— Может… чаю? Или кофе? — попыталась она потянуть время, подбирая самые невинные слова.
Он усмехнулся, его глаза заблестели с сарказмом.
— Обязательно. Завтра. И за завтраком, — его голос был низким и обволакивающим.
— А этой ночью тебе будет не до чая, Мара.
Он сделал шаг к ней, и она инстинктивно отступила.
— Лоуренс, может, не стоит? — проговорила она, но её голос дрогнул.
— Стоит, ещё как стоит, — он приблизился к ней, как охотник, готовый взять свою добычу.
— Ты совсем не осознаёшь, в каком положении находишься. Я зол на тебя, Мара. Очень зол.
Его взгляд прожигал её насквозь. Мара почувствовала, как дрожат её пальцы, пока он делал шаг за шагом, сокращая расстояние между ними.
— Ты заслужила наказание, и я уж позабочусь, чтобы ты запомнила этот урок, — его голос звучал как обещание.
Одним стремительным движением он притянул её к себе, его руки обхватили её талию, а губы наклонились к её лицу. Пальцы Лоуренса мягко провели по её волосам, а затем он коснулся её губ. Сначала легко, дразняще, но затем поцелуй стал глубоким, требовательным.
Мара попыталась сопротивляться, упираясь руками ему в грудь, выпитый за сегодня алкоголь, сделал своё дело. Её голова закружилась, и через мгновение она уже сама отвечала на поцелуй, забывая о своём страхе. Она чувствовала, как он удерживает её крепче, как его руки скользят вниз по её спине, будто напоминая, что пути назад нет.
Мара, чувствуя жаркий взгляд Лоуренса на себе, пыталась сохранить спокойствие. Она выдохнула и дрожащим голосом сказала:
— Лоуренс, я… мне надо… в ванную комнату, — прошептала она, еле переводя дыхание.
Лоуренс чуть приподнял бровь, словно раздумывая, стоит ли позволять ей такую паузу. Но после короткой паузы кивнул.
— Хорошо. Но надолго там не задерживайся.
Она поспешила скрыться за дверью. Зайдя внутрь, Мара быстро закрыла дверь, облокотилась на неё и перевела дыхание. Сердце колотилось в груди, а её мысли путались, пытаясь найти способ избежать того, что неизбежно надвигалось. Она включила холодную воду и начала умываться, пытаясь освежить разум и немного успокоиться.
Когда она вышла из ванной комнаты, Лоуренс уже ждал её. Он стоял у стены, налив бокал вина. Его взгляд был тяжёлым и уверенным, словно он полностью контролировал ситуацию.
— Всё в порядке? — спросил он, будто уже знал ответ.
— Да, — ответила она, опуская глаза, но чувствуя, как он буквально прожигает её взглядом.
Он сделал шаг к ней.
— Раздевайся, — сказал он спокойно, но его тон был таким, что спорить не имело смысла.
— Что? — её глаза расширились.
— Ты меня слышала, Мара. Или ты сама разденешься, или мне придётся помочь. Но предупреждаю, если я займусь этим, от твоей одежды останутся только куски.
Его слова, произнесённые с лёгкой усмешкой, заставили её сердце забиться ещё сильнее. Она знала, что он не шутит. Мара колебалась, но под его пристальным взглядом руки начали подниматься к молнии на платье.
Она медленно расстёгивала его, чувствуя, как её пальцы дрожат. Платье плавно соскользнуло с её плеч, и вскоре она осталась стоять перед ним в одном кружевном белье. Лоуренс смотрел на неё так, словно она была произведением искусства, которое он намерен присвоить.
— Дальше, Мара, — тихо сказал он, не отводя от неё глаз.
— Ты же понимаешь, что это уже неизбежно. Тебе не сбежать от меня.
Она сжала зубы, борясь с внутренним сопротивлением. Но когда её рука потянулась к застёжке лифчика, в тишине комнаты вдруг зазвонил телефон.
Лоуренс выругался, когда взглянул на экран.
— Что случилось? — осторожно спросила Мара, чувствуя, как напряжение немного спадает.
— Драка в клубе, — с раздражением ответил он.
— Приехала полиция, и без меня там не обойтись.
Он положил телефон и взял её за подбородок, заставив посмотреть ему в глаза.
— Я должен ненадолго уехать, но мы обязательно продолжим, когда я вернусь.
— Но… — попыталась возразить она.
— Ш-ш-ш, Мара. Никаких «но». Жди меня.
Он провёл пальцем по её губам, словно ставя точку в разговоре, и направился к двери.
Как только она осталась одна, Мара выдохнула, чувствуя, как её напряжение сменяется лёгким облегчением. Она решила принять душ, чтобы освежиться и попытаться избавиться от жара, который всё ещё охватывал её тело.
Найдя в его шкафу рубашку, она надела её на голое тело. Её руки всё ещё дрожали, но мягкая ткань и ощущение простора немного успокаивали. Она легла на кровать, убедив себя, что это всего лишь временный отдых, и вскоре задремала.