— Может быть. — его пальцы скользнули по её щеке, вызывая предательский трепет в животе.
— Но ты же знаешь, что хочешь этого так же, как и я.
— Неправда… — выдохнула она, но её голос прозвучал неубедительно.
Лоуренс нежно коснулся её губ, едва ощутимо, давая ей возможность отвернуться. Но Мара не сделала этого. Вместо этого её руки вдруг сами нашли его грудь и с силой толкнули.
— Ты ненавидишь меня, — тихо сказал он, ловя её запястья.
— Но почему тогда дрожишь от одного моего прикосновения?
— Потому что ты сводишь меня с ума! — закричала она, вырываясь.
— Потому что я хочу тебя и ненавижу себя за это!
Она замахнулась, но Лоуренс поймал её руку и прижал её ладонь к своему лицу. Горячее дыхание коснулось её пальцев.
— Бей меня, если станет легче, — прошептал он.
— Но не лги себе.
Глаза Мары наполнились слезами. Её захлестнуло чувство беспомощности. Она начала колотить его в грудь, глухо всхлипывая.
— Ты сделал мне больно… ты предал меня… — её голос срывался, но Лоуренс не отпустил её.
— Я знаю. И я готов искупить свою вину. — он убрал прядь волос с её лица, изучая её выражение.
— Позволь мне.
Она всхлипнула, уткнувшись в его плечо. Лоуренс обнял её, чувствуя, как её тело содрогается от подавленных рыданий. Он не торопился, не настаивал. Просто держал её в своих руках.
Когда они приехали к нему домой, Мара чувствовала себя опустошённой. Её мысли путались, но её кожа всё ещё горела от его прикосновений.
Мара почувствовала, как стены буквально давят на неё. Всё здесь напоминало о той ночи: мягкий свет, запах его парфюма, обстановка.
— Садись, я сделаю тебе чай, — предложил Лоуренс.
— Я не хочу ничего от тебя! — бросила она, но осталась стоять посреди комнаты.
Лоуренс обошёл её, приблизился и осторожно взял за руку.
— Идём, — тихо сказал он.
Она вырывалась, но он не отпускал.
— Мара, ты выпустила пар, теперь дай мне шанс тебя успокоить.
— Не надо меня успокаивать! — выкрикнула она, снова пытаясь вырваться.
Он неожиданно поднял её на руки и понёс в ванную.
— Лоуренс, опусти меня на пол! Немедленно! — она била его кулаками по плечам, но он остался невозмутимым.
— Успокойся, — прошептал он, включив тёплую воду.
Он осторожно поставил её на пол, включил душ и сказал:
— Раздевайся.
— Ты серьёзно?! — Мара была в шоке.
— Расслабься, колючка. Я просто хочу, чтобы ты успокоилась. — его голос был мягким, почти ласковым.
Он сам взялся за её платье, но она снова начала вырываться.
— Мара, я тебя не трону. Просто доверься мне.
Её сопротивление постепенно ослабло, и она, наконец, сдалась, позволив ему снять с себя платье. Лоуренс молча направил тёплый поток воды на её плечи, он взял гель для душа, выдавил немного на ладони и нежно провёл по её плечам, затем по спине, затем по рукам. Тёплая пена стекала по её телу, а Лоуренс двигался медленно, изучая каждую её реакцию.
— Ты ненормальный… — тихо сказала она, чувствуя, как расслабляется под его прикосновениями.
— Возможно, — ответил он, продолжая двигаться медленно и аккуратно.
— Ты так напряжена, — прошептал он, прижимаясь губами к её виску.
Он нежно вымыл её плечи, спину, а затем наклонился и коснулся губами её шеи.
— Лоуренс… — прошептала она, но не отстранилась.
— Я готов искупить свою вину, Мара, — сказал он, продолжая целовать её.
Мара закрыла глаза, ощущая его прикосновения и поцелуи. Внутри неё боролись желания: убежать или раствориться в нём.
Когда он укутал её в полотенце и вынес на руках в спальню, у неё вдруг нахлынула новая волна страха. Он уловил её состояние.
— Я не трону тебя, пока ты сама этого не захочешь, — спокойно сказал он, смотря прямо в её глаза.
Она кивнула, всё ещё не доверяя своим эмоциям.
За чашкой чая Лоуренс тихо произнёс:
— Когда-то я любил одну женщину. Амелию. Я верил ей. А потом застал с другим.
С тех пор я не доверял чувствам.
Мара смотрела на него, чувствуя странную боль в груди. Она знала, что Лоуренс не из тех, кто делится личным.
— Поэтому я теперь так привязался к тебе, Мара. Ты заставила меня снова чувствовать.
Мара посмотрела на него с удивлением, а затем осторожно обняла его и устроилась у него на коленях.
— Я тоже боюсь… — тихо сказала она.
— Тогда будем бояться вместе, — сказал он, погладив её по волосам.
— А теперь твоя очередь. Расскажи мне что-нибудь откровенное, Мара.