— Богиня уничтожила ее, — сказал Бэнкрофт, не реагируя на злость Трента. — Выманила ее обещаниями и бросила, когда та нуждалась в ней больше всего. Она настоящая сука, вот она кто. Богиня, не твоя мать. Нас не должны наказывать за наши слабости. Она дала их нам.
Мои ноги нашли удобное место среди обломков, и я осторожно переместилась за картотечный шкаф. Бумаги, застрявшие в нем, трепетали на резком ветру, загораживая мне вид. Почти достаточно близко… Если бы у меня было больше одного выстрела, я бы уже воспользовалась случаем.
Но затем глаза Бэнкрофта нашли меня, и я замерла, наполовину спрятавшись.
— Ты привел свою козу! Молодец! — закричал он. — Приведи ее к огню, и мы вместе перережем ей горло.
— Святое дерьмо! — воскликнула я, поднимая свой пистолет, когда Бэнкрофт бросился ко мне — его движения были дерганными, поскольку он искал свой огромный нож, до настоящего времени спрятанный в складках его одежды. Дженкс превратился в туман из пыльцы между нами, и я нажала на курок. Как злодей в фантастическом фильме, Бэнкрофт махнул рукой, и шарик взорвался в трех футах от него.
Ахнув, я пригнулась обратно, уклоняясь от брызг горячего заклинания. Я быстро сунула пистолет в шкаф с бумагами, прежде чем он взорвет остальные заклинания в обойме и вырубит меня моим собственным оружием.
Трент закричал, и Дженкс выпустил черную пыльцу, когда меня неожиданно дернули назад, и я упала в укрытие ФВБ. Широко раскрыв глаза, я уставилась на Трента.
— Стреляй в него, — воскликнул Эдден над моей головой, и я встала на ноги, когда винтовка с тихим хлопком выстрелила дротиком. Задержав дыхание, я смотрела, как Бэнкрофт пригнулся, чтобы уйти от него.
— Неверующие! — заорал он, явно не пострадав. — Вы склонитесь и умрете под ее силой! Она идет! Она идет!
— О мой бог… — выдохнула я, когда Бэнкрофт подбежал к обрыву и широко раскинул руки, стоя лицом к Цинциннати. Его силуэт четко вырисовывался на фоне яркого света. Он собирался прыгать!
— Она идет! — закричал он, и вдалеке заработала сирена, потом еще одна.
Лицо Трента было бледным, Эдден хмурился, стоя над мужчиной с клавиатурой.
— Как раз этого нам не хватало, — проворчал мужчина. — Волна. По крайней мере, мы знаем, что она направляется к нам.
«Потому, что она идет за мной». - похолодев, я посмотрела мимо Бэнкрофта на горизонт. В воздух поднималось все больше сирен, к ним присоединялись церковные колокола.
— Она идет! — орал Бэнкрофт, его мантия упала на локти, когда он затрясся на краю обрыва.
— Капитан, можно мне передвинуться вперед для лучшего выстрела? — спросил человек с винтовкой для дротиков, и Эдден кивнул. В тот же миг он медленно двинулся вперед, скрываясь с тактикой городской гориллы. Трент провел рукой по лицу, вздрогнув от ощущения щетины.
— Рэйчел, я не знаю, что он станет делать, если эта волна ударит его.
— Он убьет себя, — сказал Лэндон, и я развернулась, забыв об этом мерзком человеке, пристегнутом к упавшей системе пожаротушения. — Молись, чтобы тот, кто вытягивает мистиков из твоей линии поймал их прежде, чем они достигнут Бэнкрофта, иначе он возьмет нас с собой.
У меня внутри все сжалось. Если я использую магию, я убью нас быстрее.
— Он пытался их спасти, — сказал Лэндон, подбородком указывая на Бэнкрофта. — Он собирался поместить их обратно в линию, чтобы «Свободные вампиры» не могли использовать их для усыпления немертвых. Но все пошло не так. Они не оставили его, и теперь он сошел с ума.
— Здесь! — кричал сумасшедший. — Мы здесь! Присоединяйтесь к нам!
— Я говорил, что это плохая идея, — сказал Лэндон, нить удовлетворенности, пронизывающая его, заставила меня решить, что он лжет. — Нельзя говорить с божеством и выжить.
Но я говорила.
— Трент! — закричал Бэнкрофт, разворачиваясь к нам. — Приведи свою козу! Это твоя судьба! Ты должен загладить вину за то, что твоя мать отказалась делать!
Простите?
Глядя на Бэнкрофта, Трент взял меня за локоть.
