Алекс взял латунный компас и поднял его.
— Как только я подойду ближе, он укажет мне на нее, — сказал он. — Сделайте мне одолжение. Выясните, что она вам продала, и отложите это в сторону. Уверен, ее родители захотят выкупить это.
Мужчина усмехнулся.
— Вы явно не знаете богатых людей, — сказал он. — Если вы скажете им, что я храню их вещи, они придут сюда с адвокатом и полицией и пригрозятся закрыть меня, если я не верну все обратно.
Алекс был немного удивлен, услышав это. Он сам много раз так поступал, но привык к мелким кражам, когда жертвы не могли заплатить, чтобы вернуть украденное. Если бы у Уэстлейков было достаточно денег, они могли бы купить весь этот магазин и даже не заметить пропажи.
— Я скажу им, что они должны выкупить вещи, — сказал Алекс. — Не ваша вина, что их украла их дочь.
— Сомневаюсь, что это поможет, — обреченно произнес скупщик.
— Послушайте, если они будут настаивать, скажите им, что вам придется подать заявление в полицию о том, что все вещи, которые продала вам их дочь, были украдены, — сказал Алекс. — Они не захотят, чтобы ее имя фигурировало в официальном полицейском протоколе, а замять это будет гораздо дороже, чем просто заплатить вам.
При этих словах круглое лицо мужчины просветлело.
— Это неплохая идея, — сказал он, заговорщически подмигнув, и протянул Алексу руку. — Спасибо.
Алекс пожал ему руку, взял сумку и отправился на поиски телефонной будки.
— Ты вернешься к ужину? — спросил Игги, когда Алекс позвонил ему.
— Я как раз об этом и хотел сказать, — ответил Алекс. — Я взялся за новое дело, и мне нужно довести его до конца. — Он рассказал о Уэстлейках и их пропавшей дочери.
— Думаешь, ей грозит опасность? — спросил Игги, когда Алекс закончил.
— Нет, думаю, она злится на родителей и сбежала из дома.
— Возможно, — протянул Игги.
У Алекса всегда мурашки бежали по коже, когда Игги так говорил.
— Думаешь, я что-то упустил?
— Нет, — ответил Игги. — Скорее всего, ты прав. Если только юная леди не зарабатывала на свой образ жизни, обворовывая родителей.
Алекс об этом не подумал. Вивиан Уэстлейк воровала у родителей, но что, если этих денег не хватало на ее роскошную жизнь? Обычно женщинам не приходится самим покупать себе выпивку, но ночные клубы в центре города дорогие заведения. Что, если она задолжала деньги кому-то, кто не хотел слышать о том, что ее отец может лишить ее наследства?
Если это действительно похищение, а не просто подростковая выходка, то Алекс может ввязаться в опасное дело.
— Я буду осторожен, — сказал он Игги.
— Молодец, — ответил Игги. — А теперь мне не терпится узнать про Джун. Ты узнал что-нибудь новое?
Алекс вздохнул. Из-за паники Уэстлейков по поводу пропажи дочери он почти забыл о самоубийстве Джун.
— Я заходил в квартиру Хьюго Эйерса, человека, которого она якобы убила, — сказал он, сдерживая желание выругаться. — Мне плевать, что Джун написала признание, будто у них был роман, но если в этой квартире у Хьюго когда-либо была женщина, я съем свою шляпу.
Игги ответил не сразу, и Алекс понял, что он обдумывает все, что ему известно об этом деле. Он закурил, и молчание затянулось.
— Не знаю, парень, — сказал он наконец. — Если у Джун не было романа с этим человеком, значит, кто-то заставил ее его убить.
— И написать это признание? — добавил Алекс.
— Полагаю, такое возможно, — сказал Игги, и в его голосе слышалось сомнение. — Но это слишком сложно, чтобы просто убить человека. Есть ли какая-то причина, по которой кто-то мог захотеть убить мистера Эйерса?
— Он был бухгалтером, — ответил Алекс, готовый к этому вопросу. — Это значит, что он знал секреты своих клиентов, по крайней мере те, что связаны с деньгами.
— У кого-то из его клиентов могли быть финансовые секреты, ради которых стоило бы убивать?
К этому вопросу Алекс был готов меньше, хотя и знал, что Игги его задаст.
