Эшфорд поднял глаза, и его лицо просветлело, когда он увидел волшебницу.
— Мисс Кинкейд, — сказал он, беря ее руку и целуя. — Вы прекрасны, как всегда.
Кажется, он был достаточно вежлив.
— Готовы к важному вечеру? — спросила Сорша.
Эшфорд на мгновение смутился, но потом улыбнулся и показал ей бумаги.
— Просто просматриваю свою речь, — сказал он. — Для выступления после дебатов.
— Что ж, я пришла убедиться, что о вас позаботятся, — сказала она, указывая на агентов ФБР. — Это мой друг, Александр Локерби.
Эшфорд взглянул на Алекса и довольно мило улыбнулся, но по его лицу не было видно, что он узнал его.
— Не будем вас отвлекать, — продолжила Сорша.
Эшфорд обменялся с волшебницей парой любезностей, а затем вернулся к своему занятию, расхаживанию взад-вперед и чтению речи. Сорша отвела Алекса на несколько шагов в сторону и наклонилась к нему.
— Что думаешь? — спросила она.
— Он не узнал меня по имени, — сказал Алекс. — Карлтон Мейпл знал, кто я такой. Полагаю, если Эшфорд его сообщник, он тоже должен знать.
— Не обязательно.
— Ты с ним общалась, — заметил Алекс. — Что ты думаешь?
Сорша оглянулась на Эшфорда, который монотонно зачитывал свою речь скрипучим голосом.
— Не думаю, что он способен на такой заговор, — призналась она.
— Значит, кто-то использует его как прикрытие?
Сорша кивнула.
— Это очевидный выбор. У него были деньги на собственную кампанию, — сказала она. — Всем остальным пришлось бы сначала собрать деньги.
Монета.
Это слово эхом отдалось в голове Алекса.
— Еще несколько месяцев назад Эшфорд даже не рассматривался в качестве кандидата, — сказал он. — До этого его имя никому не было известно.
— Значит, что-то изменилось?
Алекс взял Соршу за руку и повел ее прочь от Эшфорда, обратно в бальный зал.
— Несколько месяцев назад Эшфорд нанял менеджера предвыборной кампании, — сказал он.
— Малькольма Джонса, — сказала Сорша. — Думаешь, он в этом замешан?
— Подумай сама. Эшфорд внезапно стал популярным сразу после того, как появился Джонс.
Сорша наморщила нос, как делала всегда, когда о чем-то задумывалась, а потом кивнула.
— Логично.
— Где сейчас Джонс?
Сорша покачала головой.
— Я не знаю. Я отвечаю только за охрану Эшфорда.
— Нам нужно найти его, — сказал Алекс, оглядываясь по сторонам.
— Он может быть здесь или в Радио-Сити; именно там проходят дебаты. Нам следует разделиться и заняться поисками. Я поеду на своей машине в Радио-Сити и...
— Ни за что, — оборвал ее Алекс. — Эти люди опасны, и мы не знаем, кто еще может быть у них под контролем. — Сорша открыла рот, чтобы возразить, но Алекс приложила палец к ее губам. — Вспомни, что произошло на фабрике "Счастливый Джек". Мы не можем допустить, чтобы это произошло в отеле или переполненном зале. Мы держимся вместе и прикрываем спины друг друга.
— Хорошо, — сказала Сорша. — Что мы сделаем в первую очередь?
— Ты попросишь агента Редхорна, чтобы ФБР нашло Джонса, при условии, что он здесь, — сказал Алекс. — Тогда встретимся в вестибюле.
— Я думала, мы будем держаться вместе, — сказала Сорша.
— Так и есть, — сказала Алекс. — Мне просто нужно сначала позвонить.
Два часа спустя Алекс и Сорша обыскали отель, а затем сопроводили Эшфорда на дебаты. Наконец, они нашли одного из сотрудников предвыборного штаба Эшфорда, который рассказал им, что Мальком Джонс вернулся в "Ритц", чтобы подготовиться к частному приему после эфира.
— Это было весело, — сказал Алекс, когда они во второй раз вошли в вестибюль "Ритца". Они так долго ждали, пока за ними заедет машина Сорши, что ему пришлось использовать свою последнюю климатическую руну, чтобы не замерзнуть.
— По крайней мере, на этот раз мы знаем, где он, — сказала Сорша. В ее голосе звучали жесткие нотки, и она несла свои модные туфли. Очевидно, поиски Малькольма Джонса сказались и на ней. — Прием будет проходить на крыше.
