— Мы закрыты, — протянул он своим скучающим голосом. — Посетители допускаются только с десяти до пяти.
— Я подумал, что ты по мне скучаешь, — сказал Алекс. — Вот и решил зайти узнать, как у тебя дела.
Скучающее выражение на лице полицейского сменилось гневом, и он встал, отложив книгу.
— Он со мной, офицер, — сказал Артур Хардвик, выходя из-за спины Алекса.
Полицейский на мгновение замешкался, прежде чем узнал адвоката.
— Мистер Хардвик, — сказал он таким тоном, что стало ясно: он не любит адвокатов так же сильно, как частных детективов. — Что привело вас сюда сегодня вечером?
— Я пришел навестить Джорджа Шеридана, — без обиняков ответил Хардвик. — Мистер Локерби мне помогает.
Полицейский, казалось, был бы рад отказать им и отправить восвояси. К несчастью для него, закон четко прописывал, что адвокаты имеют право видеться со своими клиентами.
— Распишитесь здесь, — сказал он, взял планшет и протянул его Хардвику.
Артур написал свое имя и имя своего клиента в отведенной для этого строке, а затем расписался. Алекс сделал то же самое, после чего полицейский жестом пригласил их следовать за ним.
— Сюда.
Он провел их по коридору мимо камеры для пьяных и общих камер для тех, кого задержали на ночь, к блоку одиночных камер. Там прохлаждались с полдюжины мужчин, и полицейский провел их до самого конца коридора, где на металлической койке угрюмо сидел Джордж Шеридан. Его зачесанные назад волосы были слегка растрепаны, он снял пиджак и галстук, но, казалось, арест никак на нем не сказался.
— Давно пора, Артур, — проворчал он, когда полицейский отпер дверь.
— Вы платите мне за то, что я хорошо делаю свою работу, Джордж, — сказал Хардвик, входя в камеру. — А не за то, что я быстрый. Вы, конечно, помните мистера Локерби.
Алекс вошел в камеру вслед за Хардвиком, а полицейский закрыл дверь и запер ее на замок. Несмотря на то, что вся передняя часть камеры была за решеткой, Алексу сразу показалось, что она стала меньше.
— Позовите, когда будете готовы выйти, — сказал полицейский, развернулся и пошел обратно к выходу.
— Рад снова тебя видеть, — сказал Шеридан таким тоном, что сразу стало ясно: он совсем не рад видеть Алекса. — По крайней мере, на этот раз я тебя вижу.
Алекс даже не пытался скрыть улыбку, вспомнив, как активировал руну-вспышку в кабинете Шеридана.
— Не волнуйся, Джордж, — вмешался Хардвик, прежде чем Алекс успел что-то сказать. — Ты ведь хочешь, чтобы мистер Локерби тебе помог, верно?
Шеридан на секунду уставился на своего адвоката, но потом выражение его лица смягчилось.
— Прошу прощения, — сказал он и Хардвику, и Алексу. — Все это меня немного выбило из колеи.
— Я поговорил с мистером Локерби, — сказал Хардвик, — и он готов помочь найти свидетельство о браке, но ему кое-что от тебя нужно.
Хардвик посмотрел на Алекса.
— Мне нужно что-то, что свяжет вас с этим свидетельством, — сказал он. — Полагаю, вы его подписали?
Шеридан кивнул.
— Вы случайно не своей ручкой подписывались?
— Нет, — ответил он. — У секретаря в здании округа на столе лежала ручка.
Алекс на минуту задумался. Связь между Шериданом, Вивиан Уэстлейк и свидетельством о браке была в лучшем случае слабой. Несмотря на то, что свидетельство имело огромное значение, Шеридан, скорее всего, прикасался к нему ровно настолько, чтобы поставить свою подпись. Чтобы руна поиска сработала, ему нужно было что-то более весомое.
Если, конечно, это свидетельство о браке вообще существует.
— И это всё? — спросил Шеридан, когда Алекс не ответил.
Алекс объяснил, как работает руна поиска и почему так важна сильная связь.
— Расскажите мне о вашем браке, — закончил Алекс. — Как вы решили жениться на Вивиан?
— Это была её идея, — ответил Шеридан. Он встал и начал расхаживать по тесной камере. Хардвик тут же сел на освободившуюся койку. — Она пришла ко мне пару дней назад утром, сказала, что поссорилась с родителями и ей нужно где-то переночевать.
