К концу вечера у него было три таких имени. Он отправил сообщение каждому из них, а затем запросил связь с Бобби. Через несколько секунд она появилась на экране. Где бы она ни была, это была не больница. На ней была рубашка с зеленым воротником вместо синего больничного халата, а волосы были вымыты и заплетены сзади.
— Алекс, — сказала она. — Извини за моего брата. Он старается сделать как лучше, но тот ещё придурок.
— У всех есть родственники, — сказал он. — Ты у него или у себя?
— Ни там, ни там, — сказала она. — Мне нужно нанять клининговую компанию, чтобы вымыли пол от крови, и я делаю полную проверку системы безопасности, чтобы узнать, как они попали внутрь.
— Да уж, пока не выяснишь, не сможешь чувствовать себя в безопасности, — согласился Алекс.
— Верно. И, если нападут снова, я уж точно не останусь там, где под перекрестный огонь могу попасть Бен и его жена. Я сняла номер в гостинице. У них есть собственная система безопасности, и я могу себе позволить оплатить усиленное наблюдение.
Послышался голос Мин, призывающий всех успокоиться. В её интонации звучал смех и он услышал, как это отразилось возражением её детей. Он ощутил тяжесть, будто кто-то сжал его сердце. Он не подумал о повторном нападении. А должен был.
— В этом отеле есть свободные комнаты? — спросил он.
— Наверное. Хочешь, чтобы я уточнила?
— Нет, я просто соберусь и приеду, если не возражаешь. Если у них нет, найдётся в другом месте. — "Где угодно, только не у Мин," — подумал он, но не стал озвучивать. — Есть несколько человек, с которыми я планирую поговорить в ближайшие пару дней. Посмотрим, что из этого выйдет.
— Я действительно ценю это, Алекс, — сказала Бобби. — Нам стоит обсудить, как провернуть всё безопасно. Не хочу, чтобы ты угодил в ловушку.
— Я тоже не горю таким желанием. Кстати, у тебя, случайно, нет доступа к какому-нибудь кораблю?
Сбитая с толку Бобби моргнула.
— Какого рода кораблю?
— Что-то маленькое и быстрое, — сказал Алекс. — Возможно, придётся слетать в Пояс, навести кое-какие справки для Холдена.
— Ну, вообще-то есть, — сказала Бобби. — Авасарала дала мне старую гоночную шлюпку, которую мы отобрали когда-то у Жюль-Пьера Мао. В основном, она лишь высасывает деньги за стоянку в доке, но, думаю, её можно отполировать.
— Шутишь. Она отдала тебе "Бритву"?
— Не шучу. Я думаю, таким образом она отплатила мне, не заплатив ничего по факту. Она скорее всего в замешательстве, что я её ещё не продала. А что? Что произошло?
— Расскажу, когда буду знать больше, — сказал Алекс. — Может что найдётся, а может и нет.
"В любом случае, — подумал он, — я сделаю так, чтобы им пришлось пересечь все круги ада, чтобы добраться до нас с тобой."
Глава 16: Холден
Записи камер наблюдения станции Тихо покрывали почти все общественные зоны. Широкие общие коридоры, более узкие проходы. Обслуживающие площадки и ремонтные коридоры. Казалось, что единственными местами, куда не достали глаза службы безопасности станции, были помещения предприятий и личное жильё. Даже в шкафчиках для хранения и магазинах инструментов стояли камеры, регистрирующие, кто входил или выходил. Это должно было всё упростить. Но не вышло.
— Должно быть, оно, — сказал Холден, ткнув пальцем в экран. Под его ногтем открылись двери Моники. Вышли двое человек. Они были одеты в синие комбинезоны без символики и эмблем, тёмные низко натянутые кепки и рабочие перчатки. Они тащили с собой ящик из пластмассы и керамики, вроде тех, что используют пищевые и экологические службы для транспортировки биологических материалов: сырого грибкового материала, которому нужно будет придать структуру и аромат, затем продукты, которые из этого получаются, и, когда необходимо, обработанные фекальные остатки, взятые обратно в качестве субстрата для гриба. С помощью магнитных зажимов они закрепили его в карт, индикатор на боковой панели показывал, что ящик герметичен. Он был достаточно велик, чтобы, возможно, вместить женщину. Или её тело.
Они ушли часом ранее. Моника пропала за двадцать минут до этого. Что бы ни произошло, она должна быть в том ящике.
Фред, нахмурившись и сгорбившись, отметил ящик как предмет интереса и поставил его следующим в списке. Холден не мог сказать, о чём думает старик, но его глаза были наполнены гневом. Гневом и чем-то ещё.