Лия помедлила. Лей опустил златокудрую голову. Поневоле взгляд Альваха скользнул к тому, кого он знал, как Отца мужей. Лик Светлого был суров и печален. Казалось, Предвечный терзался какой-то внутренней мукой, не получая облегчения уже много веков.
— Суть нашего мира в единении двух начал, — Темная Лия улыбнулась своему высокому супругу, который в этот миг встретился с ней глазами. — И мы… увлеклись. Наше единение… должно быть, пропуская через наши сущности дела смертного мира, мы сами слишком приблизили себя к смертным. К вашим желаниям, вашим страстям… вашему несовершенству…
— Не стоит. Искать. Оправданий! В том. Что случилось. Наша. Вина. А. Не. Смертных!
— Мы стали меньше думать о заветах Творца и больше — о собственной важности, — Лия продолжила, еще раз коротко взглянув в сторону Светлого. Однако на этот раз он не ответил на ее взгляд. — Мы… слишком возгордились, хотя причин для гордости у нас не было. Мы понимаем это теперь, но тогда… Мы оставались верными нашей природе, но изменили сущности. Перестали помнить о предназначении. Перестали видеть единый путь для наших устремлений. Стали искать ссор друг с другом. Стали походить… на простых смертных мужа и жену, которые… Которые уязвимы в своих слабостях…
— Этим. Воспользовался. ОН!
Последнее из уст Светлого вновь прозвучало, подобно удару грома. Лия и Альвах вздрогнули одновременно.
— Кто — он? — забывшись, переспросил роман, поскольку Лия замолчала.
— Ты. Зовешь. Его. Хаосом.
— У него много имен, — Темная Лия тронула один из «прутьев» своей клетки. — Мы так полагаем. Но… не знаем точно. С тех пор, как нас направили сюда, мы занимаемся только этим миром и мало ведаем о других. Другие миры и то, что происходит в мироздании — не наше дело. Такова была воля Творца. Раньше, на заре веков… Творец говорил с нами. Направлял нас. Но потом… чем больше смертного становилось в нас, тем больше мы отдалялись от Того, Кто нас создал. И однажды… мы вдруг поняли, что мы давно не слышали Его. Но не Он покинул нас. Разорвать эту связь — был наш выбор… Выбор, который мы сделали своим небрежением.
Лия замолчала вновь. Смертный гость молчал тоже, размышляя об услышанном.
— Вы не можете воззвать к Творцу снова?
— Раньше. Мы. Не. Смели, — Лей стиснул пальцы на грязноватом свечении своей клетки. — А теперь. Не можем. Отсюда. Не. Получается. Мы. Слишком. Слабы.
— Вы здесь по воле хаоса?
Светлый и Темная переглянулись вновь.
— Нет, герой, — Лия качнула головой, и ее облик вновь заволокло туманом скорби. — Мы пришли сюда по собственной воле.
Альвах поднял брови. Несмотря на все его положение, удивляться больше он был попросту не в силах. Предвечная Лия грустно улыбнулась.
— Когда наша связь с Творцом была нарушена, мы пребывали в растерянности, — она в который раз посмотрела на Лея. Ее брат невидящим взором глядел на едва различимую за сиянием горгону, что никак не хотела уходить от распростертого в недосягаемости для нее женского тела Марка Альваха. — Мы не знали, что нам следует делать. Стыдно признаться. Мы стали винить друг друга и нашу взаимную привязанность в случившемся. Ведь это супружеское сближение способствовало тому, чтобы больше помнить о смертной сути, и меньше — о нашем назначении.
— Он. Хорошо. Выбрал. Время. Для. Появления.
— Да, это так. Хаос пришел вовремя. Он выбрал наилучший миг. Мы были растеряны и смущены. Он… он обманул нас. Сказал, что его послал сам Творец, чтобы помочь нам… помочь вернуться на истинный путь.
Бывший Инквизитор сузил глаза.
— Ты правильно думаешь, герой. Но мы не сразу смогли распознать его клевету. Ведь он явился, как вестник… света. Мы не могли усомниться в его правдивости. Он — один из нас. Предвечный. Из тех, кто были созданы Творцом.
— Может быть так, чтобы этот Предвечный действительно пришел по воле… Творца?
— Он. Пришел. К нам. Не. По воле. Творца! Он! Предал! Творца!
Лия коротко взглянула на своего гневливого брата, и покачала головой.
— Увы, нет. Даже если забыть про все, что он сделал — на нем не было печати Творца. Нам тогда казалось, что мы настолько изменили природе, что попросту не в силах ее разглядеть. И потому мы не стали требовать от него подтверждения его… полномочий. Нам мешали стыд и раскаяние…