Лиззи показалось, что Дэкс наклонился чуть ближе и вдохнул её. Она с ужасом подумала, что, если он дотронется до неё, то она уже не сможет себе помочь. Сдастся. Потребует большего.
Это нужно было остановить. Срочно.
- Ну что, выяснил, что во мне такого особенного, что так нравится другим мужчинам? - насмешливо прохрипела она. Дэкс отпрянул и, очнувшись, притупил к обыску. Лиззи закрыла глаза и обрубила связь с реальностью. В какой-то момент она почувствовала, как он повернул её, прислонив лицом к двери ховера, и начал обыскивать спину. Через несколько секунд он вырвал пластину из складки в левом чулке. Снова развернув девушку лицом к себе, Дэкс с едкой ухмылкой показал ей пластину.
Её лицо осталось равнодушным. Сделав шаг в сторону, она сняла чулки и бросила их в пыль.
- Ненавижу жару! - Дэкс внимательно следил за её движениями, и Лиззи злобно прикрикнула на него: - Ты так и будешь меня разглядывать? Хватит! Это и так был самый медленный и самый тщательный обыск в моей жизни! Ты взял то, что тебе нужно, и убирайся отсюда!
Ругнувшись, Дэкс оттолкнул её, запрыгнул в ховер и исчез, оставив её откашливаться в клубах пыли.
Несколько минут девушка смотрела ему вслед, потом покачала головой и вернулась к своему ховеру. Достав из-под сидения ладошку, она вызвала напарника и сказала: - Лови меня.
Через несколько минут она жадно пила воду на борту хоппера. Молодой, нервный мужчина напряжённо ждал, когда она заберёт у него управление.
- Мэд, я всего лишь секретарь Оскара, а ты – его агент. Пожалуйста, возьми управление, - в который раз попросил он.
- Ирвин, если нам с тобой суждено вместе работать, то ты должен соблюдать три золотых правила. Знаешь, каких?
- Нет. - Мужчина напряжённо приготовился слушать.
- Правило первое: не нереститься из-за всякой ерунды. Правило второе… - Она окинула его прищуренным взглядом, - …не использовать столько геля для волос в жаркий день. Правило третье: опять же, не нереститься из-за всякой ерунды. Запомнил?
Мужчина насупился и кивнул. Ирвин носил титул “личного секретаря” Оскара Абриани, но при этом больше походил на некомпетентного библиотекаря. Оскар настоял на том, что именно Ирвин будет помогать Мэд на этом задании. Видимо, он хотел проследить за её действиями, хотя менее подходящего человека, чем Ирвин, для этой работы представить трудно. Мэд с грустью вспомнила о Томе, у которого уже появился новый напарник. Вот такая она, патрульная дружба. В один момент вы неразлучны и рискуете друг за друга жизнью, а в следующий – видитесь раз в никогда, да и то случайно. Агентов связывает только работа, да и то далеко не навсегда.
Мэд перескочила в кресло управления.
– Что случилось в баре после того, как я ушла?
- К клиенту подсели несколько человек, и я сделал снимки. Потом, когда нашли парализованных охранников, началась шумиха, и я ускользнул. А что произошло с тобой? Почему ты в таком виде и хромаешь? На тебя кто-то напал?
- Ничего со мной не случилось, мой ховер сломался. В пустыне было жарко, я вспотела, устала и потеряла туфли. Жизнь в пустыне – это тяжкая доля. - Мэд притворно вздохнула.
- А потом ты ещё и повалялась в пыли?
- Повалялась. Давай так: у меня свои привычки, у тебя – свои, и мы друг к другу не лезем.
- Гель для волос – моя привычка! - обиженно сказал Ирвин.
- Твой гель растёкся зелёной лужей по воротнику. - Мэд наклонилась к секретарю и брезгливо провела пальцем по шее.
Глянув на её руку, Ирвин потянул за воротник и ругнулся.
Из транспортной зоны Ниаварры они направились прямиком в кабинет Оскара. От волнения тот вышагивал замысловатые узоры на зеркальном полу кабинета.