Хардвик покачал головой.
— Я не знаю, как это объяснить, — сказал он. — Но я точно знаю, что Джордж Шеридан не убивал Уэстлейков.
— С чего вы это взяли? — спросил Алекс.
— Потому что вчера, когда Джорджу принесли документы о разводе, он позвонил мне, — объяснил Хардвик. — Он сказал, что хочет покончить с Вивиан, и подписал документы.
— Если он их подписал, — спросил Алекс, — то где они?
Хардвик порылся в своем адвокатском портфеле и вытащил стопку бумаг, скрепленных медной булавкой, и передал их Алексу.
— Он бы сразу отправил их обратно, но я хотел сначала их просмотреть, — сказал он. — Убедится, что в них не было ничего забавного.
Алекс пролистал массу машинописных юридических текстов, пока не добрался до последней страницы, где, конечно же, стояла подпись Джорджа Шеридана.
— А там было что-нибудь забавное? — Спросил Алекс.
Хардвик покачал головой.
— Это совершенно обычные документы о разводе, — сказал он.
Алекс закрыл пачку бумаг и вернул их Хардвику. Он не хотел связываться с Шеридан, но Хардвик был прав. У Джорджа не было мотива убивать Уэстлейков, тем более что он неизбежно стал бы подозреваемым даже без его отпечатков пальцев на бутылке с отравленным вином.
— Если я возьму это, то хочу удвоить свою дневную норму, — сказал он.
— Договорились, — сказал Хардвик.
— И я хочу, чтобы Джордж заплатил, а не вы.
— Договорились, — повторил Хардвик. Он полез в карман и вытащил бумажник из кожи аллигатора. — 1Ста долларов будет достаточно в качестве аванса? — спросил он, доставая банкноту достоинством в сотню.
Алекс заколебался. У него и без того было много забот, а Шеридан был сущей задницей. Тем не менее, это не было похоже на то, что Карлтон Мейпл и его ментальные руны все еще ходили по городу, так что он мог потратить время на изучение этого вопроса.
— Хорошо, — сказал он, принимая деньги. — Завтра я поговорю с главным детективом и посмотрю, что смогу узнать.
Хардвик поблагодарил его и пожелал доброго дня, прежде чем уйти.
— Не думала, что ты возьмешься за это дело, — сказал Лесли, когда адвокат ушел.
— Хардвик принесет нам дело, — сказал Алекс, пожав плечами. Он вытащил конверт с наличными, который дал ему адвокат, и бросил его на стол Лесли. — Наверное, это хорошая идея, чтобы доставить ему удовольствие.
— Думаешь, его клиент невиновен?
Алекс снова пожал плечами.
— Не имеет значения, — сказал он. — Я обещала разобраться с этим, и я разберусь.
Лесли кивнула, затем подняла бровь, глядя на него.
— Ты собираешься рассказать мне, что с тобой случилось? — спросила она, кивая на его руку.
— Кто-то выстрелил в меня.
— Что случилось с твоими защитными рунами? — спросила она, и на ее прекрасном лице отразилось беспокойство.
— Он часто стрелял в меня, — сказала Алекс.
— Что с ним?
— Я стреляла в ответ, — сказала Алекс, желая прекратить этот разговор. Когда-нибудь ему придется рассказать Лесли всю историю, но сейчас он просто не мог снова проходить через все это. — Что ты узнала о нашем приятеле Уильяме Эшфорде?”
Лесли холодно посмотрел на него, вероятно, решая, настаивать на ответах или нет. После долгой паузы она взяла свой блокнот и заглянула в него.
— Эшфорд происходит из богатой семьи, - сказала она. — Его отец, бывший сенатор штата, а дед был полковником во время гражданской войны. Он пытался поступить в Гарвард, но ему отказали, и в итоге он поступил в университет Уильяма и Мэри.
— Подожди, — сказал Алекс, поднимая руку. — Папа был богат, занимал пост сенатора штата, но не смог устроить сына в Гарвард?
Лесли сверилась с записями и кивнула.
Учитывая политическое влияние сенатора, тот факт, что отец Уильяма не смог устроить его в Гарвард, означал, что успеваемость Уильяма была ужасной.
— Что еще? — спросила Алекс.
