- Ладно, давай, ругайся, - проворчала она.
- Как я могу ругаться? Ты спасла ситуацию. Но я не знаю, что об этом думать. Все эти годы я полагался только на наши резервы, а теперь передо мной ты – и ты сильнее оружия, сильнее грубого слова, сильнее угроз…
- Ты же слышал слова Цезаря. Я – преимущество.
- Да.
- Что тебя пугает? Если меня не используешь ты, меня используют твои враги. Так было испокон веков, когда появлялся новый вид оружия. Сначала в него не верили, потом за него хватались. Кто-то злорадствовал, кому-то было стыдно, но, рано или поздно, за него хватались все.
- Ты предлагаешь мне за тебя схватиться?
Мэд покраснела. - Ты и так за меня схватился, так уж сделай милость, перестань изводить и себя, и меня своими сомнениями.
- Хорошо, - просто сказал он. - Пойдём, я хочу тебе кое-что показать.
- М-да, - протянула Мэд. – В юности меня предупреждали, что на такие предложения соглашаться опасно.
Дэкс засмеялся и подтолкнул её к двери.
Он повёл её к лесу. Какое-то время они продирались через густой кустарник. Дэкс расчищал дорогу, но Мэд всё равно доставалось ветками по лицу.
- Это удивительный лес. Все тропы зарастают за несколько дней, - сказал он.
- Я боюсь представить, сколько времени вам потребовалось, чтобы обустроить тут место для жилья. Я слышала, что, когда вас осудили и приговорили к изгнанию, на этой планете был сплошной лес. Вас выбросили сюда умирать.
- Это так.
- И как же вы выжили?
- Сначала с трудом. Потом, когда Ниаварра перестала так пристально за нами следить, нам помогли.
- Кто?
- Много кто. На каждой планете есть люди, которых коробит от несправедливости и от гнёта Ниаварры. Нам привезли еду, материалы, ховеры, хопперы, оборудование.
Заросли внезапно закончились, и они вышли на берег небольшого лесного озера.
- Здесь всегда тёплая вода, видимо, есть подземный источник. - Дэкс начал раздеваться. Мэд в панике сглотнула, отвернулась и присела на землю. Сняв туфли, она опустила ноги в тёплую воду. Рядом раздался всплеск. Она покосилась на Дэкса: сильными, уверенными движениями он отдалялся от берега.
“Мне лучше уйти”, - подумала она, но при этом не сдвинулась с места.
Через какое-то время Дэкс вернулся и присел на берегу. Мэд старательно не смотрела в его сторону.
- Когда мне было пять лет, я точно знал, о чём мечтаю. Я рассказывал об этом всем, кому не лень было меня слушать. Я редко видел моего отца, но мать всегда одобряла мои мечты. В какой-то момент моя мечта где-то затерялась. Я завяз в делах, в бесконечной борьбе.
- И у тебя больше нет мечты?
- Есть, наверное, только она больше не приносит мне острого счастья.
- Но ведь вы уже почти готовы к восстанию?
- Да, мы уже близки. Но иногда мне кажется, что я потерялся где-то по пути. Мэд, когда мы закончим приготовления, я тебя отпущу.
Она изумлённо повернулась, хлопая глазами: - Совсем отпустишь?
- Да.
- Почему?
- Если ты останешься с нами, то подвергнешься риску. - Дэкс бросил в воду камешек и проследил, как тот запрыгал по гладкой поверхности. - Конечно, если ты захочешь остаться…
Мэд смотрела на изогнутую линию его подбородка, на гордую посадку головы, на сжатые губы… особенно на его сжатые губы. Она знала, что не останется. Но в этот момент, неожиданно и очень сильно, на каком-то глубинном уровне ей захотелось сесть к его ногам и потереться щекой о колени. Ей было физически необходимо показать ему, что она сдаётся, что он может, если захочет, сжать в кулаке её волю и гордость.