— Да.
— Когда?
— После нашей близости.
Его губы едва заметно дёрнулись в тени ухмылки.
— Хорошо. Значит, у нас есть зацепка.
Он вытаскивает из стола артефакт — чёрный диск, испещрённый рунами. Касается его, и в воздухе вспыхивает слабый голубоватый свет, неустойчивый, словно рваный.
— Чёрт… — я стискиваю зубы, кулак сжимает край стола. — Почему сигнал слабый?
— Возможно, они блокируют магические метки, — спокойно отвечает канцлер, но в его голосе скользит что-то хищное.
— Тогда мы опоздаем, — выдыхаю резко, чувствуя, как в груди закипает ярость.
— Если ты не успеешь — её заберут другие, — канцлер смотрит на меня с лёгкой насмешкой. — Поэтому не опаздывай.
Я не отвечаю, просто жду. Отец касается артефакта, и в воздухе медленно проявляется магическая карта.
— Вот где она, — он встречается со мной взглядом. — Теперь дело за тобой.
Я смотрю на подсвеченное голубым светом место.
— Я иду.
— Помни, сын, если ты не справишься…
Он не договаривает, но мне и так всё ясно. Я уже исчезаю.
"Если я потеряю её сейчас… чёрт, я не собираюсь этого допускать."
Дорогие читатели!
Если вам понравилась глава, не забудьте поставить ⭐️ звёздочку — это поможет понять, что вам нравится сюжет!
А если хотите наградить автора, поддержать историю и показать, что ждёте продолжения — можно отправить награду. Каждая из них — это знак того, что вам не всё равно, и большой мотивационный пинок писать дальше!
Жду ваших эмоций в комментариях! Как вам развитие событий? Что думаете о действиях Эдриана и Аделины?
Глава 11: Под защитой или в ловушке
Тишина. Слишком громкая, слишком плотная, словно вязкий туман, обволакивающий с головы до ног.
Я открыла глаза, но темнота всё ещё тягуче висела передо мной, словно не желала отпускать. Слабый свет от окна вырисовывал размытые очертания комнаты. Где-то вдали слышались голоса, но до меня долетал лишь приглушённый гул. Горло саднило от пересохшего дыхания, а в груди поселилась тяжесть, будто кто-то положил туда камень. И, кажется, только сейчас до меня окончательно дошло: я жива.
Сколько времени прошло? Час? День? Год?
Хорошо, что проснулась в собственной комнате, но в груди всё ещё сидела та же пустота, что и сразу после побега. Пальцы сжали одеяло, будто только так я могла удержать себя от паники. В голове по кругу крутились обрывки воспоминаний: магия, вспышки, тени, лица заговорщиков, их липкие угрозы… и он. Эдриан. Его ярость, когда он ворвался туда, и то, как он держал меня, словно боится отпустить. Всё это врезалось в память настолько ярко, что, казалось, стоит мне моргнуть, и я вновь окажусь там.
Медленно выдохнув, я заставила себя приподняться и обвела взглядом пространство. Всё было на своих местах: книги, кресло у окна, аккуратно заправленная кровать, стол с неубранными записями, но внутри всё было иначе. Я чувствовала себя чужой в этой комнате, в этом теле. Будто меня разобрали по кусочкам, растащили на части, и теперь я не знала, как снова собрать себя в единое целое.
И, словно подтверждая эту мысль, в голове всё ещё звучал его голос:
"Ты моя."
Эти слова не несли в себе нежности или заботы. Нет. Они звучали, как приговор, от которого не убежать. Обняла плечи, будто пытаясь удержать в себе всю ту боль, что рвалась наружу, хоть как-то прийти в себя, собрать разбегающиеся мысли.
Почему каждый его взгляд будто разрывает меня изнутри? Почему, когда он рядом, я теряю контроль над собой, зная, что для него это — только игра власти?
За окном уже разгорался рассвет, но меня вдруг обдало холодом. Если бы не он… я, возможно, сейчас была бы в руках тех, кто готов был меня продать. От этой мысли скулы свело.
Боль в запястьях пульсировала глухой отдачей, будто напоминание о том, что случилось. Провела пальцами по ним — кожа как от ожога. Поджала губы, прогоняя слёзы. Нет. Я не буду плакать. Не сейчас.
Перед глазами вспыхнули картины произошедшего: лицо главаря, тянущееся ко мне слишком близко. Его магия, сжимающая горло так, что в глазах темнело. Его угрожающий голос: "Ты или с нами, или против нас."
И...
Тени. Холодные, темные, словно живые. Рывок. Грохот. Трещащие шеи. Магия, разрывающая пространство.
Закрыла лицо ладонями, прижимая пальцы к глазам, словно могла стереть эти воспоминания, но, как ни странно, именно его образ врезался в сознание сильнее всего.
Эдриан.
Как он смотрел на меня в тот момент — не просто как на объект сделки или свою "игрушку", а как на нечто важное. Опасно важное и именно это пугало больше всего.
— Дура, — прошептала я. — Не вздумай обманываться. Это не забота, а контроль.