Приземлившись в транспортной зоне Нииры, правительственного центра планеты, агенты Дана и Пит направились во дворец правителя. Строгое здание было окружено садами и лужайками, по которым непринуждённо прогуливалась вооружённая охрана.
- Не очень-то он доверяет своей охране, раз обратился к нам за помощью, - заметил Пит.
Строгость присутствовала только снаружи здания. Зайдя внутрь, агенты опешили от открывшегося им изобилия. Внутренняя отделка была вычурной до тошноты.
- Было бы проще повесить плакат “Я сказочно богат”. Тогда не нужно было бы прибегать ко всем этим неудобствам, - прошептала Дана, разглядывая золотые украшения и драгоценные камни, покрывающие потолок. Стены были завешены множеством картин и гобеленов, а на полу стояли ряды золотых сосудов разного вида и происхождения. Создавалось впечатление эклектического беспорядка, как будто кто-то сгрузил содержимое нескольких музеев в один коридор.
Стараясь ничего не разбить по пути, они последовали за дворецким в отведённые им покои. Спальня походила на музейный склад. Древняя мебель, статуэтки и роскошный гобелен на кровати создавали впечатление навязчивого богатства. В дополнение к этому, стены были обиты шёлком, а над кроватью нависал бархатный балдахин пыльно-тёмного цвета.
Ванная комната блистала золотом кранов и чёрным мрамором раковины, унитаза и ванны.
“Хорошо, что есть горячая вода”, - подумала Дана. Уровень прогресса на Фаниире очень отставал от Ниаварры. Некоторые считали, что правительство специально сдерживало развитие, но причины этого известны не были. В правительство планеты входили двенадцать советников, во главе которых стоял Амариго Риталли.
“Красиво. Красиво, но слишком вычурно, - подумала Дана, разглядывая дворец. - Что это говорит нам о характере владельца?”
Ответ её удивил.
*********************************************************************
Амариго Риталли был весьма и весьма необычным человеком. Младший из восьми сыновей, он был жаден до жизни во всех её проявлениях. Он вырос в состоятельной семье, где большое значение придавали образованию. Старшие братья Амариго стали банкирами, юристами и лекарями. Но Амариго этого было недостаточно.
Когда ему было всего четыре года, он пообещал матери:
- Однажды мне будет принадлежать весь мир.
- Конечно, я в этом не сомневаюсь, - согласно улыбнулась его мать.
Когда он получил диплом по юриспруденции, мать спросила его: - Теперь ты доволен?
- На сегодня – да, - ответил Амариго.
На следующий день он купил свою первую фабрику.
- Зачем тебе фабрика? - поинтересовались его братья. - Ты что, решил забросить юриспруденцию?
- Почему вы так решили? - удивился Амариго. – Владеть чем-то – не значит заниматься только этим.
И только позже, оставшись один на один со своей матерью, он объяснил: - Мир держится на простых людях. Тот, кто управляет простыми людьми, правит миром.
Амариго улучшил условия труда, поднял зарплату, и скоро на фабрику потянулись рабочие со всех концов Фанииры. Другие владельцы фабрик начали протестовать и подали жалобу в правительство. Правитель вызвал Амариго в столицу, и его раздражению не было предела.
- Что вы себе позволяете? Кем вы себя возомнили? У меня слишком много дел, чтобы встречаться с такими выскочками, как вы.
- Примите мои искренние извинения, - сказал Амариго, приложив руки к груди. - Я ваш самый преданный сторонник, и я старался подготовить почву.
Правитель недоумённо нахмурился. - Какую почву?
Амариго ответил с таким же недоумением: - Я готовил почву для вас.
- Объясните, о чём вы?
- Вы же знаете, что на юго-западе недавно было подавлено несколько восстаний...
Амариго знал, что правителю об этом не доложили. Сам он узнал об этом по слухам от своих рабочих. Заметив гневные огоньки в глазах правителя, Амариго скрыл довольную улыбку и продолжил:
- Хоть и незначительные по размеру, но эти восстания отражают растущую силу вашей оппозиции. У недовольных имеются связи с владельцами фабрик на юге и юго-западе. Простые люди всегда стояли за вас горой, и я не хочу, чтобы это изменилось. В преддверии выборов, ситуация продолжает ухудшаться. Я делаю всё возможное, чтобы предотвратить недовольство. Поверьте, мои люди будут голосовать за вас.