Теперь я знала, что делать.
В коридоре меня перехватил куратор старшего курса — тот самый, что был с нами на практике. Лицо напряжённое, взгляд выверенный, словно сверяет инструкции в голове.
— Вальер, за мной. Ректор велел немедленно привести тебя.
Сначала внутри дрогнуло — ещё одно обвинение? Продолжение спектакля? Но куратор шёл спокойно, без надзора. Даже не обезопасил магически, просто жестом показал: за ним. Это было странно и подозрительно, потому и пошла, вровень с его шагами, считывая каждую эмоцию, каждый взгляд.
По дороге сердце стучало ровно, как в ладони у целителя. Уже не страх, не тревога — просто готовность. Если снова удар — выдержу, а если не выдержу — хотя бы не упаду одна.
В кабинете ректора пахло ладаном и воском. Свет бил сквозь витраж, отбрасывая цветные пятна на ковёр. За столом сидел сам ректор — прямой, будто выточенный из камня. Слева — декан факультета, высокий, с резкими чертами лица. Вслед за мной зашел куратор и встал справа, и была Кайра Теслин. Увидев её, будто на долю секунды всё вокруг сгустилось — воздух, мысли, предчувствие. Зачем она здесь?
— Входите, Вальер, — ректор говорил спокойно. — У нас возникли разногласия по отчёту о последней практике. Поскольку вы обладаете даром Веритас, вы можете помочь нам в разрешении этого конфликта.
Он даже не спрашивал — просто констатировал факт. Разумеется, знал.
— После нападения Канцелярия начала проверку. По спискам активности артефактов в лагере было замечено, что один из защитных контуров исчез на пять минут до нападения. Ответственным за сектор была адептка Теслин. Она утверждает, что в этот момент отошла по поручению куратора, но куратор этого не подтвердил.
Он посмотрел на меня пристально:
— Перед вами сфера правды. Работает с отклонением менее двух процентов. Нам важно знать: её слова соответствуют действительности?
Сфера — гладкая, полупрозрачная, с вкраплениями рун — уже светилась, активированная куратором. Теслин стояла чуть поодаль, руки скрещены, взгляд исподлобья. Рядом — декан факультета. Все наблюдали за ней, как за стеклом. Она явно нервничала, хоть и пыталась это скрыть.
— Теслин, повторите ваши показания о моменте, когда вы покинули сектор, — произнёс ректор. — Куда направились и по чьему указанию?
— Я… Я получила сообщение от старшего куратора. Он просил проверить амулет у южного периметра. Я пошла — ничего подозрительного не заметила, вернулась. Это заняло не более десяти минут.
Слишком гладко. Голос уверенный, но за ним — знакомая рябь. Не страх, а избыточная подготовленность. Сфера мигнула золотистым — отклонение. Не ложь напрямую, но сокрытие части информации.
Я сделала шаг вперёд.
— Здесь несоответствие. Уведомление не было официальным — ни один артефакт не зафиксировал команды от старших, а координаты южного периметра, которые она назвала, совпадают с точкой, где был временно снят внешний барьер. Она ушла в зону, где защита была отключена. И… она знала об этом заранее.
Сфера вспыхнула мягким зелёным - Подтверждение.
Теслин обернулась.
— Ты не имеешь права! Это была ошибка защиты, а не моя вина!
— Я не ищу виноватых. Только говорю, где ложь, — ответила ей.
— Ты… просто хочешь утопить меня, чтобы спасти свою шкуру! — сорвалось у неё.
Ректор поднял ладонь. Все стихли.
— Достаточно. Показания отмечены.
Он снова посмотрел на Теслин:
— Вас вызвали не как обвиняемую, а как фигуранта проверки, но теперь… вы становитесь объектом дисциплинарного разбирательства. Несоответствие показаний, игнорирование приказов, недостоверные отчёты.
Немного помолчал, будто давая шанс осознать.
— Речь не идёт о нападении, но ваша небрежность могла стать причиной уязвимости сектора. Канцелярия этого не оставит.
Теслин побледнела, но ничего не сказала. Ректор отдал короткий приказ:
— Можете идти. Куратор, проводите.
Она развернулась на каблуках и едва не прошипела что-то мне в лицо, но куратор вовремя подтолкнул её к двери — быстро, как будто убегала и даже в этом была угроза: не ушла, а затаилась.
Стало неожиданно тихо.
— Не думал, что мы снова встретимся в таких обстоятельствах, — начал ректор, не глядя, запечатывая свиток печатью Академии. — Но мне пришло письмо от Канцлера.
Он протянул пергамент. Я не тронула — просто слушала.