Наоми молчала. Пищевой процессор издал высокочастотный звук, что означало низкий уровень подачи воды. Она задалась вопросом, знал ли это Марко, или это был просто еще один бессмысленный шум для него.
— Красивая речь. Но это не объясняет, почему я здесь. Я не нужна была тебе здесь, чтобы сломать систему. Я нужна был для чего-то еще. Хочешь знать, что я думаю?”
— Расскажи ка... — сказал Марко, потянув на себя зажатые руки с усилием. — Значит, великий Джеймс Холден никогда бы не уничтожил мой дом. Серьезно, ты слишком хорошего мнения о нем. Он не такой впечатляющий.
— Нет, дело в другом. Я думаю ты хотел "Роси". Думаю ты хотел чтобы мой корабль летал на твоей стороне сейчас. Но, когда я прилетела одна, ты облажался. Затем Сакаи саботировал корабль. Ничего нового...
Его улыбка была такой же теплой, но взгляд стал холодным. Не смешно. — не продолжай... — сказал он.
— Ты начал разговор с "Почему ты заставляешь меня делать тебе больно ,ведь я так тебя люблю?" и сейчас ты пришёл к "Если ты не достанешься мне, то не достанешься никому".Ты можешь притворяться что мы якобы говорим о корабле, если хочешь. Мне все равно.
Марко отпустил ее и встал. Он был не таким высоким, каким она его помнила.
— Ты ошибаешься с самого начала. Мне нужен Фред Джонсон — мясник станции Андерсон, тот что убивал таких же людей как ты и я, и Филипп, только потому что они были Астерами. Я хотел его изолировать. Вырвать ваш корабль из его рук. Пытался заставить тебя его привести, но нет. Сакаи пытался его отключить. Отключить, sa sa? Если бы он взорвал ядро на 3% мощности, он бы разлетелся в щепки, и никто бы не пострадал.
— Я тебе не верю, — сказала она, но его уже понесло и расхаживая по комнате его руки широко раскрылись, как человека, произносящего речь невидимой толпе.
— Уничтожение корабля не было моим планом. Это ты меня толкнула на это. В том что случилось с Холденом твоя вина, а не моя. Это то, что тебе нужно увидеть. Как всё становится хуже, когда ты начинаешь действовать по-своему. Ты не знаешь, Наоми. Ты не знаешь потому, что я не говорил тебе.
Она сделала глоток чая и пожала плечами.
— Так скажи мне.
Марко ухмыльнулся.
— Ты заметила, когда мы сократили тягу на несколько минут? Странно в самый разгар погони, не думаешь?”
Она вообще-то не заметила. На своей койке, ухаживая за ранами, на сдвиги в гравитации корабля она не обращала внимания.
— Стыковка, — сказал он, вытащил свой карманный терминал и выбрал что-то. Динамики на экранах щелкали, прошипели. На них не было изображения, но раздался голос.
Ее голос.
"Это Наоми Нагата с «Росинанта». Если вы получили это сообщение, прошу ретранслировать. Скажите Джеймсу Холдену, у меня все плохо. Передатчик не работает на прием. Система навигации не под контролем. Прошу ретранслировать"
Марко коснулся чего-то еще на терминале, и экраны ожили. Внешние камеры, связанные, скорее всего, с точечной обороной. «Чецемока» шла не больше чем в ста метрах от них, стыковочный рукав прирос к ее шлюзу как пуповина. Этот корабль, если как следует копнуть, может вывести на нее. Платежи проходили с ее счетов.
— Поставь его на пересекающийся курс, плюс-минус, — сказал Марко голосом столь усталым и скорбным, что она могла сказать с уверенностью — он скрывает ликование, — и настрой ловушки дать сбой, когда датчики сближения засекут корабль. Не обязательно было до этого доводить, но теперь будет именно так.
В горле пересохла и она оттолкнула его. Это было именно то чего добивался Марко, поэтому она будет делать и думать о чем угодно но не об этом. Она рассмотрела экран. Корабль был похож на консервную коробку, стенки которой держались на припое и эпоксидке.
— Ты крадёшь его у своего собственного сына, — сказала она. Марко нахмурился. Наоми указала на экран подбородком. — "Чецемока". Я сказала Филипу, что он может забрать его, когда мы будем здесь. Это его корабль. Ты крадёшь его у него.
— Необходимость войны, — сказал Марко.
— Дерьмовое воспитание.
Его челюсть скользнула вперед. Его руки сжались в кулаки. На мгновение она подумала, что он расслабился. Она увидела кем он пытался казатсья и каким был на самом деле. Но он вовремя опомнился, и теперь она не была уверена освобождена она или разочарована.
Если бы ты осталась на своем месте, Джеймс Холден жил бы. Но ты первой решила сделать шаг. Из-за тебя он умрет.
Наоми встала и протерла глаза обратной стороной ладони. Ее ложный голос повторился через столовую — Скажи Джеймсу Холдену, что я в беде ...
— Что-нибудь еще?