Ужин прошел на удивление нормально. Тайрон рассказывал забавные истории из своего прошлого, тщательно избегая любых острых тем. Кевин был немногословен, но внимательно слушал. Ллойд сидел рядом с Вивиан, его рука лежала на ее колене под столом, и он выглядел расслабленным, почти счастливым.
— Так ты архитектор, — начал Тайрон, разламывая хлеб. — Интересно. А что сложнее: спроектировать здание, которое простоит сто лет, или выстроить отношения, которые выдержат испытание временем?
Вивиан улыбнулась, чувствуя легкий вызов.
— Думаю, и то, и другое требует прочного фундамента. И хорошего архитектора.
— Мудрый ответ, — кивнул старик, бросая многозначительный взгляд на Ллойда. — Слышишь, мальчик? Фундамент. Не все можно решить кулаками.
— Я учусь, — парировал Ллойд, наливая Вив вина. Его рука легла ей на колено под столом.
Кевин, обычно молчаливый, неожиданно вступил в разговор.
— У тебя смелый взгляд, — сказал он Вивиан. — Редко кто так прямо смотрит в глаза.
— Это комплимент? — уточнила она.
— Констатация факта, — ответил Кевин, и в его глазах мелькнуло одобрение.
— Не пугай девушку, Кев, — покачал головой Ллойд, но было видно, что он доволен.
— Меня не так-то просто напугать, — с легкой дерзостью заявила Вив, чувствуя себя своей в этой компании.
В какой-то момент Тайрон поднял бокал.
— За новые горизонты, — сказал он, и его взгляд скользнул между Ллойдом и Вивиан. — И за тех, кто помогает нам их разглядеть.
Они выпили. Позже, когда Кевин ненадолго отошел, чтобы ответить на звонок, Тайрон наклонился к Вивиан.
— Он меняется, детка, — тихо сказал он. — В лучшую сторону. Я не видел его таким... спокойным, давно. Спасибо тебе за это.
— Он и сам меняет меня, — честно призналась Вивиан.
— Это и есть правильные отношения, — мудро заметил Тайрон. — Вы растете благодаря друг другу. Только, — он понизил голос, — будь осторожна. Его мир не прощает ошибок. И твой брат не сдастся просто так.
— Я знаю, — кивнула Вивиан. — Но я тоже не собираюсь сдаваться.
Когда они вышли из ресторана, Кевин молча пожал ей руку, и в его рукопожатии была неожиданная твердость и уважение. Тайрон обнял ее как дочь.
— Заходи еще, детка. Ты всегда желанный гость.
Ллойд молчал, пока они не сели в машину.
— Ну? — спросил он, заводя двигатель. — Выдержала проверку?
— Они прекрасны, — улыбнулась Вивиан. — И они тебя очень любят. Это видно.
— Да, — просто сказал он. — А это значит, что они будут любить и тебя. Потому что ты — часть меня теперь.
Он отвез ее домой. На этот раз он поцеловал ее перед тем, как она вышла из машины - долгим, нежным поцелуем, который говорил, что это не прощание, а лишь «до завтра».
В квартире было тихо. Итан, как и в прошлый раз, уже спал. Но на этот раз Вивиан не чувствовала вины. Она чувствовала уверенность. Она вошла в свою комнату, и ее телефон сразу же завибрировал.
«Спокойной ночи, Вивиан. Сегодня был прекрасный день.»
Она ответила:
«Спокойной ночи, Ллойд. Да. Прекрасный.»
На выходных Ллойд позвал ее к себе.
«Хочешь посмотреть, где я живу? Без прикрас».
Он жил в современном многоэтажном доме на одной из спокойных улиц. Никаких кричащих признаков роскоши, лишь дорогой, но сдержанный дизайн. Сама квартира поразила ее. Просторная, с панорамными окнами, открывающими вид на ночной город. Но обстановка была минималистичной. Словно он здесь только ночевал. Ни безделушек, ни личных вещей на виду. Только дорогая мебель, огромный телевизор и стереосистема. В воздухе витал едва уловимый запах его одеколона с древесными нотами, кожи и одиночества.
— Ну? — он стоял посреди гостиной, наблюдая за ее реакцией.
— Похоже на номер в дорогом отеле, — честно сказала Вив. — Красиво, но бездушно.
Он рассмеялся.
— Прямо в яблочко. Я никогда не думал об этом как о доме. Просто место, где можно спать.
— А где твои книги? — спросила она, оглядываясь. — Ты же читаешь Пратчетта.
Ллойд указал на единственную неприметную полку в углу. Там аккуратно стояло с десяток книг.
— Вот они. Остальное в другом месте.
С любопытством Вивиан прошлась по квартире. Кухня была идеально чистой, словно ею никогда не пользовались. Кабинет содержал лишь ноутбук и сейф. Но когда она заглянула в спальню, ее сердце екнуло. Здесь, на прикроватной тумбочке, лежала та самая, потрепанная зажигалка. И больше ничего. Этот маленький артефакт, символ его боли, был единственной личной вещью во всей этой роскошной пустоте.
— Показывай дальше, — улыбнулась она, возвращаясь в гостиную. — Что умеет твой супер-телевизор?