Лоуренс, уже одетый в строгие брюки и рубашку, остановился в дверном проёме и скрестил руки на груди. Его глаза блеснули сдержанным огнём.
— Я боюсь, что официанты потеряют самообладание от твоей красоты.
Она засмеялась, и её смех, звонкий и искренний, словно растопил воздух между ними. В такие моменты Лоуренс чувствовал, как счастье буквально пропитывает каждый его вдох.
Он подошёл ближе, его руки легко скользнули по её талии.
— Но, если честно, — его голос стал ниже, — я бы предпочёл, чтобы весь этот вечер твоя красота принадлежала только мне.
Мара слегка приподняла бровь, её губы изогнулись в кокетливой улыбке.
— А ты уверен, что сможешь выдержать это испытание?
Он наклонился ближе, его дыхание коснулось её щеки.
— Со мной тебе не удастся шутить безнаказанно, моя колючка.
Мара сдалась, позволив себе утонуть в его поцелуе. Его губы были мягкими, но настойчивыми, и её ноги на мгновение подкосились.
— Ладно, ладно, — выдохнула она, отстраняясь, но всё ещё держа его за руки.
— Дай мне пять минут.
— Возьмёшь все десять, — сдался он, отпуская её с неохотной улыбкой.
Мара выбрала элегантное тёмно-синее платье, которое подчеркивало её фигуру. Глубокий оттенок подчеркивал её светлую кожу, а изящный разрез на ноге добавлял образу каплю игривости. Она собрала волосы в небрежный пучок, оставив несколько прядей свободно падать на лицо, и нанесла лёгкий макияж.
Когда она вернулась в гостиную, Лоуренс уже ждал её у двери. Его строгий тёмный костюм подчёркивал ширину плеч, а идеально подобранный галстук завершал образ утончённого мужчины, от которого веяло спокойной уверенностью.
Когда он увидел её, его взгляд потемнел. Он не сразу смог сказать что-то осмысленное — лишь провёл языком по губам, как будто пытался собраться с мыслями.
— В следующий раз лучше скажи мне, чтобы я подготовился морально, — пробормотал он, притягивая её к себе.
— Почему?
Он провёл пальцами по её спине, его руки легли на её талию.
— Потому что ты сражаешь меня наповал.
Её сердце дрогнуло, в груди разлилось тепло.
— Ты преувеличиваешь.
— Я? Никогда.
Он медленно провёл носом по её виску, его дыхание коснулось её кожи.
— Я говорю правду, и только правду.
Мара прильнула к нему, чувствуя, как его тепло окутывает её. Он поцеловал её, медленно, но с обещанием. Её губы отозвались на этот поцелуй, и в комнате, казалось, стало на несколько градусов теплее.
— Нам нужно идти, — напомнила она, хоть и сама не спешила разрывать этот момент.
— Ты права, — вздохнул Лоуренс, неохотно отпуская её.
Он взял её за руку, их пальцы переплелись. В этот момент она почувствовала, как её сомнения растворяются. Всё, что было важно — это их двое, их связанный мир, где они могли быть настоящими.
Когда они сели в машину, Лоуренс не отпускал её руку. Он мягко поглаживал её пальцы, изредка бросая на неё такие взгляды, от которых у неё кружилась голова.
По дороге в ресторан он рассказывал ей забавные истории из своего детства, и она смеялась, представляя маленького Лоуренса, который вёл себя так же уверенно, как и сейчас.
Когда они подъехали к ресторану, Мара заметила, что сегодня здесь было особенно тихо.
— Ты уверен, что твой ресторан работает? — спросила она, когда он помог ей выйти из машины.
— Уверен, — его глаза искрились, но он не стал ничего объяснять.
Когда они вошли внутрь, ресторан утопал в мягком свете свечей. Все столики были пустыми, кроме одного — в центре зала, усыпанного лепестками роз.
— Лоуренс… — прошептала она, её сердце заколотилось.
— Проходи, моя колючка, — он мягко подтолкнул её вперёд, но сам не отпускал её руку.
Они подошли к столу, и Мара села на стул, который он галантно отодвинул. Лоуренс сел напротив, его лицо было спокойным, но в глазах плясали искорки волнения.
Когда подали шампанское, он взял её за руку, их пальцы снова переплелись.
— Мара, — его голос стал тише, а взгляд сосредоточился только на ней.
— Я никогда не думал, что смогу найти человека, который изменит мой мир.
Её дыхание перехватило, когда он встал на одно колено, доставая маленькую бархатную коробочку.
— Ты — моя радость, моё утро и мой вечер. Моя милая и самая вредная колючка,
— он улыбнулся, и в этой улыбке было всё.
— Выходи за меня.
Её глаза наполнились слезами, руки дрожали.
— Лоуренс… Я…
— Только не говори, что подумаешь, — мягко пошутил он, и слеза скатилась по её щеке.
— Я согласна!
Он надел кольцо ей на палец, и их губы встретились в поцелуе, который был полон любви и обещаний. Вокруг них мягко заиграла музыка, и свечи будто стали ярче.