Он постучал в дверь кухни, и вошел дворецкий с фотографией в рамке, которую он протянул Алексу.
— Она висела над каминной полкой в гостиной, — сказал он, держа фотографию так, чтобы все могли ее видеть. Это была фотография Вивиан в подростковом возрасте, с вьющимися волосами и проблемной кожей. Когда он повернул ее так, чтобы Вивиан могла видеть, она скривилась от отвращения и отвернулась.
— Этой фотографии всего пять лет, — объявил Алекс. — Вот это преображение, вы не находите?
Когда никто не ответил, Алекс продолжил.
— Я задался вопросом, как такая несчастная девочка могла превратиться из вот этого, — он снова поднял фотографию, — в ту красавицу, которую мы видим перед собой.
Вивиан закатила глаза и покачала головой.
— Я выросла, — сказала она так, словно это было самое естественное объяснение на свете.
— Несомненно, — сказал Алекс. — Но что касается вашей кожи и волос, думаю, вам кто-то помог.
— Если бы девушки могли сделать что-то, чтобы выглядеть как Вив, — сказал Джордж, — все бы этим занимались.
— Есть кое-что, но это очень рискованно. Видите ли, в конце XIX века в Австрии появилась косметическая процедура. Она стала очень популярной в Европе и даже добралась до Америки. Женщины по всему миру принимали небольшие дозы мышьяка.
— Это нелепо, — сказала Вивиан.
— Вовсе нет, — возразил Игги. — Побочный эффект от приема мышьяка, чистая кожа и блестящие волосы.
Все взгляды обратились на Вивиан с ее идеальным лицом и блестящими волосами.
— Их называли "поедателями мышьяка", — закончил Алекс. — Полагаю, кто-то рассказал вам об этом, и вы были настолько отчаянны в своем стремлении сбежать от этого, — он снова поднял фотографию, — что были готовы на все, даже на прием небольших доз яда.
— Это объясняет, откуда у нее вообще взялся мышьяк, — сказал Хардвик. — Но если она приняла слишком большую дозу, разве она не умерла бы?
Алекс многозначительно кивнул.
— Однако еще одно преимущество длительного приема мышьяка заключается в том, что к нему вырабатывается иммунитет. Доза, достаточная для того, чтобы убить взрослого человека, может вызвать лишь недомогание.
— Это… интересная теория, — сказала Вивиан, побледнев еще сильнее. — Но я бы хотела, чтобы вы ее доказали.
Алекс кивнул Дэнни, и тот снова открыл входную дверь, впустив пожилого джентльмена с седеющими волосами и короткой, аккуратно подстриженной бородой.
— Это Деннис Браун, — сказал Алекс. — Но я уверен, что вы его знаете, мисс Уэстлейк. Он готов дать показания о том, что вы годами покупали медицинский мышьяк в его аптеке.
— Вы все равно… все равно не сможете… — с трудом выговорила Вивиан. Внезапно она согнулась пополам от боли. — Ты подсыпала мышьяк в мою воду, — простонала она, глядя на Алекс, а затем рухнула на пол.
Игги бросился к ней, когда в комнате воцарился хаос.
— Что ты сделала? — Спросил Хардвик, в то время как его клиентка только рассмеялась.
— Алекс, ты отравил ее воду? — Спросил Дэнни. — Чтобы доказать, что у нее иммунитет?
Алекс, со своей стороны, спокойно наблюдал за происходящим. Только когда Дэнни приказал рослому полицейскому арестовать его, тот поднял руки, призывая к тишине.
— Я признаю, что действительно подсыпал что-то в воду мисс Уэстлейк, — сказал он, поднимая кувшин и снова наполняя стакан Вивиан. — Видите ли, у мышьяка металлический привкус. — Он взял чашку и выпил ее содержимое одним движением. — Поэтому, прежде чем наливать воду, я обязательно насыпал в кувшин небольшое количество измельченного цинка. Я старался не привлекать к себе внимания, но не был уверен, что Вивиан меня заметила. Очевидно, она попробовала цинк на вкус и, зная, каков на вкус мышьяк, предположила, что я подсыпал его ей в воду.
— И поскольку в воде нет яда, — сказал Дэнни, — у мисс Уэстлейк нет причин находиться на полу.
— По крайней мере, если она невиновна, — закончил Алекс. — Я имею в виду, что если бы она никогда не принимала мышьяк, она бы не знала о послевкусии, не так ли?
