— Я подарил его Вив, — сказал он. — Это кольцо принадлежало моей бабушке. Она оставила его на моем столе, когда я вышел. Наверное, она не хотела, чтобы ее застали с ним, когда она будет рассказывать свою историю копам.
— Но до этого она его носила? — спросил Алекс.
— Да, — кивнул Шеридан. — Я помню, как увидел его у нее на руке, когда пришел сообщить о вашем визите.
Широкая улыбка расплылась по лицу Алекса, когда он посмотрел на кольцо.
— Отлично, — сказал он, взял кольцо и положил его в карман пиджака.
— Хорошо, — сказал он. — Как только утром откроется окружная канцелярия, я воспользуюсь кольцом, чтобы с помощью руны поиска найти ваши документы.
— Почему бы не сделать это прямо сейчас? — спросил Хардвик.
— Связь, созданная с помощью руны поиска, со временем ослабевает, — ответил Алекс. — Лучше всего использовать ее сразу.
Хардвик и Шеридан переглянулись, затем Шеридан повернулся к Алексу.
— Спасибо за помощь, мистер Локерби, — сказал он. — Я понимаю, что вы, скорее всего, не хотите со мной работать, и я ценю вашу помощь.
Алекс был впечатлен: похоже, Шеридан действительно говорил от чистого сердца.
— Если свидетельство находится в здании окружной администрации, я получу его к десяти, — сказал он. — Если его перенесли, это займет больше времени, но самое позднее к полудню у меня будет для вас что-нибудь.
— Хорошо, — сказал Хардвик, убирая блокнот в портфель. — Думаю, на этом все. Вызови охрану, — сказал он Шеридану. — Увидимся утром.
Алекс вышел из такси перед особняком из бурого песчаника. День выдался долгим, и он был измотан. Он знал, что, когда откроет часы, чтобы снять руны, удерживающие входную дверь, внутри он увидит красную руку, отсчитывающую оставшиеся ему дни. Ему казалось, что он смирился с этим год назад, когда был уверен, что скоро умрет.
Но, видимо, он не смог избавиться от этого чувства. Каменные ступени, ведущие на крыльцо, вдруг показались ему очень длинными. Решив поступить так, как поступает большинство людей, столкнувшихся с неприятной реальностью, Алекс не стал подниматься по ступеням, а достал портсигар. Выбрав наугад сигарету, он зажал ее в зубах и достал из портсигара латунную зажигалку.
Когда он щелкнул зажигалкой, на дороге раздался хлопок выхлопной трубы, и он вздрогнул, едва не выронив зажигалку.
— Нервничаешь, — упрекнул он себя.
Он не ожидал второго хлопка, но сумел сдержаться и не подпрыгнуть. На этот раз что-то ударилось о тяжелые камни по обеим сторонам лестницы.
Кто-то стрелял в него.
Алекс взбежал по лестнице, не успев как следует обдумать эту мысль, действуя на инстинктах. Он сунул руку в нагрудный карман жилета и достал карманные часы, нажав на кнопку, открывающую крышку.
Раздались третий и четвертый выстрелы, заставив Алекса развернуться и пригнуться, прикрыв голову свободной рукой. Пять рун-щитов на его пиджаке защитили бы его, если бы пули попали в туловище, но они могли попасть и в то, что не прикрыто пиджаком.
Он почувствовал, как руны, удерживающие дверь, разомкнулись, и в этот момент четвертая пуля врезалась в дверное стекло. Стекло было защищено одними из самых мощных рун Игги, поэтому пуля просто отскочила от него, но раскаленная металлическая гильза отлетела в сторону и попала Алексу в шею.
Сдержав ругательство, он схватился за горло и одновременно попытался открыть дверь. Раздался пятый выстрел, но пуля попала в стену высоко над головой Алекса. Не обращая внимания на боль в шее, Алекс рывком распахнул дверь и ввалился внутрь. Упав на ковер в вестибюле, он захлопнул дверь ногой.
Лежа на полу, Алекс ждал, что в фасад особняка полетят новые пули, но ничего не происходило. Должно быть, тот, кто стрелял, решил, что упустил свой шанс.
Но это было не единственное, что он упустил.
Опираясь на локоть, Алекс попытался сесть, но поморщился от боли в руке. Руны щита не давали пулям проникать внутрь, но все равно было больно, когда они попадали в цель. Поскольку он не помнил, чтобы в него стреляли, то решил, что сам виноват, когда рухнул на деревянный пол вестибюля.