— Не думаю, — сказал он. — В начале года Эйерс потерял нескольких клиентов, но у меня не было возможности это проверить.
— Похоже, он ждал слишком долго, чтобы его убить, — заметил Игги. — Но это не исключено. Есть что-то новенькое?
— У него появился один новый клиент, какая-то компания под названием "Эшфорд". Я пока не знаю, что это за компания, но завтра выясню.
— Эшфорд? Как Уильям Эшфорд?
Алекс пожал плечами.
— Не знаю, — признался он. — Это что-то, о чем я должен знать? — спросил Алекс.
Игги пожурил его.
— Я в тебе разочаровался, мальчик, — сказал он. — Ты должен читать всю газету, а не только криминальную хронику и колонки с жалобами.
Алекс начал возражать, но Игги его перебил.
— Потому что, — сказал он, — если бы ты читал всю газету, то знал бы, что через две недели выборы.
— Я знаю, — возразил Алекс. — Мэра Барнса переизбирают. Судя по газетам, у него все шансы на победу.
— Все так, — согласился Игги. — Но знаешь ли ты, кто его соперник?
Алекс подавил вздох.
— Уильям Эшфорд?
— Верно, — сказал Игги. — А кто лучше всех умеет хранить секреты, так это политики.
— Точно, — сказал Алекс, чувствуя себя глупо. Теперь, когда Игги напомнил ему, он вспомнил имя Эшфорда. Он был сыном бывшего сенатора, который стремился сделать политическую карьеру и имел достаточно денег, чтобы воплотить свои амбиции в жизнь.
— Завтра я найду его предвыборный штаб и выясню, что для него сделал Хьюго Айерс.
— Молодец. Ты уже поел?
— Я звоню тебе из закусочной недалеко от того места, где находится Вивиан Уэстлейк. Я возьму сэндвич и подожду, пока откроются клубы.
Он посмотрел на свои карманные часы и увидел, что до семи осталось всего восемь минут.
— Тогда иди и будь осторожен, — сказал Игги.
Алекс пообещал, что так и сделает, повесил трубку и подозвал официантку.
Через восемь минут и один посредственный сэндвич с пастрами Алекс вышел на тротуар перед закусочной. В квартале отсюда было два ночных клуба, и он решил начать с них. Нужно было просто пройти мимо и посмотреть, повернется ли стрелка компаса, когда он будет проходить мимо. Если это будут не те клубы, которые он искал, он возьмет такси и поедет за стрелкой туда, где засела Вивиан.
Сверяясь с компасом, Алекс перешел улицу. Он уже почти дошел до конца, когда кто-то крикнул ему, предупреждая об опасности. Прямо на него на перекрестке неслась машина, и Алекс едва успел отскочить в сторону, прежде чем она пронеслась мимо.
Когда Алекс с трудом поднялся на ноги, позади него раздался оглушительный грохот, сопровождаемый звоном бьющегося стекла и скрежетом металла. Алексу потребовалась секунда, чтобы прийти в себя после падения, и когда он поднялся на ноги, то услышал приближающиеся шаги.
— С вами все в порядке, молодой человек? — спросил голос с ирландским акцентом.
Алекс обернулся и увидел пожилого полицейского в форме. У него был волевой подбородок и пышные седые усы под зелеными глазами.
— Кажется, да, — ответил Алекс. У него болели плечо и рука, но ничего не было сломано. Обернувшись, Алекс посмотрел в ту сторону, куда умчалась машина. Она не проехала далеко и врезалась в припаркованный грузовик, после чего ее развернуло поперек дороги.
Алекс повернулся и, хромая, направился к месту аварии. Вокруг уже собирались зеваки, пытаясь понять, что произошло. Подойдя к машине, Алекс увидел, что водитель склонился над рулем.
— Отойдите все, — сказал подошедший полицейский. — С ним все в порядке? — Последнее он адресовал Алексу.
Просунув руку в разбитое окно, Алекс схватил мужчину за пальто и вытащил его из машины. Это был мужчина средних лет с зачесанными назад темными волосами и нездоровой кожей. Он был мертв, его безжизненные глаза были открыты и смотрели на Алекса.
— Бедняга, — сказал полицейский. — Не понимаю, что он творил. Он так рванул с места, будто хотел тебя сбить.
— Что ты имеешь в виду?
Полицейский указал на дорогу в том направлении, откуда приехала машина.