Его губы на мгновение коснулись её щеки, затем шеи.
— Это будет безвозвратно.
Она чувствовала, как её сердце срывается в бешеный ритм.
Но она не могла.
Не сейчас.
Мара толкнула его в грудь, заставляя отступить.
Лоуренс медленно выдохнул, но в глазах горел огонь.
— Больше так не делай, — её голос дрожал.
— Не делай чего?
— Не смотри так…
Лоуренс наклонил голову.
— Как?
Она зажмурилась.
— Как будто я твоя.
Он улыбнулся, наклонился к самому уху.
— А разве не так?
Мара резко развернулась и пошла в ванную комнату.
Она знала, что с ним опасно.
Знала, что он добьётся своего.
И от этого становилось страшно.
Когда Мара вышла из душа, она увидела, что Лоуренс лежит на диване. Он молча смотрел в потолок, а потом перевел взгляд на неё.
Лоуренс встал и начал искать в сумке что-то, что давно собирался ей дать.
— Держи, — он бросил ей маленькую бархатную коробочку.
Мара поймала её на лету и недоверчиво посмотрела.
— Что это?
— Открой.
Она села, развернула упаковку и увидела изящный кулон на тонкой цепочке. Маленький серебряный ключик с утончёнными завитками.
Мара моргнула, ощутив странное волнение.
— Лоуренс… зачем?
— Потому что ты — это самый сложный замок, с которым я когда-либо сталкивался.
Он склонился ближе, изучая её реакцию.
— А этот ключик — единственное, что мне удалось подобрать к тебе.
Она подняла взгляд.
— Ты думаешь, что нашёл ключ ко мне?
— Пока нет.
Он наклонился ближе и пробормотал у её уха.
— Но, поверь, я не остановлюсь, пока не подберу.
Мара вздрогнула, когда его пальцы легко коснулись её шеи, застёгивая кулон.
— Выглядит идеально, — хрипло сказал он.
Она тронула кулон, ощущая его прохладу на своей коже.
— Спасибо… — голос её был чуть тише, чем обычно.
— Не благодари. Просто носи.
Мара почувствовала, как в груди разлилось что-то тёплое. Но она тут же одёрнула себя — это ведь просто украшение, не так ли?
Тогда почему этот момент казался таким личным?
Глава 50
Мара понимала, что боится снова довериться Лоуренсу, но уже не могла отрицать очевидное — её тянуло к нему. После проведённых вместе выходных внутри неё поселилось странное, тёплое чувство. Её сердце будто помнило его прикосновения, взгляд, голос. Она старалась не поддаваться, держать дистанцию, но каждый раз, когда он был рядом, её защита давала трещину.
А он не сдавался.
Мара сидела у себя в комнате, перебирая тонкую цепочку с кулоном, которую недавно подарил ей Лоуренс.
Она больше не могла отрицать, что её тянуло к нему. Лоуренс не просто был рядом — он терпеливо, методично разрушал её страхи, не торопил, не требовал, не настаивал. Он просто присутствовал. И чем больше они проводили времени вместе, тем сложнее было держать дистанцию.
Мара провела пальцами по кулону.
Может, действительно… попробовать?
Последний месяц пролетел в каком-то странном вихре эмоций и реальности. Лоуренс готовился к открытию своего первого ресторана из сети элитных заведений. Он вложил в проект миллионы, но, конечно, не занимался всем лично — у него была команда управляющих, шеф-поваров, маркетологов. Однако он контролировал каждый шаг: участвовал в дегустациях, обсуждал интерьер, встречался с инвесторами. Его график был бешеным, но даже в таком темпе он находил для неё время.
Они виделись.
Гуляли.
Ужинали, обедали, иногда просто сидели рядом, не говоря ни слова.
Лоуренс не давил, но его присутствие было постоянным. Он пытался снова завоевать её доверие, а она… Она уже не была уверена, что хочет сопротивляться.
— Ты придёшь завтра? — спросил он за ужином в одном из ресторанов.
Мара оторвала взгляд от бокала.
— Куда?
Лоуренс ухмыльнулся.
— На открытие.
Она чуть заметно напряглась.
— Не знаю…
— Я бы очень хотел тебя там видеть, — голос его стал чуть ниже, мягче.
Мара провела пальцем по краю бокала.
— Я подумаю, Лоуренс.
Он не стал настаивать, только кивнул.
Но уже дома, когда Эвелин написала, что у неё есть приглашение и она тоже пойдёт, Мара почувствовала облегчение. Ей стало легче принять решение.
На следующий вечер, когда у её дома остановился чёрный Maybach, Мара уже была готова.
Дверь открылась, и из машины показалась голова Марка.
— Ну что, красотка, ты готова?
Мара закатила глаза, но улыбнулась, выходя из подъезда.