то свежая еда.
— Ага, — согласился Мак, и лицо у него приняло спокойное выражение и перестало гореть. — Я продаю им, что не смог продать здесь или в Оубене. Иногда крабов и кальмаров, которые попадают в ловушки для омаров.