— Может быть, ты еще сможешь превратить Локи в боксерскую грушу, — усмехнулась коллега, усаживаясь рядом.
Ее взгляд уставился в пустоту, словно она обратилась к воспоминаниям. Наташа внимательно пригляделась к напряженному лицу Марии, пытаясь понять, о чем она думала, но расспрашивать не пришлось. Та сама высказала мысли вслух:
— Я никогда не прощу ему смерть Филлипа Колсона…
— Не только его, — хрипло и тихо отозвалась Романофф. — Многие хорошие парни из Щ.И.Т.а погибли из-за Локи. Не знаю, что по мнению Тора искупил его брат, но точно не их смерти.
— Тор утверждает, что все это влияние этих тварей, читаури, или их предводителя, — припомнила Мария, пожав плечами. — Кто этих инопланетян разберет. И еще этот скипетр. Если не ошибаюсь, в нем заключен некий артефакт. В прошлый раз мистер Старк и Брюс пытались разобраться, что это, но тогда Локи сбежал и забрал скипетр. После победы над ним, когда Щ.И.Т. снова получил артефакт, мы передали его другим ученым. И отправили их туда, куда, как мы думали, точно никто не проникнет. Но все получилось, как получилось… — со вздохом произнесла Хилл, не желая упоминать секретаря Пирса, виновного во всем произошедшем. — Должно быть, Локи в курсе, что внутри скипетра, но он отказывается говорить.
— Рано или поздно мы все узнаем, — скрестила руки на груди Наташа. — Локи заговорит. Как миленький заговорит.
Глава 5. К бездне шаг за шагом
Здесь было холодно и мрачно. Вокруг простиралась лишь бесконечная пустота, казавшаяся абсолютно черной и всепоглощающей. Она лишала ощущения каких-либо границ. В пустоте отсутствовала жизнь, звуки и запахи, любые ощущения, только небо и темнота, которые тянулись в бесконечность. Лишь одна женская фигура излучала свет, и единственный звук — ее шаги, разносившиеся в округе эхом. Куда идти, Наташа не знала. Она пробиралась словно сквозь густой черный туман, идя наугад.
Агент Романофф ожидала, что разум Локи предстанет перед ней в виде первобытного хаоса. Лабиринта интриг, полного секретов и ловушек, но все оказалось совершенно иначе. Как же ей найти ту нить, что связывала Локи и скипетр, если вокруг лишь ничто?
Как долго она шла в пустоте, женщина сама не знала. У нее возникало чувство, будто это ничто всего лишь иллюзия. Чем дольше она шла, тем тоньше становился туман. В какой-то момент до нее стали доходить голоса. Но Наташа не могла разобрать слов. Они казались какими-то далекими, звучали словно за стенкой. Становилось чуть светлее. В конце концов, агент дошла до двери, повисшей в пустоте. Она была массивная, сделанная из камня с замысловатыми узорами. С обеих сторон дверь подсвечивали огоньки. Заглянув за колонну, на другую сторону, Наташа ничего там не увидела.
Романофф поднялась по ступеням и уже собиралась взяться за ручку, как за спиной раздался звонкий недовольный голос:
— Ты кто?
Наташа резко обернулась и встретилась с подозрительным взглядом мальчика лет восьми. Он смотрел на нее волком. Черные волосы до плеч растрепались, а зеленые глаза светились недовольством. В невинном детском лице читались черты лица взрослого бога Обмана. Значит, перед ней стоял малыш Локи. Это одновременно умилило Наташу, но и насторожило. Дети могут быть более озорными и очень жестокими. Женщина присела перед мальчиком на корточки, чтобы ее глаза были напротив зеленых глаз, и произнесла, мягко улыбнувшись:
— Ты меня не знаешь?
Взгляд малыша Локи вспыхнул, затем глаза сощурились. Он словно пытался вспомнить, знает ее или нет.
— К-кажется, нет… — чуть запинаясь произнес мальчик. — Почему я вообще должен тебя знать?
— Ну, тогда познакомимся. Меня зовут Наташа, — она приложила ладонь к груди, искренне смотря в настороженные глаза ребенка.
— Хм, странное имя… — поморщился он, затем задумался и как-то недоверчиво посмотрел на Наташу снова. — Но мне оно кажется знакомым. Я точно тебя не знаю?
— Может быть — да, — пожала Романофф плечами, поднимаясь на ноги, — а может быть — нет.
— Что за ответ?! — резко вскрикнул юноша. — Кто так говорит…
— А как твое имя? — она решила сменить тему.
— Локи, — гордо вздернул курносый нос мальчишка, взявшись за лацканы своего необычного костюма, похожего на тот, в котором Локи предстал перед командой мстителей в Нью-Йорке, — Локи Одинсон, принц Асгарда, сын Одина.