— Даже не думай использовать меня как способ к нему подобраться, — пробормотала я.
Хихикая, Бэнкрофт развернулся обратно к обрыву, и, танцуя, стал совершать странные движения, размахивая руками над головой, словно мог летать.
— Она идет. Она идет!
— Рэйч, посмотри на это! — воскликнул Дженкс, и мои губы раскрылись. За спиной Бэнкрофта парило мерцающее облако. Оно плыло под нами, ровно над верхушками зданий Цинци. За искажением возникали маленькие вспышки от магической осечки, но сирены минимизировали ситуацию. Я видела такое облако в прошлый раз на мосту, и мой страх сжался в твердый комок. Мистики.
Эдден пожевал нижнюю губу, глядя на Бэнкрофта на краю и своего человека, медленно продвигающегося к нему.
— Эдден отзывай своего человека, — прошептала я, мое лицо похолодело. — Если Бэнкрофт сделает какую-нибудь магию под этой волной, она даст осечку! Я смогу нас защитить, но только если он не там. Верни его сюда. Быстро!
— Отбой! — закричал Эдден, отчаянно жестикулируя. — Ньюман, возвращайся сюда!
— Пыльца! — закричал Бэнкрофт, разворачиваясь к пролому, когда начало волны засверкало над ним. — О Боже! Останови это!
«Он хочет себя убить», — поняла я, и когда Ньюман побежал к нам, я дернула Трента ближе.
— На землю, Дженкс! — закричала я, а затем заключила всех, до кого могла дотянуться в круг, прежде, чем волна ударит по нам. Я почувствовала, как моя сила резко поднимается и окружает бегущего офицера, и упав на колено, пробудила круг. Барьер толщиной в молекулу поплыл вверх, разветвляясь об сотни проводов, сотнями способов к тем, кого знал. Я молилась о том, чтобы мистики к ним не относились.
— Останови-и-и-те это! — выл Бэнкрофт.
А потом волна ударила по нам и, словно искрящаяся мелодия, поднялась через меня со звуком крыльев. Мою кожу стало пощипывать, и Трент пораженно уставился на меня. Я знала, что моя аура искрится ими. Глаза Богини, ее мистики, были над нами.
— Мне так жаль, — прошептала я, не зная почему, а потом я пригнулась, когда заклинание Бэнкрофта дало осечку. Он закричал, его пронзительный крик резко перешел в бульканье, поскольку его легкие расплавились, и я прикрыла уши, стараясь его не слышать.
В нас ударила дикая магия, ползая по поверхности моего круга в поисках пути внутрь. Мое сердце забилось быстрее, когда она нашла отклик в моем ци, и у меня возникло новое ощущение усиков, ищущих меня. «Пожалуйста, нет», — подумала я, чувствуя, как нечто такое же, пытающееся пробраться сквозь мой круг, с дрожью проснулось уже во мне. Тысячи глаз развернулись, восставая в гневе, узнав меня.
«Держитесь от меня подальше», — молила я, зная, что их привлекала моя аура, заставляющая их думать, что я являюсь обратной дорогой к ней. Если они проникнут внутрь, это привлечет заклинание Бэнкрофта к моему кругу, и они остались на месте, усиливая его чары из-за своего отказа сдвинуться. Над нами танцевал огонь, мир горел и воздух стал теплым. По слою Безвременья, защищающему нас, катились искры. «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пусть нас не увидят», — думала я, пока горел пол, и изнутри меня — через путь, открытый резонансом между мной и моей линией — я услышала издевательский смех.
«На этот раз», — язвительно произнесла Богиня, ее голос был чистым, как вода в хаосе моих мыслей.
Трент дернулся от меня, раскрыв рот и с потрясением в глазах. Потом он вскинул голову, когда безумная дикая магия метнулась прочь, привлеченная ощущением чего-то более яркого, чем моя аура.
Задыхаясь, я позволила кругу упасть. На один удар сердца наступила тишина, а потом раздался шипящий звук включившейся системы разбрызгивателей. Я подняла взгляд, на этот раз радуясь, что потолок превратился в изогнутые развалины и мы все еще были сухими. Я откинулась назад, прижав колени к подбородку, и переводила дыхание. Запах жженого пластика постепенно исчез, и я услышала, как люди двигаются в очень горячем, невероятно влажном воздухе. Была ли она святой или просто силой природы, но было, очевидно, что Богиня была реальной. Ее мистики открыли канал. Я снова услышу ее в своей голове, когда ее мистики начнут меня искать. Трент тоже ее услышал.