Поэтому она называла это просто медитацией и не позволяла тьме возобладать над ней. И иногда, тихо и незаметно навострив уши, она слышала то, чего не должна была слышать.
Карал, её "опекун" на эту смену, разговаривал с женщиной по имени Сарта, когда Наоми полировала палубу экипажа неподалеку. По правде говоря, корабль был достаточно новым, чтобы в этом не было необходимости, но это была работа. Крылья, который первым выслеживал её на Церере, вышел из своей каюты в форме марсианского флота. Наоми видела из-под своих волос, как Крылья смотрит на Карала и Сарту, стоящих вместе. Вспышка ревности прошла по его лицу, ревности, неизменной с тех пор, как человечество слезло с деревьев.
— Всем привет! — сказал Крылья, намеренно растягивая слова. — Зацените! Я марсианин, са-са? Че там, как там?
Карал хмыкнул, а Сарта глянула на него с досадой. Крылья шагал по узкому проходу, нарочито раскорячившись. Наоми посторонилась, давая ему дорогу.
— Тебе больше заняться нечем? Только в переодевашки играть? — поинтересовалась Сарта.
— Ты особо не раскатывай, — осадил его Карал. — Слышал, сначала мы забираем пленных. Лиано, он отсылал что-то такое на Цереру. Лучевым передатчиком. Что-то про пленных.
— Я слышал немного другое, — ответил Крылья, торопясь и обращаясь скорее к Сарте, чем к Каралу. — Я слышал, там только один пленный. Сакаи. И даже это... — Он пожал плечами.
— И даже это? — повторила Сарта и пожала плечами, передразнивая его движение. Крылья вспыхнул от гнева.
— Все знают, как это бывает, — ответил Крылья. — Иногда обреченным говорят, что они выживут. Карал, ты же в курсе. Как с Эндрю и Чучу. Сначала твердят, что помощь уже на подходе, а потом... ах, простите, нам так жаль.
— Они умерли солдатами, — ответил Карал, но стрела попала в цель. Это было заметно по тому, как сжались его кулаки, как застыли уголки его губ. А затем, будто внезапно осознав свою ошибку, он бросил взгляд на Наоми. Она старалась выглядеть равнодушной и скучающей, сконцентрированной на тонком шпателе в своей руке, которым заделывала шов в палубе. Нахлынувший поток умозаключений никак не отразился на её лице.
Сакаи звали нового главного инженера на Тихо, и если речь шла о нём, значит, он один из людей Марко. И его схватили, иначе они не называли бы его пленным. Она сдула прядь волос с глаз, перешла к новому шву и начала заново.
— Вернись к работе, ладно? — сказал Карал.
Крылья хмуро глянул на него, но всё же отправился обратно в каюту выполнять поручения. Карал и Сарта вернулись было к заигрываниям, но момент был упущен, и вскоре Карал и Наоми опять остались коротать время вдвоем.
Пока она работала, раз за разом вдавливая пластик в швы и выковыривая всё, что там собралось, она пыталась уложить новую информацию в уже построенную ею схему. Марко надеялся, что она приведет "Росинант" с собой на Цереру. Но Сакаи знал, что корабль требует ремонта, и должен был передать эту информацию руководству.
Она думала, Марко нужен ее корабль из-за того, кем и чем была она. И, возможно, отчасти так и было. Но, может, на самом деле он просто хотел лично владеть кораблем, который не был бы неожиданностью на станции Тихо. Для чего — она не понимала. С тем, как он умел строить один план внутри другого, он мог найти с полдюжины применений для "Роси" и для неё. И ещё возникал вопрос, был ли в опасности Сакаи. Они опасаются, что Фред казнит его? Возможно. А возможно, дело в чём-то другом.
Как бы то ни было, теперь у неё появилось больше информации, и, как погнутый замок на ящике с инструментом, это давало ей новые варианты, которых не было раньше. Она задумалась, что Джим, Амос или Алекс стали бы делать на её месте, что они могли бы извлечь из этой информации или как её использовать. На самом деле, чисто академический интерес, поскольку она знала, как с этим поступила бы Наоми Нагата, и никто из них не стал бы действовать так же.
Закончив с палубой, она бросила шпатель в переработчик, встала и потянулась. Позвоночник и колени болели из-за давления гравитации, и ей очень хотелось бы, чтобы они слегка поторопились, куда бы они ни шли. Это не имело значения.
— Пойду в душ, — сказала она. — Скажи ему, что я хочу поговорить.
— Кому ему? — спросил Карал.
Наоми приподняла бровь: