- Но ведь они же не занесли ее, эту чуму, - примирительно осадила мужа Первая Ипполита, ободряюще улыбнувшись принцессе Марике. - К чему эти разговоры?
Прошло много времени с того мига, как Инквизитор Марк Альвах и маг Ниавир Дубовик впервые пересекли Прорву и очутились в землях Темной Лии. В первый раз с момента разделения мира сыновья Светлого Лея столкнулись за проклятым туманом с новыми, неведомыми им землями. Здесь никогда не светило солнце, а над людьми довлело страшное проклятие. В мире Темной Лии мужи рождались слабыми и в большинстве своем умирали от болезней в раннем детстве. Лишь один из ста доживал до возраста зрелости. Волей-неволей, женщинам приходилось примерять на себя мужеские заботы, и за множество поколений они в этом преуспели. Отважные женщины освоили даже искусство войны, и именно на их помощь надеялась принцесса Марика, когда вела свой отряд через Прорву.
В прошлое посещение мира Лии Марике пришлось оставить новые запрорвные земли в сильной спешке и не по своей воле. Теперь, когда она вернулась, многое оставалось по-старому. Все так же в небе не было солнца, а света облаков едва хватало, чтобы разгонять извечный мрак. И все так же число женщин преобладало над слабыми и хилыми мужами.
Но кое-что, все же, изменилось.
Когда-то большим поселением, в которое дочери Лии привели Марику и ее людей, правила Первая Хрисеида. За восемь лет срок ее жизни подошел к концу. Старая Хрисеида ушла к Лии, и Первой стала ее дочь Ипполита. Проезжая по смутно знакомым местам, Марика не переставала удивляться. Поселение из беспорядочного скопища шалашей и хижин превратилось в настоящий, хотя и небольшой, город, с правильными улицами, крепкими деревянными и каменными домами. Ближе к центральной площади дорога была даже частично вымощена камнем. Во всем чувствовалась мужская рука, чего раньше не было в помине. Как и восемь лет назад, на улицах подле домов, мастерских и в огородах можно было видеть множество женщин, от маленьких девочек, до старух. Мужчины, как и прежде, встречались очень редко и были видимо больны. Но главным и важным отличием, которое сразу бросилось Марике в глаза, был не сам город, а возросшее в нем число детей мужеского пола. Младенцы и отроки до восьми лет, в большинстве своем светловолосые, крепкие и здоровые, сидели на изгородях, играли подле домов, помогали матерям на огородах и со скотиной. Принцесса готова была поклясться, что ничего подобного ранее она здесь не видела.
Впрочем, она не могла не догадаться, кто стал виновником налаживания женского быта и появления столь многих здоровых детей. В отличие от нее самой, Ниавир Дубовик никогда не покидал мира Лии. Все виденные ею мальчишки были его детьми. Дети Ниавира не несли в себе и тени хилости или болезни. Они были здоровы и в будущем обещали вырасти в здоровых и крепких мужей, таких, каким был их отец. Мужчины Светлого Лея и женщины Темной Лии могли давать здоровое потомство. Похоже, что проклятие одной половины мира не распространялось на другую.
Это можно было сказать и о каменной чуме. Проклятая болезнь, выкосившая светлую половину мира, в земли Лии не пошла. Легионеры, которые вместе со своей принцессой перешли Прорву и прибыли в селение, где проживали их спасительницы, за несколько часов почти полностью протрезвели. Но уже привычные вялость и слабость, которые в мире Лея за неполный день в телах мужчин переходили в камень, у них не проявлялись вновь. Впервые за долгое время воины Легиона могли ясно мыслить и при том не чувствовать в себе смертельную болезнь. Воспользовались они, впрочем, этим ожидаемо. Из семи сопровождавших Марику мужчин шестеро приняли предложения местных женщин провести ночь у их очагов. Лишь центурион Кедеэрн, недовольный тем, что его не допустили на совет в доме Первой и ее мужа Патриарха Ниавира, слонялся во дворе и стерег свою принцессу неизвестно от кого и чего. Время от времени его силуэт мелькал в окне. Однако Марика оставалась глухой к его невысказанному томлению. В отличие от Ипполиты и Ниавира, Кедеэрн не был посвящен в тайну ее сущности. Менять это положение вещей Марике не хотелось.
- Я знал, чума не пойдет дальше Прорвы, - принцесса тем временем дернула горлом, справляясь с дурнотой. - Она - только для мужей. Мужи вашего мира... вашей половины мира для маннов не опасны. Если маннский маг хотел уничтожить всех, он наслал бы женскую чуму. А кроме того...
Подтянувшись на руках, Марика села прямо и забрала со столика перед диваном кружку, в которой был настой на травах.
- Кроме того, есть еще Прорва, - осушив кружку, закончила она. - Я помню, что она ослабляла твою магию, Ниавир. Каменную чуму вызвала злая магия маннского колдуна. Здесь его чары должны были ослабнуть, как твои.
Ипполита и Ниавир переглянулись.
- Не совсем так, - Дубовик хмыкнул, потом потер затылок. - Тут такое дело... О том, что Прорва не пропускает магию Лея я понял давно, когда только ступил на здешние земли. Но с тех пор, как ты начал колупать дыры в этой проклятой мгле... В общем, года полтора эдак тому назад я внезапно начал ощущать, как ко мне возвращается мой дар. Должно быть, заслон, который создает туман, слабел с каждым новым твоим шагом сюда. Если раньше я едва умел раздуть костер поблизости от Прорвы, а дальше - так и вообще не мог ничего, то теперь я почти так же силен в магии, как если бы жил под солнцем!
В подтверждение своих слов он протянул руку, которая вспыхнула огнем до самого локтя. Некоторое время огонь пылал на ничем не защищенной коже мага, потом утих так же внезапно, как появился.
- Не сразу, но я понял, что, должно быть, это твоих рук дело, - Ниавир потер кулак в ладони и хрустнул мозолистыми пальцами. - Хотя никак не мог взять в толк, как тебе вообще удалось убежать от ведьмы, и что ты там, с той стороны, делаешь. Ипполита предположила, что люди из-за Прорвы, должно быть, ищут путь в нашу половину мира. Мы сделали больше десятка вылазок в туман, но так и не смогли найти вас.
Марика взяла кружку обеими руками, грея об нее ладони.
- Вы искали нас? - переспросила она. - И безрезультатно?
- Мы потеряли пятерых воительниц и решили до времени прекратить поиски, - Первая Ипполита пожала плечами, словно извиняясь. Однако не было похоже, чтобы она чувствовала вину за этот приказ, который, несомненно, был отдан ею. - До поры мы не знали, с какой стороны вы должны появиться. Иначе мы бы помогли вам со стройкой. Но терять людей просто так... это попросту неразумно.
Принцесса Веллии, некогда бывшая Инквизитором Марком Альвахом, помолчала.
- Ты сказала "до недавнего времени", - обронила она, наконец. - Вы появились вовремя, чтобы не дать нам погибнуть. Как, в конце концов, догадались, куда идти?