Осторожно, стараясь не нагружать левую руку, Алекс поднялся на ноги и выглянул в витражное окно в двери. Стрелявшего нигде не было видно, а улица напротив казалась пустой.
— Что ты делаешь? — раздался за его спиной голос Игги.
— Кто-то только что выстрелил в меня раз пять, — ответил Алекс, оборачиваясь и видя, что его наставник стоит у внутренней двери вестибюля. — Но теперь они ушли.
— Ты ранен?
Алекс наклонился, чтобы поднять шляпу, и поморщился от боли в руке.
— Я неудачно упал на руку, — признался он. — Но больше всего пострадала моя гордость. Я даже не видел этого парня.
— Ты работаешь над какими-нибудь делами, связанными с мафией? — спросил Игги, отступая, чтобы Алекс мог выйти из вестибюля в дом. — Может, что-то с ревнивым мужем?
Алекс покачал головой, повесил шляпу и осторожно снял плащ.
— Нет, — начал он, но остановился. — Но вчера, когда я отправился на поиски Вивиан Уэстлейк, меня чуть не сбила машина.
— Дай мне посмотреть на руку, — сказал Игги, когда Алекс успел снять пальто. — Думаешь, это был тот стрелок?
— Нет, — ответил Алекс, протягивая руку Игги. — Водитель врезался в припаркованный грузовик. Он погиб.
— Похоже, он не справился с управлением, — сказал Игги, осматривая руку Алекса.
— Может быть, но патрульный все видел. Он сказал, что парень, похоже, пытался меня ударить.
— Больно? — спросил Игги, надавливая на локоть Алекса.
Алекс кивнул, поморщившись от резкой боли в руке.
— Думаю, просто растяжение, — сказал Игги, отпуская руку. — К утру все пройдет, но до тех пор не поднимай ничего тяжелого.
— Что? У тебя нет зелья от этого?
— Конечно, есть, — ответил Игги таким тоном, будто сама мысль об этом была оскорбительной. — Но они стоят около десяти долларов, и я думаю, что это дороговато для простого растяжения.
Алекс не мог поспорить с такой логикой. Десять долларов высокая цена за то, что пройдет само через несколько часов.
— Можешь считать меня сумасшедшим, — сказал Алекс, когда они пересекли библиотеку и направились на кухню. — Но я не думаю, что в меня стрелял кто-то из мафии. Они выстрелили пять раз и попали только один раз.
— Это ничего не значит, — сказал Игги, открывая дверь в свое хранилище. — Возможно, они использовали пистолет, с которым не были знакомы.
— Наемный убийца из одной из семей не допустил бы такой ошибки, — возразил Алекс.
— Кажется, ты говорил, что у тебя нет дел, связанных с мафией.
Алекс рассказал Игги о Джордже Шеридане и о том, как он обратился к Алексу, чтобы тот доказал, что он был законным мужем Вивиан.
— Дэнни сказал, что у Шеридана были связи с Розони, — закончил он.
— Даже если это правда, машина пыталась сбить тебя до того, как ты отправился на поиски Вивиан, — сказал Игги. — Если она пыталась сбить тебя, то Розони не могли ее подослать. Ты тогда еще даже не встречался с Шериданом.
Это был хороший аргумент. Большинство текущих дел Алекса заключались в поиске документов, не связанных с деньгами или крупным спорным наследством. Единственными другими делами, которыми он занимался, были поиски пропавших Забытых и расследование в отношении жены Пола Мастерсона. Ни одно из этих дел не продвигалось, так что вряд ли они могли стать мотивацией для убийцы.
Убийца, у которого есть доступ к нескольким наемным убийцам, напомнил он себе, ведь водитель той машины был мертв. Честно говоря, единственным человеком, который мог желать Алексу смерти, был доктор Вагнер, новый полицейский коронер. Но если только семья его жены не была связана с мафией, что маловероятно, учитывая, что он работал в полиции, у него тоже не было доступа к нескольким потенциальным убийцам.
Игги привел Алекса в свое хранилище, к столам, на которых он проводил эксперимент с мухами. Муха, пойманная накануне вечером, все еще ползала в банке с колоколом, и Алекс воспринял это как хороший знак.