Дэнни кивнул полицейским, и они, обойдя стол, подняли Вивиан на ноги. Она не сопротивлялась, просто смотрела то на Джорджа, то на Алекса, пока полицейские не увели ее.
— Я не понимаю, — сказал Джордж, когда она ушла. — Зачем все это? Я имею в виду, что, если бы она осталась со мной, она бы уже давно покинула этот дом и в конце концов получила бы деньги.
— Верно, — сказал Алекс. — Но так она получит деньги, ты сядешь в тюрьму, а поскольку вы все еще женаты, она еще и получит "Северное сияние".
У Джорджа отвисла челюсть, когда он осознал весь масштаб плана Вивиан.
— Вот стерва, — сказал он.
Алекс кивнул. Ему не хотелось соглашаться с Шериданом, но в данном случае тот был прав.
33. Допрос
Сорша Кинкейд смотрела через одностороннее стекло, вмонтированное в стену комнаты для допросов ФБР. За стеклом сидел Мальком Джонс, так называемый консультант по выборам, и выглядел он скорее скучающим, чем испуганным. Это беспокоило Соршу.
Предыдущую ночь Джонс провел в полицейском изоляторе, затем его перевели в нью-Йоркское отделение ФБР.
По крайней мере, он должен был немного поволноваться.
Сорша прикусила губу, наблюдая за ним. У него был вид человека, у которого есть план действий на случай непредвиденных обстоятельств, достаточно веский, чтобы вызволить его из-под опеки ФБР. По крайней мере, он так считал.
Какой бы тревожной ни была эта мысль, ее больше беспокоило, где Джонс научился своим знаниям о рунах. Ни один рунный мастер, которого она когда-либо встречала, не был талантливее Алекса Локерби, и ему едва удалось вовремя разгадать заговор Джонса. Что еще хуже, Джонс вовлек ее в свои планы, и этот факт сжигал ее изнутри холодным комочком ярости.
Она заставит его поплатиться за это, если представится случай.
Дверь в смотровую открылась, и вошла агент Мендес. Врачи в больнице дали ей алхимическую мазь, чтобы ускорить рост волос, но она не успела подействовать. Ее обычно густые кудрявые локоны были коротко подстрижены, и это делало ее похожей на загорелую Ширли Темпл.
— Вы готовы, босс? — спросила она.
Сорша кивнула ей и направилась к двери.
— Вы уверены, что вам не нужно подкрепление? — Спросила Мендес.
— Да, — ответила Сорша с легкой улыбкой. — Мистер. Джонс будет более разговорчив, если мы будем вдвоем.
Сорша обнаружила, что люди, особенно мужчины, склонны вести себя развязно с одинокой женщиной. Это был тот факт, которым она пользовалась в полной мере. На ней были широкие брюки, белая рубашка и подтяжки. Платье, возможно, подошло бы ей больше, но времени переодеваться не было, поэтому пришлось обойтись брюками.
Сделав глубокий вдох, она толкнула дверь. Джонс поднял на нее взгляд, и его скучающее выражение прояснилось.
— Здравствуй, моя дорогая, — сказал он со своим культурным британским акцентом. — Я знал, что они пришлют кого-нибудь, чтобы допросить меня, но никак не ожидал увидеть тебя.
— Оставь это, — сказала Сорша, садясь за стол напротив него. — У вас большие неприятности, мистер Джонс.
— О, я в этом сильно сомневаюсь, — сказал он. — Я очень сомневаюсь, что существуют какие-либо законы, запрещающие использование магии для убеждения людей голосовать.
Сорша одарила его снисходительной улыбкой.
— Фальсификация результатов выборов вполне подойдет, — сказала она.
Вместо того, чтобы выглядеть огорченным, Джонс откинулся на спинку стула и заложил руки за голову.
— Звучит заманчиво, — сказал он с неподдельным энтузиазмом. — Когда начнется мой судебный процесс? Я не могу дождаться, когда пресса узнает подробности. — Он снова наклонился вперед, подперев подбородок рукой и поставив локоть на стол. — Я думаю, они будут особенно заинтересованы в ваших показаниях.
Сорша почувствовала, как ее щеки заливаются краской, и прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Джонс был прав. Никто не собирался устраивать над ним публичный суд, где люди могли бы узнать, что с помощью магии рун можно заставить людей голосовать или, что еще хуже, убивать. Это вызвало бы панику. Мастера рун, которые не смогли бы использовать такую магию в свои лучшие дни, были бы изгнаны из города, возможно, даже убиты. Город погрузился бы в хаос.