Однажды, оставшись вдвоём с Мэд, Дэкс пробурчал: - Иногда мне кажется, что, если я исчезну, то всё развалится, как картонная коробка под дождём.
Мэд не сдержалась, настроилась на него и послала волну тепла и энергии.
Дэкс с хрипом отшатнулся и посмотрел на неё расширенными глазами: - Какого… что это было?
Мэд пожала плечами: - Я просто хотела сделать тебе приятное.
- Никогда так больше не делай, - отрезал он. – Не подавай ложные надежды. Ты – лёд. Оставайся такой, если тебе угодно, но тогда не обманывай теплом.
Мэд не стала спорить, она и сама знала, что подаренное ему тепло было обманом. Она не вправе дарить ему то, что уже давно отдала другому. Дэкс чувствовал это, но ни разу не спросил, есть ли у неё мужчина. Когда он провожал её домой, то останавливался по пути и протягивал руку. Каждый раз. Стоял и ждал с протянутой рукой, надеясь, что она передумала и вложит холодные пальцы в его большую ладонь. Но она каждый раз отступала.
Дэкс принимал её решение и не говорил ни слова. Не признавался, не обещал, не уговаривал. И ни о чём не спрашивал. Боялся ответа. Не хотел услышать признание, что она действительно была женщиной Оскара Абриани.
Он был её похитителем, но она не стала жертвой. Более того, теперь Дэкс думал только о том, как удержать её, не отдать Абриани и защитить от грядущей войны.
Несмотря на все усилия Мэд, ей трудно было не поддаваться влиянию Дэкса. Каждый его взгляд, каждое выражение его лица вызывали у неё непреодолимое любопытство, как будто от его мыслей зависело что-то важное в её судьбе.
Однажды Дэкс уехал на целый день, не взяв её с собой. Мэд бродила по базе, чувствуя себя неприкаянной. Его присутствие стало необходимым фактором её душевного равновесия. Наконец, устав от бесцельного хождения, она направилась к себе. Она уже расстилала постель, когда в дверь громко постучали, и, не дожидаясь ответа, в комнату влетел Дэкс.
- Ты здесь! – воскликнул он, задыхаясь.
- Где же ещё? Ты меня потерял?
Дэкс глянул на разобранную постель, на её лицо без грима и замялся: - Извини, что помешал. Я… я хотел… я больше не могу… - Выдохнув, он с силой дёрнул себя за волосы. Нужные слова не приходили. - Я хотел попросить, чтобы ты завтра с утра пришла в мой кабинет.
- Как всегда?
- Как всегда. - Он быстро вышел.
Мэд запаниковала.
«Он ко мне привыкает. Мне следовало исчезнуть уже давно».
Даже если она не готова к противостоянию с Оскаром, оставаться рядом с Дэксом ещё опаснее.
Зажмурившись, она попыталась представить Роберта, но его размытые черты сливались с обликом Дэкса и терялись.
- Не знаю, что тебя сдерживает, но хочу, чтобы ты кое-что поняла. – Дэкс вернулся и стоял в дверях, впитывая её волнение. Он сделал шаг, и Мэд вытянула руки, не подпуская его к себе. «Только не прикосновение, только не головокружительный магнетизм его ауры».
- Ты слышишь меня? – Дэкс сделал ещё один шаг и дотронулся до её ладони. - Для меня ты никогда не станешь частью нечестной игры. Ты вне игры. Рядом с тобой всё остальное становится белым шумом. Ты – форс мажор.
Буквально вытолкав Дэкса из комнаты, Мэд забралась в постель, закрыла глаза и представила, как Кристофер бежит по побережью. Только он имел значение. Только он был реален. На всём остальном стоял жирный знак вопроса.
Она скучала о сыне так, что это причиняло физическую боль. “Интересно, что Саймон сказал им о моём исчезновении?” – в который раз подумала она, пытаясь решить, как именно защитит свою семью от Оскара Абриани. Пока она оставалась у повстанцев, Оскар не мог её шантажировать, поэтому её семья была в безопасности. А вот когда она вернётся… Оставалось надеяться, что Амариго передал просьбу защитить её семью, и Саймон воспринял её серьёзно.