— Ну как?
— Полная победа, Алексей Григорьевич! — торжественно объявил Головачев. — Промысел преобразован в Специальное управление по разведке и разработке нефтяных месторождений между Волгой и Уралом при НКТП!
Даже невозмутимый Мышкин не смог скрыть удивления:
— Специальное управление? На весь регион? — он покачал головой. — Леонид Иванович, вы превзошли самые смелые ожидания. Студенцов, должно быть, в бешенстве.
— Именно так, — подтвердил я. — Но теперь нам нужно действовать быстро. У нас есть два месяца на подготовку плана разведки и освоения новых месторождений. Но самое важное, что к концу года мы должны дать первую нефть с новых скважин.
— Это реально? — Мышкин с сомнением посмотрел на меня.
— Более чем, — уверенно ответил я. — У меня есть данные геологических исследований, указывающие на высокую вероятность обнаружения крупных месторождений в районе Ишимбая и Ромашкинской структуры.
Разумеется, это не вся правда. У меня были не «данные исследований», а точное знание из будущего. Но зачем раскрывать свои карты? даже ближайшим соратникам?
— Что теперь? — спросил Мышкин, мгновенно перестраиваясь на деловой лад.
— Теперь нужно закрепить успех, — я сел за стол и начал набрасывать план действий. — Первое: отправить телеграмму на промысел с новостями и указаниями по подготовке к реорганизации. Второе: составить проект структуры Управления с учетом новых задач. Третье: подготовить план геологоразведочных работ на ближайшие два месяца. Четвертое: организовать закупку необходимого оборудования для разведочного бурения.
— А что с кадрами? — поинтересовался Головачев. — Для таких масштабных работ потребуется гораздо больше специалистов.
— Готовьте список необходимых специалистов, — ответил я. — Инженеров-нефтяников, буровиков, геологов. Можем привлечь людей из Баку и Грозного, предложив им лучшие условия. А также выпускников нефтяных техникумов и Промышленной академии.
Мышкин задумчиво потер подбородок:
— Будьте осторожны, Леонид Иванович. Слишком быстрое расширение может вызвать подозрения. Студенцов наверняка будет следить за каждым вашим шагом, выискивая ошибки и нарушения.
— Я знаю, — согласился я. — Но мы не можем терять время. Нужно успеть развернуть работы до осени, чтобы к зиме получить первые результаты. Это будет нашим лучшим аргументом в будущих схватках.
Я набросал текст телеграммы:
«РИХТЕРУ ЛАПИНУ ЗОРИНОЙ ТЧК ПРОМЫСЕЛ ПРЕОБРАЗОВАН В СПЕЦИАЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ПО РАЗВЕДКЕ И РАЗРАБОТКЕ НЕФТЯНЫХ МЕСТОРОЖДЕНИЙ МЕЖДУ ВОЛГОЙ И УРАЛОМ ТЧК ГОТОВЬТЕСЬ К МАСШТАБНОЙ РЕОРГАНИЗАЦИИ ТЧК СРОЧНО ПОДГОТОВЬТЕ ПЛАН РАСШИРЕНИЯ ПРОМЫСЛА И СПИСОК НЕОБХОДИМОГО ОБОРУДОВАНИЯ ТЧК ПРИБУДУ ЧЕРЕЗ ТРИ ДНЯ ТЧК КРАСНОВ»
Головачев отправился на телеграф, а мы с Мышкиным углубились в обсуждение деталей новой структуры Управления. Предстояло создать полноценную организацию с несколькими отделами. Геологоразведка, добыча, переработка, научно-исследовательские работы, снабжение, кадры.
Близился вечер, когда в дверь конторы постучали. Вошел посыльный с запиской.
— От товарища Студенцова, — сообщил он, протягивая конверт.
Я вскрыл конверт и прочитал короткое послание:
«Леонид Иванович! Поздравляю с успешным завершением комиссии. Предлагаю встретиться завтра в 11.00 в ресторане „Прага“ для неформального обсуждения дальнейшего сотрудничества. Игорь Студенцов».
Мышкин прочитал записку через мое плечо:
— Не ходите, Леонид Иванович. Это ловушка. После такого поражения Студенцов способен на все.
— Знаю, — я задумчиво постучал запиской по столу. — Посмотрим. Мне интересно, что он может предложить после такого разгрома.
Остаток вечера мы провели за работой над структурой нового Управления. В дальнем углу номера стоял небольшой сейф.
Я открыл его и достал карту. Старую, потертую геологическую карту региона между Волгой и Уралом.
На ней моей рукой были отмечены точки, где в будущем обнаружат крупнейшие нефтяные месторождения: Ромашкинское, Туймазинское, Шкаповское, Ишимбайское. Сейчас, в 1931 году, об их существовании никто не подозревал.
Кроме меня. Человека из будущего, волей судьбы заброшенного в прошлое и получившего шанс изменить ход истории.
Я аккуратно развернул карту на столе. План начал реализовываться.
Теперь в моих руках контроль над территорией, где скрыты колоссальные запасы нефти. В ближайшие годы я смогу превратить Специальное управление в мощнейшую нефтяную структуру страны. Заложить основу нового индустриального центра, изменить ход развития советской промышленности.