Она продолжала говорить, но Холден уже схватил свой ручной терминал. Костяшки болели, и ему пришлось заставить себя перестать сжимать устройство. Он отправил запрос на связь Драммер. Сердце выскакивало из груди, и ему казалось, что он падает, как если бы спускался по крутому склону и оступился. Моника тихо материлась под нос. Звучало как молитва.
Если запустить реактор при неисправной ловушке, "Росинант" погибнет за доли секунды. Станция Тихо может и выживет. Хотя бы какая-то её часть.
— Драммер, — отозвался его ручной терминал. — Чем могу помочь, капитан?
— Вы запустили реактор? — спросил Холден.
Драммер молчала где-то полсекунды. Ему казалось, прошли годы.
— Да, сэр. Уже шестьдесят процентов, и пока всё прекрасно.
— Вырубайте, — сказал Холден. — Вырубайте немедленно.
Повисла тишина. "Не спрашивай, почему, — думал Холден. — Не спорь и не проси объяснить. Пожалуйста".
— Готово. Сердечник сброшен, — сказала Драммер. — А теперь могу я спросить, в чём дело?
Глава 34: Алекс
"Не запускайте реактор без перезагрузки аппаратных драйверов из проверенного источника. Если вы слышите это сообщение, пожалуйста, ретран..."
Сообщение оборвалось.
— Нужно переслать это, — сказал Алекс. — Нужно переслать это Холдену.
— Я позабочусь об этом, — сказала капитан. — А вы с премьер-министром должны эвакуироваться. Прямо сейчас.
Алекс растерянно посмотрел на неё. Наоми была на одном из атаковавших их кораблей. На "Роси" была совершена диверсия. Он чувствовал что-то похожее на то, что бывает, когда мир замирает на миг между ударом в голову и вспышкой боли. Первой мыслью, которая пришла ему в голову, была почти бессвязная, иррациональная мысль о том, что если Наоми за них, то, может, всё ещё не так и плохо.
— Мистер Камал?
— Нет, я в порядке. Просто...
Премьер-министр Смит посмотрел на него, его кроткий, безобидный взгляд казался совершенно неуместным.
— Это что-то меняет для нас?
— Нет, — сказал Алекс. — Я просто... нет. Нет, мы должны идти. Погодите. Бобби...
— Канонир Драпер знает, куда вы пойдёте, — сказала капитан Чоудхари. — Я прослежу, чтобы она не заблудилась.
Они двинулись к автоподъёмнику с двумя десантниками спереди и сзади. На мгновение Алекс ощутил, как автоподъемник подтолкнул их в сердце корабля. Потребовалось всего несколько секунд, чтобы скорости сравнялись и он вернулся в невесомость, но этого было достаточно, чтобы мозг стал считать одно направление низом, а другое — верхом. Подъемник был достаточно широким, чтобы втрое увеличить нагрузку. Десантники стали у двери, готовые столкнуться с возможной опасностью. Премьер-министр занял место сбоку от них, чуть прикрывшись таким образом. Никто не прокомментировал это. Это просто произошло. Влияние политической власти сказывалось и на позициях в лифте.
Наоми была здесь. Прямо тут. Может быть, на расстоянии менее десяти тысяч километров. Казалось, он повернет за угол, и она будет там. Но это, конечно, было не так. Даже битва в ближнем бою означала расстояния, которые были огромны в любом другом контексте. Если бы корабль был прозрачным, вражеские суда были бы видны только своими приводами — светящимися точками в небе, полном таких точек. "Пелла" была от него на таком же расстоянии, как Бостон от Шри-Ланки, но в пересчёте на огромные масштабы Солнечной системы расстояние можно считать мизерным.
— Вы думаете о своём друге, — сказал Смит.
— Да, сэр, — ответил Алекс.
— Вам известно, как она могла оказаться на "Пелле"?
— Я не знаю, почему она не на "Росинанте". И, без обид, мне интересно, зачем я сам сошёл с корабля. Чем дольше меня там нет, тем хуже кажется идея оставить его.
— Я думаю то же самое о моем доме, — сказал Смит.
Один из десантников, что был выше и с неряшливым и невыносимым акцентом, заметил:
— Вы должны спрятаться за укрытием, сэр. Нам придётся пройти через территорию, которая нам не подконтрольна.
Он имел в виду, что враг уже отрезал им путь к ангару. Алекс прижался к стене, на которую премьер-министр не претендовал, и закрепился. Подъёмник замедлился и всё, что было внизу, поднялось, затем даже эта слабая гравитация вновь исчезла. Десантники отступили, подняли оружие, и двери открылись. Спустя бесконечные полсекунды они вышли в коридор, Алекс и премьер-министр последовали за ними.
Коридоры корабля были пусты, экипаж был пристёгнут к своим койкам, ведя битву или обеспечивая их компании безопасное продвижение на корму. Десантники по очереди двигались от дверного проема к развилке и к дверному проему снова. Расстояние за ними увеличивалось с каждым прыжком, и Алекс опасался, что одна из дверей распахнётся и враг отрежет его от охраны, оставляя без защиты. Десант, похоже, это не волновало, так что он тоже попытался успокоиться.