Так что Джет был не партизаном, реально борющимся с захватчиками родной земли, он был паразитом, малолетним вором и убийцей, упивающимся безнаказанностью и собственной правотой, возможностью вершить чьи-то судьбы. В Убежище Чан приметил кучу всякого барахла, принадлежавшего разным путникам и купцам с небольшими караванами, которых явно беззастенчиво грабили. И, раз были лишь слухи о исчезновении, свидетелей эта гоп-компания спокойно убивала без малейшего зазрения совести.
Возможно, на кого-то другого эти «пламенные речи» и произвели бы впечатление, но только не на тёртого в разных передрягах и битого жизнью Жэку, которым Чан себя вспомнил.
Азула ещё утром успела шепнуть, что с местной дамбой хотят что-то сделать, потому что цель Джета — город. И пусть до хитрости Азулы Чану было далеко, но он тоже был не промах. Так что, угомонив клокочущую ярость, «пошёл на контакт», сделав вид, что проникся идеями этих «борцунов за свободу». И вроде даже неплохо это сыграл. Джет явно верил в свои ораторские способности и считал себя самым умным в этом лесу. Тут же предложил вступить на их скользкую дорожку и сказал, что солдаты Огня, которые сбежали, как-то успели поведать о том, что собираются поджечь весь не горящий лес, чтобы «выкурить» их правоверную банду. И что они решили устроить контрнаступление и надо проследить за дорогой к Гайпану.
Чан покивал и согласился на предложение, чтобы его «услали» вместе с Пипсквиком на «дальний кордон», чтобы, видимо, не путался под ногами. Это вполне подходило и Чану. В конце концов, обвести вокруг пальца крепыша Пипсквика оказалось очень просто. Когда они добрались до места дежурства, Чан предложил устроить небольшой перекус и попить походного чаю. Зуко как раз перед тем, как они отправились на разведку в лес, поделился тем самым чаем с очень успокоительным эффектом. По Пиксвику было видно, что перекусить тот не дурак, так что неудивительно, что он сразу согласился. А ещё через часок главная ударная сила банды «борцунов» самозабвенно дрыхла под кустами.
Чан поспешил в лагерь, но там уже никого не было, пропали и захваченные боеприпасы горючей смолы, что, в принципе, не очень хорошо. Джет времени не терял. Только почему не дождался, пока они уйдут, чтобы свершить месть?
Чан уже хотел поспешить к дамбе, как услышал тихие бормотания и всхлипы.
Подкравшись и заглянув внутрь одного из домов, Чан нашёл там Дюка. Самый мелкий «разбойник», которого оставили в Убежище, выглядел неважно, с красными глазами и распухшим носом, словно ревел.
— Что случилось? И где Азула?
— Джет… Он… И Аанг, — бессвязно начал объяснять Дюк. — Он её… Увёл к реке.
— Зачем?
— Она же маг воды, а Джет хочет наполнить реку… Они говорили про такие планы после большого дождя, когда река наполнится, но, наверное, он не захотел ждать, если Азула может… — более связно продолжил Дюк, утираясь. — Если она тоже может наполнить реку, как маг воды. Я думаю, что Аанг тоже у них. Он хороший. И Азула… А Джет… оказалось, что он плохой.
— Ты мне поможешь спасти Азулу и Аанга? — Чан немного удивился смене «политики партии» у мальца. Но, по всей видимости, у того как-то «открылись глаза» на его лидера и разность того, что Джет говорит и что делает.
— Я помогу! Я знаю, куда их отвели! — подорвался мелкий. — Мы должны остановить Джета и остальных.
С помощью проводника стало гораздо проще найти эту самую дамбу. Чан, конечно, видел её ещё из города, но лес кокутана всё же большой, а ещё в нём наличествовали ловушки, о которых знала банда: «борцуны» ловили в них свинообезьян для пропитания. Плюс ничего вроде компаса или даже наручных часов у Чана не имелось. Хотя, сказать по правде, он и в прошлой жизни держал компас всего несколько раз — ещё на школьных уроках по начальной военной подготовке. Так что лишь смутно помнил, как именно им пользоваться, и совершенно не знал принципа его работы кроме того, что вроде как «стрелка показывает на север». В этом смысле он был очень городским жителем. На местных кораблях для маршрутов использовали сложный навигационный прибор типа астролябии или чего-то такого, чтобы ориентироваться по звёздам. Но компаса в привычном для себя виде Чан пока не встречал и подумывал, что если встретит, то обязательно купит, чтобы был, и научится им пользоваться.
