- Скажи, если тебе больно, - нежно прошептал он и посмотрел ей в глаза. Поцеловав её в лоб, он дотронулся до щеки кончиками пальцев и осмотрел висок. Его губы сжались в тонкую полоску, а глаза прищурились.
- Висок вижу, руку вижу…. Царапины вижу. Ещё что-нибудь повреждено?
- Нет.
Пытаясь справиться с эмоциями, Роберт отошёл к окну.
- Ты мне обещала, - холодно сказал он.
Мэд подошла к мужу, заставила повернуться и заглянула ему в глаза.
- Я была осторожна. Это – чистая случайность. Мне никто не пытался навредить. Нас пригласили на праздник, и там произошла… авария.
Лицо Роберта на изменилось: досада и беспокойство плескались в его взгляде.
- Полагаю, что у тебя есть хоть одна хорошая новость: какое-то время ты побудешь дома?
- Целую неделю!
Мэд очень скучала по дому, но в этот раз не могла радоваться отпуску. Глядя в обеспокоенные глаза мужа, она искала в них ложь, предательство, насмешку, но не находила ничего.
Долгий горячий душ привёл её в чувство. Саймон был прав: двойная сущность Роберта возбуждала и оживляла её. Ей хотелось стать частью жизни Дэкса, но она не знала, есть ли у неё на это право. Её жизнь была надёжно скрыта от мужа: ведь Роберт никогда не видел Дану. Кто знает, может смешливая кудрявая блондинка с аппетитными формами пришлась бы ему по вкусу?
Вечером ей пришла в голову ещё более беспокойная мысль: если она в постели с Робертом подумает о Дэксе, будет ли это изменой? Ответа она не нашла и проследовала в спальню, где Роберт долго и нежно целовал её, а потом осторожно занимался с ней любовью, стараясь не задеть её больную руку.
“Почему-то мне кажется, что Дэксу на мою повязку было бы наплевать”, - с досадой подумала Мэд и тут же ужаснулась: почему эта мысль возбуждает её?
*********************************************************************
Неделя пролетела незаметно. Если сначала Мэд постоянно вглядывалась в Роберта, пытаясь найти в нём черты Дэкса, то к концу недели она почти перестала мучиться бесполезными вопросами. Роберт работал дома или ненадолго отлучался в офис. Когда он возвращался, Мэд внимательно разглядывала его, и слова “мои любовницы” жгли ей язык.
Они гуляли по побережью, купались, строили замки из песка. Кристофер катался на песчанике, учился водить маленькую моторную лодку и всячески наслаждался простым ежедневным мелочам.
Тёплым вечером, когда они с Мэд бежали по берегу на перегонки, Кристофер доверил ей свой большой секрет:
- Когда я вырасту, я стану знаменитым секретным шпионом.
- Как же ты сможешь быть сразу и знаменитым, и секретным? - рассмеялась Мэд.
- Потому что все будут знать меня, как тихого и маленького и не заметят, что на самом деле я – сильный и непобедимый! - невозмутимо сказал Кристофер.
Мэд почувствовала, как её внутренности сковывает льдом.
- Это очень интересная идея, Кристофер. Ты сам такое придумал?
Он пожал плечами: - Да, я сам придумал, а потом рассказал папе. Папа сказал, что я молодец, и что это – отличный план для шпиона.
- Конечно, мой хороший. Твой папа прав, это действительно отличный план.
Мэд погладила сына по голове.
На ночь Мэд читала Кристоферу сказки. “В королевстве на вершине самой высокой в мире горы жила самая прекрасная в мире принцесса…” Можно было гарантировать, что к концу сказки самая красивая в мире принцесса полюбит самого красивого в мире принца самой чистой в мире любовью. Кристофер засыпал, держась за руку Мэд, с улыбкой на лице.
“А однажды, самый прекрасный принц в мире познакомил принцессу со своим вторым “я”, у которого были грубые повадки зверя и множество любовниц…” - горько думала Мэд.
*********************************************************************
Его тёмные глаза смотрели на неё, и она плавилась. Без движения, без касания, без намёка на близость, он рассекал её глазами, и у неё не оставалось сил дышать. Грудь сдавило, в животе разлилось восхитительное тепло, по коже пробежался озноб. Наслаждаясь упоительными изменениями в своём теле, она не сводила взгляда с его глубоких тёмных глаз. Губы защекотало, и она легко коснулась их кончиками пальцев. Соскользнув с подбородка, она дотронулась до своей груди и расстегнула пуговицу блузы.
Мужчина не двигался. Его взгляд был жёстким и холодным.