Глава 27 Хрупкое перемирие
Влад вышел из ванной, растирая мокрые волосы, и резко замер, увидев Милану. Полотенце, которое он держал на бедрах, соскользнуло на пол, оставив его полностью обнажённым.
— Чёрт! — выпалил он, быстро схватив халат и накинув его.
Милана вскрикнула, резко отвернулась и густо покраснела.
— Что ты здесь делаешь?! — зло бросил Влад, завязывая пояс халата.
— Я… хотела поговорить… но никак не ожидала увидеть… это, — заикаясь, произнесла Милана, пытаясь справиться с неловкостью.
— А почему ты вошла без разрешения?! — Влад взглянул на неё сердито, всё ещё пытаясь скрыть смущение за резкостью.
— Я стучала, — начала оправдываться Милана. — Когда ты не ответил, я подумала, что с тобой что-то случилось, и зашла проверить. А ты как раз вышел из ванной…
— Может, в следующий раз подождёшь немного дольше?! — раздражённо бросил Влад, отходя к креслу.
Милана всё ещё стояла, отвернувшись, с покрасневшими щеками.
Влад вздохнул, махнув рукой:
— Ладно, о чём ты хотела поговорить?
— Ты уже знаешь, что Марк предложил мне стать его помощницей, — начала Милана, стараясь говорить спокойно, хотя напряжение в комнате было ощутимо. — Я сначала сказала, что подумаю, и хотела обсудить это с тобой. Но потом Марк сказал, что ты не против, и я согласилась. Это хороший шаг для моего карьерного роста.
Владислав скрестил руки на груди, его взгляд потемнел, словно грозовая туча.
— А тебя только карьера беспокоит? Или ты заодно решила хорошо устроить и свою личную жизнь? — с ядом в голосе бросил он. — Я слышал ваш разговор на парковке.
Милана застыла от неожиданности, но быстро взяла себя в руки, её взгляд стал твёрдым.
— В таком случае ты должен был слышать, что между нами ничего нет, и мы просто друзья, — жёстко ответила она, глядя ему прямо в глаза.
— Друзья? — Влад усмехнулся, его голос был пропитан недоверием. — Ты действительно думаешь, что этот Марк просто хочет быть твоим другом?
— Когда моя машина сломалась и я требовала помощи, где был ты, мой дорогой муж? — Милана посмотрела на Влада с вызовом, её голос дрожал от переполнявших эмоций. — Я звонила тебе много раз, но так и не дождалась ответа!
Она сделала шаг вперёд, гневно указывая на него:
— Рядом оказался Марк. Он взял всю ситуацию в свои руки, оплатил ремонт и даже забрал машину с сервиса, чтобы избавить меня от лишних хлопот. Он верит в меня и мои способности, говорит комплименты, смотрит на меня, как на женщину, а не как на пустое место.
Влад молчал, его лицо стало суровым, но в глазах мелькнула тень растерянности.
— А что сделал ты для меня, Влад? — продолжила Милана, её голос стал громче. — Только упрёки, оскорбления и постоянное недовольство! Может, проблема не во мне, а в тебе? Ты когда-нибудь об этом думал?
С этими словами Милана развернулась, бросив последний взгляд, полный обиды и разочарования, прежде чем выйти из комнаты, оставив Влада в одиночестве. Он долго стоял на месте, сжав кулаки, словно пытаясь найти ответ, но слова так и не пришли.
Милана вошла в свою комнату и закрыв за собой дверь глубоко вздохнула. Наконец она выплеснула всё, что так долго копилось внутри, и ощутила давно забытое чувство облегчения. Вместо привычной обиды или злости её неожиданно охватило лёгкое, почти приподнятое настроение.
Она присела на край кровати, достала телефон и быстро набрала номер, который знала наизусть.
— Привет, доченька, — раздался тёплый, родной голос, и на душе у Миланы стало светлее.
— Привет, папочка, — отозвалась она с улыбкой. — Я слышала, ваше свидание прошло успешно.
— Да, Милаша, ты была права, — голос Игоря звучал непривычно оживлённо. — Светлана… Она удивительная. Умная, красивая, с ней легко и интересно говорить. И… — он немного замялся, — я начинаю испытывать к ней чувства.
Милана улыбнулась ещё шире.
— Папочка, я так рада за вас, — искренне сказала она.
— А как у тебя с Владиславом? — осторожно спросил Игорь.
— С переменной облачностью, — усмехнулась Милана, стараясь придать голосу лёгкость.
— Дочка, ты всегда можешь вернуться домой, — серьёзно напомнил отец.
— Спасибо, мне важно знать это, — тепло ответила Милана. — Но пока я хочу попробовать разобраться сама. Это мой выбор.
Игорь ненадолго замолчал, а потом добавил:
— Знаешь, я разблокировал все твои карты. Тебе не обязательно зависеть от Влада.
Милана фыркнула и рассмеялась:
— Нет, папа, назвался мужем — пусть содержит жену!
Игорь тоже рассмеялся. Ещё немного поболтав, они попрощались.
Милана отложила телефон и закрыла глаза. Усталость, наконец, начала брать своё. Но перед мысленным взором неожиданно всплыло недавнее происшествие: Влад, только что вышедший из душа, его идеально сложенное тело, капли воды, стекающие по коже…
Она резко открыла глаза, покраснев от своих собственных мыслей.
— Да уж, тело у него что надо, — пробормотала Милана, не зная, смеяться или ругать себя за подобные фантазии.
В этот момент в дверь постучали, прерывая мечты Миланы.
— Войдите, — спокойно сказала она, ожидая увидеть Светлану с приглашением на ужин.
Но к её удивлению, на пороге стоял Влад. Его выражение было непривычно серьёзным.
— Я хочу с тобой поговорить, — сказал он, слегка замявшись.
— Я слушаю, — ответила Милана сдержанным тоном, подняв на него глаза.
Влад вошёл в комнату и закрыл за собой дверь. Он выглядел слегка растерянным, будто не знал, с чего начать.
— Мы не можем продолжать так жить, — наконец сказал он, остановившись на расстоянии. — Эти скандалы выматывают нас обоих. Я хотел извиниться за то, что говорил о тебе плохо. Это было несправедливо.
Милана поднялась с кровати и, скрестив руки на груди, внимательно посмотрела на него.
— Я больше не злюсь, Влад, — призналась она. — К тому же всё, что ты тогда сказал, было правдой. Я только недавно поняла, как жила раньше, и насколько ужасно себя вела.
— У тебя были свои причины, — тихо ответил Влад. — А я… как твой друг детства… мог бы поддержать тебя, помочь, но вместо этого просто отвернулся. Сегодня, когда ты спросила, что я сделал для тебя, я задумался. И понял: ничего. Вообще ничего.
Милана удивлённо посмотрела на него, но промолчала.
— Помнишь, как в детстве на каждый мой день рождения ты дарила мне поделки, которые делала своими руками? — продолжил Влад, слегка улыбнувшись. — Я считал их самыми глупыми подарками. Но теперь понимаю: ты тратила время, силы, вкладывала душу… для меня.