Пока они с Дюком добирались, Чан даже задумался, что Азула довольно легко ориентируется, когда летает на Юки, но вроде никакими приборами навигации, кроме местных карт, не пользуется, да и карты редко достаёт. Он давно замечал, что Азула, и Зуко очень хорошо знали местную географию, какие-то вершины гор и их вид, как называются речки даже в Царстве Земли, абрисы островов и берегового шельфа, и только сейчас понял, что именно это помогало им в ориентации на местности. Его в своё время больше заботил язык и письмо, а географию он выучил поскольку-постольку, не считая её каким-то особо важным предметом. Тут и географии-то было не особо много, если подумать. Всего-то четыре страны, одной из которых больше не существовало, один континент, наверняка не больше Австралии, и десяток островов. А ведь Азула даже что-то упомнила про климат местной долины из-за её расположения относительно гор и что-то про важность Гайпана в ставке армии для логистики по продовольствию и боеприпасам на западном фронте.
В общем, если бы не Дюк, пришлось бы плутать самому, ориентируясь на солнце и журчание петляющей речушки. Чан наверняка бы нашёл дамбу, но неизвестно, добрался ли бы до неё вовремя. А так они успели как раз к моменту, когда долговязый лучник, которого звали Лонгшот, вместе с несколькими ребятами помладше закончили устанавливать запал на сооружении. Не то чтобы они сделали это совсем уж неправильно, но Чан, только на играх работавший с карбидом, мог бы сделать лучше. Или хуже. Впрочем, дамба не выглядела так уж монументально, как какая-нибудь Волжская ГЭС, где ему однажды удалось побывать. Дамба здесь перекрывала небольшую речушку, которая наверняка заполнялась только весной, когда таяли снега в горах, и была лишь чуть поаккуратней бобровой плотины, так как тоже была собрана из брёвен. Впрочем, скорее всего, это были бревна кокутана, а значит, дамба должна быть покрепче, чем кажется.
Но, даже если взрыв пройдёт по касательной, всё равно появится трещина, которая эту дамбу разрушит из-за давления воды: всё же были стыки между брёвнами и они располагались не в шахматном порядке, а просто рядами друг на друге. Чан даже подумал, что если бы из кокутана строили бобры, это вышло бы надёжнее. Как раз на такой стык в центре дамбы Лонгшот с командой диверсантов и установили бочки с взрывной смолой.
— Чего они ждут? — спросил Чан у Дюка.
— Сигнала от Джета, — ответил парнишка. — В дамбе не так много воды, если Азула её наполнит…
— Интересно, как она должна это сделать? Магия воды подразумевает манипуляцию существующей водой, а не создание её из ничего, — хмыкнул Чан.
— Думаю, Джет хочет использовать подземные источники, которые располагаются в предгорьях, — ответил Дюк. — Я слышал, что он говорил о том, что они туда пойдут.
— Так значит, Джет должен послать сигнал? Он засвистит? — предположил Чан.
Дюк помрачнел и закивал.
— Ну, если взрыва не будет, то Джет может хоть засвистеться, — Чан достал свой меч и внимательно посмотрел на Дюка. — Меня беспокоит ваш лучник. Ты поможешь мне?
— А где Пипсквик? — Дюк на миг отвёл взгляд.
— Он спит в лесу, — ответил Чан, сам не зная, какую сторону выберет мелкий. — У меня был с собой снотворный отвар. Я напоил его, и он уснул.
— Значит, с ним всё в порядке? — с облегчением улыбнулся Дюк.
— Я не буду убивать твоих друзей, — пожал плечами Чан, кивнув на деревья, где скрылись Лонгшот и остальные «борцуны», которые заложили запал у дамбы.