На крыше отеля Ritz была открытая площадка с эстрадой для оркестра, танцполом и прилегающим пространством на две дюжины столиков, и все это под стеклянной крышей в стиле оранжереи. В центре помещения был даже фонтан. Мальком Джонс стоял у эстрады и двигал подиум взад-вперед, пытаясь найти наилучший ракурс.
— Лучше было бы вон там, — сказал Алекс, указывая на другую сторону эстрады. — Там меньше места на танцполе.
— Мистер Локерби, — сказал Джонс со своим британским акцентом. — Что привело вас сюда?
— То же самое, что и раньше, — сказал он. — Ищу убийцу Хьюго Айерса.
— Я думал, полиция задержала убийцу.
— Что случилось, Мальком? — спросил Алекс. — Хьюго нашел какие-то выплаты Карлтону Мейплу, которые поступали со счета предвыборной кампании Эшфорда?
— Боюсь, я не знаю никого, кого назвали бы в честь сиропа, — сказал Джонс.
— Уверен, что знаете, — сказал Алекс. — Готов поспорить, вы давно его знаете. Готов поспорить, он был очень полезен во всех тех кампаниях, которые вы выиграли. Когда вы начали работать вместе?
— Я действительно понятия не имею, о чем вы говорите, — сказал Джонс, облокотившись на трибуну. — Сейчас я очень занят, так что, если больше ничего не нужно...
— Это была идея Мэйпла использовать управление разумом или твоя?
— Я же говорил тебе, — раздраженно сказал Джонс. — Я не знаю никого по имени Мэйпл. Если вы сейчас же не уйдете, я вызову охрану.
— Извините, — сказал Алекс. — Где мои манеры? Это Сорша Кинкейд, она отвечает за безопасность. И мне не нужно спрашивать вас, встречались ли вы когда-нибудь с Карлтоном Мэйплом, поскольку у вас обоих одинаковые татуировки
Алекс внимательно наблюдал за Джонсом. Когда он упомянул о татуировке, Джонс снова спрятал левую руку в рукав рубашки.
Попался.
— Ты имеешь в виду ту связующую вещицу, которая была у Мэйпла на груди? — Спросила Сорша.
— Нет, — ответил Алекс. — Та, что на монете, или, точнее, эквадорский дублон в восемь эскудо.
— Почему это имеет значение? — Спросила Сорша.
— Потому что это монета, которую капитан Ахав прибил к мачте "Пекода" в "Моби Дике" в награду тому, кто первым увидит белого кита.
— Значит, мистер Джонс и мистер Мейпл ищут одного и того же белого кита, — предположила Сорша. Она повернулась к Джонсу. — Интересно, что бы это могло быть?
— Того самого, которого ты ищешь, чародейка, — сказал Алекс, одарив ее театральной улыбкой. — "Монография Архимеда".
Сорша выглядела ошеломленной, но Малькольм Джонс только улыбнулся и начал медленно аплодировать.
— О, очень хорошо, — сказал он. — Как ты до этого додумалась?
— Это было нелегко, — сказал Алекс. — Но несколько лет назад кто-то украл несколько страниц, которые когда-то были частью монографии, и привез их в Нью-Йорк. Мисс Кинкейд, — он кивнул на Соршу, — подумала, что я имею к этому какое-то отношение. По правде говоря, до этого я никогда не слышал об этой монографии. Так что я взял на себя смелость изучить ее историю, и знаете, что я обнаружил?
— Расскажите, пожалуйста, — сказал Джонс с восторженной улыбкой на лице.
— После Первой мировой войны группа британских рунописцев отправилась на поиски этой монографии. Трое из них были арестованы при попытке задержать Артура Конан Дойля.
— Автор? — Удивленно спросила Сорша.
— Тот самый. Я читал отчет Скотленд-Ярда, и у всех у них на теле были вытатуированы монеты. Они утверждали, что являются членами организации под названием "Китобои", бывших военных рунописцев, которые охотились за монографией.
— И они думали, что она была у создателя "Шерлока Холмса"? — Спросила Сорша.
Алекс пожал плечами.
— Очевидно.
Джонс снова захлопал в ладоши.
— О, ты молодец, — сказал он. — Я знал, что от тебя будут проблемы, когда ты впервые появился в штаб-квартире Эшфорда.
— Честно говоря, вы пытались убить меня трижды, — сказал Алекс.