— Уильям пробовал себя в разных сферах, но в итоге устроился в банк своего отца. Когда он только вернулся из колледжа, о нем писали в нескольких таблоидах, но с тех пор ничего не было. До тех пор, пока он не объявил о намерении баллотироваться на пост губернатора.
— Значит, он неудачник и, скорее всего, не представляет никакого интереса.
Лесли кивнула и отложила блокнот.
— Вот что я думаю по этому поводу, — сказала она.
Это было и хорошо, и плохо. Если Лесли верно описала Эшфорда, то он был человеком с неудовлетворенными амбициями, то есть именно таким человеком, который мог использовать магию, чтобы обманом пробиться на пост мэра. С другой стороны, он не казался достаточно сообразительным, чтобы придумать столь изощренный план.
— Отец Эшфорда еще жив?
Лесли покачала головой.
— Он умер около десяти лет назад.
Это означало, что, скорее всего, кто-то другой подталкивал Эшфорда к тому, чтобы он стал мэром. Кто-то дергал за ниточки из тени. Возможно, это был Карлтон Мейпл, но если это был не он, то, возможно, план по подтасовке результатов выборов в Эшфорде все еще был в силе.
— Я иду домой, — сказал он, поворачиваясь к двери. — Есть что-нибудь до завтра?
— Завтра суббота, — сказала Лесли тоном, который она приберегала для объяснения простых вещей идиотам. — Я собираюсь провести это время с Рэндаллом.
— Хорошо, — сказал Алекс.
— Я дозвонилась до Шерри Нокс, как ты и хотел, - продолжала она, и в ее голосе послышались нотки неодобрения. — У тебя назначена встреча с ней на десять часов в понедельник.
Алекс совсем забыл о загадочной мисс Нокс. Он подумал, не замешана ли она в заговоре Эшфорда, но отбросил эту мысль, как только она появилась. Эшфорд и те, с кем он работал, использовали контроль сознания, поэтому им не нужны были шпионы.
— Хорошо, — сказал он.
— Не говори потом, что я тебя не предупреждала, — крикнула Лесли, появляясь из-за двери.
— Я не смог бы, даже если бы захотел, — сказал он, направляясь к двери. — Ты бы мне никогда не позволила.
28. Перенос
Алекс застал Игги за напряженной работой за большим письменным столом орехового дерева в его элегантном хранилище. С тех пор как старый доктор услышал о хранилище Мориарти, он постоянно работал над улучшением своего собственного. Казалось, он воспринял как личную обиду саму мысль о том, что хранилище может быть лучше, чем у него. Теперь передняя часть представляла собой хорошо обставленную гостиную со сводчатым потолком, украшенным хрустальной люстрой.
Справа от этого помещения располагался кабинет Игги, а слева его рабочий кабинет. В хранилище Алекса был установлен наклонный чертежный стол, который он получил в качестве оплаты за одно дело. Игги она так понравилась, что он купил себе такую же.
Когда Алекс вошел в мастерскую, Игги, склонившись над своим столом, рассматривал ее через большое увеличительное стекло. На чертежном столе лежало несколько квадратных листов бумаги, а на полу валялись пустые красные обложки от нескольких книг с рунами Хэппи Джека.
— Ты как раз вовремя, — сказал Игги, все еще вглядываясь в стекло. — Я знаю, что делают эти ребята из "Счастливого Джека", только не могу понять, как они это делают. Подойди сюда и посмотри”
Он повернулся, чтобы передать Алексу увеличительное стекло, но, увидев его, резко остановился.
— Я так понимаю, ты не умер от кровотечения, — сказал он, указывая на окровавленный рукав пальто Алекса.
Алекс снял пальто и протянул Игги руку, чтобы тот осмотрел его. Один из первых полицейских, прибывших на место пожара в "Счастливом Джеке", перевязал Алексу предплечье носовым платком, и кровотечение давно прекратилось.
Осторожно двигаясь, Игги снял окровавленную ткань.
— Сними рубашку, - сказал он. — Я ничего не вижу под ней.
Алекс расстегнул рубашку, но обнаружил, что не может вытащить левую руку из рукава, потому что засохшая кровь прилипла к ткани. Когда он потянул за рукав, рана запульсировала и снова начала кровоточить.