— Марика! — позвал Седрик, по-прежнему борясь с собственной странной сонливостью, которая начала обуревать его подле супруги. — Марика, просыпайся!
Он встряхнул ее снова, приложился ко лбу губами и опять встряхнул. На несколько мгновений романка будто оживилась и слегка порозовела. Воодушевлённый успехом, Седрик сунул угол простыни в стоявший тут же кувшин с водой и обтер им лицо жены.
Марика дернулась и едва слышно что-то простонала. Ресницы ее дрогнули. Распахнув глаза, она некоторое время бездумно смотрела в склоненное над ней лицо Седрика. Узнав его, знакомо поморщилась и попыталась перевернуться на бок, спиной к нему.
— Марика! — повторил обрадованный супруг, который думать забыл о своем гневе. — Что с тобой… случилось? Ты не хотела просыпаться. Хорошо себя чувствуешь? Может быть, позвать лекаря?
— А что… с тобой… случилось? — сипяще передразнила жена, подтягиваясь на подрагивавших руках. С помощью Седрика ей удалось сесть, и она тут же схватилась за голову. — Ты ведь… должен был ночевать в пригороде? Зачем ты… меня… разбудил?
— Пришлось оставить Черного у того целителя, который говорит с животными. Помнишь, я рассказывал тебе? — Седрик стащил перчатки, потом сбросил плащ и взялся за сапоги. — Я намеревался заночевать у него же. Даже начал готовить себе постель… в его сарае, когда на меня словно снизошло… Словно кто-то меня подбросил. Я вдруг почувствовал, что мне нужно вернуться. Как будто с тобой беда. И я… ну вот, я здесь. Разбудил тебя, потому что ты лежала, как неживая. Еще и двери заперла. Какой тьмы ты заперла дверь?
Марика бросила взгляд в сторону створок, которые прикрыл Седрик, когда входил, потом — на валявшуюся на полу задвижку и пожала плечами.
— Не помню, чтобы я ее запирала, — проговорила она, вновь прикладывая тыльную сторону ладони ко лбу. — Проклятие, Дагеддид… Лей свидетель… вынеси ты свои сапоги… хоть на балкон.
Седрик ухмыльнулся и выполнил ее просьбу. Когда он вернулся в комнату, Марика уже была на ногах. Она подняла с пола, очевидно, выроненный ею ранее том сказок и положила его на столик рядом с креслом, которое стояло у очага. Потом подкинула в огонь еще несколько поленьев. Проделав это, Марика вернулась к ложу и присела, приложив ладонь ко лбу. Должно быть, она все еще чувствовала слабость после своего загадочного недомагания.
— Утомила сегодняшняя охота, — отвечая на немой вопрос Седрика, нехотя пояснила она. — Нужно было нянчить маннов. Генрих устранился, и заботиться о… гостях пришлось мне.
— Этот грязный дикарь Вальгард опять пялился на тебя? — про-принц расстегнул камзол. Окончательно проснувшаяся Марика смотрела на то, как он разоблачается, и лицо ее застыло в обреченном ожидании того, что обычно следовало за такими настроениями супруга.
— Ты правильно сказал. Он дикарь. Смердит хуже, чем твои сапоги.
Седрик хохотнул. Потом посерьезнел и нахмурился.
— И все же, он пялился, — наследник престола Веллии стянул рубашку и оказался обнаженным по пояс. — Признайся, тебе это нравится?
Глядевшая в сторону Марика резко обернулась и честно вытаращилась на супруга.
— Ты, должно быть, болен, — озаботилась заметить она. Седрик, однако, не унимался. Пережитое им волнение явно настроило принца на дураческий лад. В несколько движений он сплел из своих волос подобие косы, которую носил Вальгард, потом насупил брови, приопустив голову, из-за чего лоб стал казаться ниже, и одновременно выпятил челюсть.
— Я есть грозный вождь суровых манн! — к изумлению и неудовольствию жены, громогласно объявил он, подражая голосу Снежного Волка. — Суровый, очень суровый есть я муж! Грозный, смелый, непобедимый! Я есть сразить много змей и спать прямо в лед! Я спать прямо в лед и отморозить себе зад, но все равно суровей манна мужа нет! Я питаться только тухлый рыба, ведь настоящего мужа живот все, что есть, перетрет! Я есть хотеть любить прекрасный принцесса Марика! Очень есть хотеть любить!
Он попытался заграбастать жену и повалить ее на ложе, но Марика, которая еще чувствовала себя разбитой, все же увернулась от его руки.
— Ты пил? — невольно поинтересовалась принцесса, вновь уворачиваясь от ведмежьих объятих дурачившегося супруга.