Уйдя в учебу с головой, он и забыл о празднике, пока в поместье не установили девятифутовую сосну. Он нанес быстрый визит в Эдинбург за подарками Райли и отправил большинство домой Стюарту. Парочку запрятал в свой багаж. Бек не мог дождаться, когда она откроет их.
Озираясь, Бек отметил в домах горящие до поздней ночи огоньки. А в прошлые разы на них были рождественские украшения, или он прежде их не замечал?
Вполне возможно. О таком бедняга из Южной Джорджии не задумывался, беспокоясь о пропитании и крышей над головой. Чуточку везения, долгие часы работы, чтобы оплатить коммунальные счета.
Сейчас все по-другому. В должности Великого мастера он получал приличную зарплату. Богатым не стал, но всё же лучше. Да и не в деньгах счастье.
Бек посмотрел на Райли, единственную причину, по которой он это ценил. Она открыла ему глаза на множество таких замечательных вещей, как закаты, поцелуи на крыше под зажигающиеся один за другим городские фонари. Да и на саму любовь.
«Всё благодаря тебе».
Райли плавно затормозила машину.
— Что скажешь? — спросила она, ожидая реакции.
Он изучил дом повнимательнее со своего места и одобрительно кивнул. Перила крыльца были задрапированы завесой белых гирлянд. На двери висел большой зеленый венок, а окно было обрамлено мерцающими огнями. Даже на почтовом ящике были красная лента и зеленые ветви. Дом выглядел великолепно.
— Восхитительно.
— С возвращением, Ден.
У Бека отвисла челюсть. Это его дом?
Райли свернула на подъездную дорожку, он вышел из машины. Дошагал до середины дворика, едва замечая снег в траве. Хлопнув по бедрам, изумленно осмотрелся. Он старался поддерживать порядок, как сказала бы бабушка, наводил уют, но ему было далеко до этого.
Райли присоединилась к нему.
— Тебе нравится?
— Это… — как в настоящем доме. Чего у него не было в детстве, но у их детей будет, если они их заведут.
Бек почувствовал, как увлажнились глаза. Он обнял наблюдавшую за ним Райли, положив подбородок ей на макушку.
— Я тебя обожаю.
— Все из-за рождественской гирлянды? — пошутила она.
— Да, из-за нее тоже, — он хотел сказать целую уйму слов, но не знал, как. — Будь они другого цвета, я бы мог и передумать.
Она рассмеялась и вывернулась из его рук.
— Ве-е-е-ерно. Идем к Ренни, она, наверное, с ума сходит. Я сделала ей загородку побольше, чтобы она могла прыгать. Ей очень нравится.
— Она с тобой разговаривает? — развеселился он.
— Постоянно, — Райли подмигнула. — В точности, как с тобой.
Он расхохотался и снова обнял ее, а затем закружил в воздухе.
— Боже, я соскучился по тебе.
— Прости, что я не одета подобающе. Я получила сообщение прямо перед твоей посадкой. Собиралась принарядиться и…
Он приподнял ей подбородок, чтобы встретиться с ней взглядом.
— Что бы на тебе не было надето, для меня ты всегда будешь самой красивой женщиной в мире. Поняла?
Она кивнула, глаза наполнились слезами.
— Давай пойдем внутрь, пока соседи не удивились, какого черта мы творим.
Райли отключила сигнализацию, он занес домой чемодан и подождал, когда она зажжет свет. Все изменилось. Она переставила мебель и стало лучше прежнего. Один угол оставался пустым; на его вопрос она ухмыльнулась.
— Оставила место для елки. Их продают за городом. Мы можем срубить ее сами, выйдет не дорого. Не знаю, как это делается, но решила, что ты-то должен знать.
Бек почувствовал на губах счастливую улыбку.
— Похоже на план. В Афганистане мы ставили елку в казармах, тощую такую, но собственной у меня никогда не было.
Райли моргнула, выглядя ошеломленной.
— Никогда?
— Да. — Мать таким не занималась, слишком была поглощена выпивкой. Когда он обзавелся собственный жильем, то не интересовался таким.
Теперь это все имело значение.
— Это грустно, Ден, — прошептала она, сжав его руку.
В этом и был недостаток новой жизни — в осознании того, что старая с ней и рядом не стояла. И как просто все могло исчезнуть, не будь Райли с ним.
— Так где же наша кроля? — спросил он, отстраняясь от щемящей боли в груди.
— Нам туда, — ответила она, подталкивая его.
Глава четырнадцатая
Хоть Райли и не успела исполнить все свои планы на дом до приезда Бека, это оказалось не важно. Ему понравились её перестановки, а еще он воссоединился с Ренни.
А затем он притих. Отчасти из-за смены часовых поясов — она прекрасно помнила, каково это, — но, похоже было, что тут кроется нечто большее. Из-за этого она забеспокоилась, все ли у него в порядке. Сказал бы он, будь что не так? Может, и нет. Бек, когда захочет, может утаивать.