Но внутренний голос, к сожалению, звучал неубедительно, потому что я помнила, как он влетел в ту комнату, как готов был убить ради меня. И да, он убил. Хладнокровно, молча, без тени сожаления.
А ведь ещё недавно я пыталась убедить себя, что он не способен чувствовать, что он играет, что ему всё равно, но вместе со страхом всплыла странная мысль: он пришёл и не бросил.
Он мог не приходить, мог сказать: «Она не стоит этого», но он пришёл, и я не знала, что с этим делать. В груди разливалась какая-то жгучая смесь страха и благодарности. Неуверенно подняв руку, я провела пальцами по шее, вспоминая, как главарь заговорщиков сжал её своей магией. Словно снова почувствовала холодный обруч вокруг горла. Боже. Я могла умереть и именно это — осознание, что я была в шаге от смерти — заставило сердце забиться быстрее, а в горле снова встала удушливая тяжесть.
Встала с кровати, на негнущихся ногах подошла к зеркалу: бледное лицо, тёмные круги под глазами, губы искусаны до крови.
— Молодец, Вальер, — хрипло прошептала своему отражению. — Ты справилась. Почти.
Так и простояла несколько минут смотря на свое отражение и прокручивая в голове недавние события, но из ступора меня вывела боль от пут, кожа натянулась, когда я сжала руки в кулаки, даже не заметив этого. Чёрт. Теперь они долго будут напоминать о случившемся и о том, как Эдриан прикасался ко мне.
Я не знала, кто он для меня. Спаситель, который пришёл, когда все отвернулись? Тюремщик, держащий меня на коротком поводке? Или тот, кто ломает меня, заставляя теряться в себе? И что хуже — я не понимала, чего хочу сама. Освободиться от него или броситься в его объятия. Бежать или остаться. Почему, когда он рядом, всё рушится, а я — не в силах устоять?
Я опустилась на пол у кровати, уткнулась лбом в колени. Страх, растущий в груди, был не только за себя, но и перед тем, что происходит внутри меня, потому что, несмотря на всё, я знала: если бы он не пришёл… я бы ждала его до последнего.
Вздрогнула, когда дверь тихо скрипнула. Сердце на миг замерло — слишком свежи были воспоминания о тех, кто был в подземелье.
— Ты не спишь, — констатировал он глухо.
Подняв голову, увидела, как он опирается о косяк, скрестив руки на груди. Казался спокойным, но я заметила, как напряглись его плечи. Он смотрел внимательно, не сводя взгляда. С трудом поднялась на ноги и села на кровать.
— А ты удивлён? — голос сорвался на шёпот, но я быстро взяла себя в руки, чтобы не показать слабости. — После всего, что случилось, я должна спокойно дремать под пледом?
Он не ответил, только медленно подошёл и чем ближе он был, тем тяжелее становилось дышать. Опустила взгляд, не выдержав этого напряжения. Он остановился рядом, и я почувствовала, как матрас кровати, на котором сидела, чуть прогнулся под его весом, когда он опустился на край.
— Ты ещё слаба. — Его голос был слишком ровным, будто он и сам не верил в спокойствие, которое старался выдать. — Тебе нужен отдых и не забывай, ты теперь под нашей защитой.
— Вашей? — я подняла подбородок. — Значит, я теперь что? Собственность вашей семьи?
В его глазах что-то мелькнуло — словно укол боли, спрятанный за маской холода.
— Ты знаешь, что без нас тебя разорвут.
— Меня не интересует ваша защита, — продолжала я, чувствуя, как внутри поднимается тревожная дрожь. — Я не хочу быть частью вашей семьи, вашего… круга.
— Не смей так говорить, — тихо, почти шёпотом. — Ты понятия не имеешь, что там, за этими стенами.
— Тогда расскажи.
— Не сейчас, — оборвал он, отворачиваясь. — Сначала ты должна прийти в себя.
— Мне не нужно время и ответы, — бросила я, хотя сердце колотилось, словно пойманная птица.
— У тебя нет выбора, — ответил он. — Ты не понимаешь, в какой игре оказалась.
— Ты не понимаешь, чего хочешь от меня! — рванулось с губ, прежде чем я успела сдержаться. — Ты сам не знаешь, зачем я тебе. То ли как вещь, которую хочется забрать у других, то ли как… что?
Он резко повернул голову ко мне, в глазах на миг вспыхнуло что-то опасное.
— Я знаю одно, — сказал он низко. — Ты не уйдёшь.
— Почему? — прошептала я, чувствуя, как голос дрожит. — Потому что тебя бесит, что я могу быть с кем-то ещё? Потому что это вопрос власти? Или потому что...
Я запнулась, не зная, как договорить, потому что ты сам не можешь понять, кто я для тебя? Он наклонился ближе, нависая надо мной и заставляя опуститься боком на матрас, а его рука легла рядом с моим лицом, будто загоняя меня в ловушку.