— Как вы с ней познакомились?
Шеридан усмехнулся.
— Вив знают все, — сказал он. — Она душа компании.
Алекс не удивился. Вивиан была невероятно красива, а значит, запоминалась всем.
— Она всегда в центре внимания, — продолжил Шеридан. — Уже год как она захаживает ко мне. Пару месяцев назад мы начали встречаться: ужинать, ходить в кино и всё такое.
— Значит, ты не удивился, когда она попросила у тебя ночлег? — спросил Алекс.
— У нас есть с полдюжины комнат в задней части здания, куда мы поселяем важных гостей, которые слишком много выпили и не могут добраться до дома. Я просто поселил ее в одной из них.
— А как вообще зашла речь о браке? — спросил Хардвик. Алекс не заметил, что адвокат достал из портфеля блокнот и начал делать пометки.
— После того как она устроилась, я зашел к ней, — сказал Шеридан. — Я сказал, что ей нужно вернуться домой и поговорить с родителями. В смысле, она же не может провести следующие десять лет у друзей, верно?
Алексу не хотелось, чтобы Шеридан ему нравился, но, похоже, этот человек искренне переживал за Вивиан.
— В общем, — продолжил Шеридан, — она сказала, что ей нужно что-то изменить в своей жизни, взять ответственность за себя в свои руки. И тогда она сказала, что мы должны пожениться.
— И ты не подумал, что это была просто отчаянная попытка найти крышу над головой? — спросил Хардвик.
— Конечно, подумал, — усмехнулся Джордж.
— Тогда почему ты согласился? — спросил Алекс. Шеридан смерил его взглядом и заговорил.
— Что ты знаешь о бизнесе в сфере ночных клубов?
— Ничего, — признался Алекс.
— Он непостоянен, — сказал он. — Клубы живут и умирают из-за рекламы. Какой-нибудь фотограф из "Таймс" заметит в вашем клубе подходящую бродвейскую старлетку, и внезапно вы становитесь самым популярным местом. Кто-то затевает драку, и ситуация выходит из-под контроля, к вам больше никто не ходит, и вы разоряетесь.
Алекс никогда особо не интересовался ночными клубами, но светская хроника пестрела историями о том, кто из важных персон в какой клуб заходил.
— Если вам удается продержаться достаточно долго, вы становитесь культовым местом, — сказал Шеридан. — Как "Рейнбоу-рум" или "Коттон-клуб", но даже в этом случае вы не в безопасности. Когда Кэб Кэллоуэй ушел в кино, "Коттон-клуб" закрылся, как цыганский табор.
Теперь Алекс все понял.
— Значит, ты женился на Вивиан из-за денег ее родителей, — сказал он.
— Чертовски верно подмечено, — ответил Шеридан без тени смущения. — Если бы дела в "Северном сиянии" пошли наперекосяк, у нас был бы запасной вариант. Конечно, не помешало и то, что Вив настоящая красотка. По-моему, я был в выигрыше.
— И что же произошло потом?
Шеридан пожал плечами и прислонился к решётке.
— Мы пошли в окружную администрацию и поженились.
— Разве для заключения брака не нужно сдать анализ крови? — спросил Хардвик.
— Не нужно, если сунуть клерку купюру в 10 доларов, — ответил Шеридан.
— Кто проводил церемонию? — спросил Алекс.
— Мировой судья, — ответил Хардвик. — Я с ним поговорил, но он не помнит ни Джорджа, ни Вивиан. Судя по всему, в тот день он провёл 22 церемонии бракосочетания.
— Послушайте, — раздражённо сказал Шеридан. — Нам не нужен ни мировой судья, ни клерк, ни кто-либо ещё. У нас есть подписанное свидетельство о браке с нашими именами, которое доказывает, что меня подставила эта маленькая шлюшка.
— И я могу его найти, — успокаивающим тоном сказал Алекс. — Но это будет гораздо быстрее, если я воспользуюсь руной поиска. Вы подарили Вивиан что-нибудь на память? Она подарила вам кольцо?
— Конечно, мы купили его по дороге туда, — он полез в карман, достал простое золотое кольцо и протянул его Алексу.
— Не думаю, что это поможет, — сказал он. — Ни один из вас не носил его достаточно долго.
Шеридан вдруг встрепенулся и подошел к кровати, на которой лежал его пиджак. Порывшись в карманах, он ухмыльнулся и достал маленькое серебряное кольцо с бриллиантом.