— Ты там как? — спросила Бобби.
— Просто хотелось бы понимать, что происходит. Или иметь возможность хоть что-то сделать. Я не против драки, но быть тушенкой в банке просто ненавижу.
Его желудок ухнул вниз, и некоторое время он ощущал внезапно наступившую невесомость как тошноту. Его амортизатор стал поворачиваться влево, амортизатор Бобби вправо, пока они не смогли увидеть друг друга.
— Ну всё, — сказала Бобби, — они достали двигатель.
— Ага. Так вы о чем-то таком с Авасаралой думали, когда решили, что кто-то, судя по всему, присваивает корабли марсианского флота вместе с оборудованием и припасами?
— Сейчас это кажется разумным, правда?
Амортизаторы повернулись снова, когда маневровые двигатели на обшивке корабля начали гасить инерцию изрядной массы стали и керамики. Пульсация ОТО и отдача от запускаемых ракет звучали, как тяжелая музыка в фоне, но внимание Алекса привлекла наступившая тишина.
— Плохие парни, — сказал он. — Они прекратили огонь.
— Чего? — переспросила Бобби и, поразмыслив, добавила: — Значит, абордаж?
— Я тоже об этом подумал.
— Ладно. Сколько ты хочешь оставаться в этом кресле до тех пор, как мы пойдем и попробуем раздобыть какое-нибудь оружие?
— Пять минут?
— Нормально, — сказала Бобби, вытаскивая свой ручной терминал. — Запущу таймер.
Дверь в переговорную открылась через три минуты двадцать пять секунд. Три пехотинца, одетые в легкую боевую броню, вплыли через нее и заняли позиции у дверного проема, держа винтовки наизготовку. Вошедший первым человек с узким лицом и шрамом, идущим книзу от его носа, двинулся вперед. Алекса пронзила мысль, что если плохие парни, кем бы они ни были, заимели марсианские корабли, то получили бы и марсианскую броню, но узколицый закрепился на палубе.
— Мистер Камал. Сержант Драпер. Меня зовут Лейтенант де Хаан. Корабль будет совершать маневры и мы должны быть осторожны, но мне нужно, чтобы вы прошли со мной.
— Принято, сэр, — сказала Бобби, отщелкнув ремни на своем амортизаторе и запустив себя к двери. Алекс отставал от нее лишь на миг.
Десантники двигались сквозь помещения, паря в невесомости с тренированной ловкостью, прикрывая друг друга. Один всегда держал под прицелом пространство сзади, другой — впереди, а Алекс и Бобби находились в центре группы. Дважды корабль резко накренился, когда Алекс был на середине прыжка от одного захвата до другого. В первый раз ему удалось за что-то ухватиться, но во второй он отскочил от пустого участка палубы и вертелся в воздухе, пока один из солдат не схватил его и не оттащил в безопасное место. Звуки битвы, идущие из одного направления, сначала становились громче, а потом стали отдаляться. Одна из переборок не открылась, сообщив о вакууме за ней, и им пришлось вернуться назад. Путешествие, как в кошмарном сне, казалось бесконечным, но при этом оно закончилось, едва начавшись.
На мостике находилась капитан, пристегнутая к своему амортизатору, и премьер-министр в кресле рядом с ней. Вокруг них свои боевые посты занимали члены команды, перебрасываясь друг с другом информацией; Алекс кусками улавливал кое-что из нее, и на основе этих кусков его мозг складывал картину всей ситуации, причем он почти не понимал, что именно из услышанного позволяет ему делать выводы. Главный двигатель выведен из строя. Передатчик не работает на трансляцию ни в широком, ни в направленном вещании. Корпус пробит рядом с инженерной палубой, в оружейной и в складе на корме. Ракеты можно выпустить, но система наведения не отвечает. Никто не упоминал о двух фрегатах, которые летели с их кораблем с тех пор, как ушел основной эскорт. Как догадывался Алекс, это означало их гибель.
— На нас напали и высадили к нам десант, — сообщила капитан удивительно спокойным голосом. — Силы настоящего эскорта также подверглись массированной атаке, поэтому не смогут подойти и оказать поддержку. Мы послали сигнал бедствия на общем канале, но маловероятно, что кто-то сможет добраться сюда достаточно быстро, чтобы как-то повлиять на исход столкновения. Мы готовимся всеми силами держать оборону, но если мы окажемся не в состоянии обеспечить вашу безопасность, вам может потребоваться эвакуация.
— Посреди перестрелки? — сказал Алекс.
— Это не лучший вариант, — признала капитан. — При всём уважении, моей первоочередной задачей должна быть безопасность премьер-министра.