Разговор не особо клеился, потому только что познакомившаяся парочка шла не спеша по улице по направлению к ближайшей пиццерии. У Генри было множество стратегий, как себя вести на свиданиях, которые шли не так или ей совершенно не нравились: она просто отлучалась в туалет, вскрывала там окно и вылезала на улицу. Сейчас она боялась, что насытится пиццей, выпьет содовой и убежит в этой своей манере, потому что с такими парнями, как этот самый Барнс, никогда нельзя быть в чём-то уверенной.
Был однажды пример — нормальный по виду молодой человек, ухоженный, из таких, от которых пахло одеколоном, а в их машинах играл классический рок. Он красиво ухаживал, но дело в том, что сразу же, на первом свидании, выдвинул свои требования: кафе оплачивается пополам, секс только без презерватива, в колледже они никак не пересекаются и делают вид, что не знают друг друга. В тот момент Генри, даже не заказав чай, сказала, что целый день мучается с животом, виновато улыбнулась, ушла в туалет и вскоре исчезла из жизни того студента.
И нет, это не антиреклама отношений, если пара учится в одном учебном заведении, ведь нет ничего прекраснее взаимной любви, когда оба партнёра счастливы.
— Ладно, раз так туго идёт разговор, наверно, мне нужен список вопросов для неловких прогулок, в которых конечная цель — пиццерия, — Генри на это улыбнулась, а Тим поднёс к губам воображаемый микрофон и начал свой фарс: — Итак, Генри, расскажи немного о себе. Сколько лет? На кого учишься? Какой знак зодиака?
— Мне двадцать, учусь на редактора, по знаку зодиака — Близнецы, — девушка приняла правила игры и сжала кулачок, показывая, что это микрофон. — Тогда продолжим, Тимми, — на прозвище молодой человек улыбнулся, но не сказал ничего против. — Сколько тебе лет? Кем работаешь? Знак зодиака?
— Мне двадцать два, подрабатываю в одном местечке, которое потом тебе обязательно покажу, а также я Овен.
Это было слишком чертовское попадание — горячий Овен, который ещё явно рассчитывал на длительные встречи. Генриетте он уже нравился, хотелось положить руку ему на спину, чтобы они поскорее дошли до пиццерии и ей открылось при поедании пищи его настоящее лицо. Не может быть, чтобы у такого красивого и откровенно охрененного парня (а таких Ферроу чувствовала в округе километра) не было девушки. Может, он страшно чавкал, когда ел? Хвастался своим достоинством? Старался устроиться подкаблучником сразу же, как понимал, что перед ним шугар мамми?
Шугар Генри никогда не было, а позиция мамми ей совершенно не нравилась.
— Чёрт, парень, ты слишком идеален, я что-то совсем уж не уверена в том, что ты реальный или хотя бы говоришь правду, — девушка слегка откашлялась и оценила профиль нового знакомого, признав, что он вроде как не прозрачный, да и сам абсолютно телесный — хорошо пах, его рука твёрдая, а взгляд направлен не в пространство, а куда-то явно на вход пиццерии. — Хорошо, раз будем есть пиццу, какая любимая?
— Маргарита, я веган, а тебе, я спорю, нравится либо пеперони, либо гавайская, — с этого Генри аж рассмеялась, и на неё кинули взгляд, на этот раз очень тёплый. — Ну а что, ты выглядишь как человек, который как раз смешает ветчину и ананасы чисто ради прикола.
За время похода до пиццерии Генриетта сделала пару очень даже позитивных выводов: они быстро нашли общий язык, они явно понравились друг другу, а значит, любимая подруга будет выслушивать тонну голосовых сообщений после явно приятного и длинного свидания. Конечно, девушка редко одобряла, когда её с кем-то сводили таким достаточно ужасным способом, как простая дача номера вместе с какими-то указаниями сказать что-то, повернуться против часовой стрелки и ударить в ладоши три раза, чтобы на той стороне трубки ответили. Лили умела подбирать парней: все были будто бы как на подбор, хорошие, гладкие в нужных местах и столь сильно заботящиеся о партнёрше, что не спали с ней на первом свидании. Это даже необычно, попахивало драйвом и перцем, прямо как когда Генри вместе с Тимом зашли в пиццерию и вдохнули аромат лепёшек и томатного соуса — Барнс получил очередное очко в коллекцию, потому что здесь Ферроу ещё ни разу не была, несмотря на то, что жила достаточно близко. Они недолго толкались у кассы, под песню Skillet «Alien Youth», которая, как оказалось, была у парня любимой, выбирая себе пиццу и напитки, а когда пошли выбирать себе столик, оказалось, что большинство свободно, потому кожаный красный диван вскоре заскрипел, а девушка вновь развернулась к парню. Ей было слишком интересно что-либо узнавать о нём новое, ведь она видела его впервые, а до этого краем уха от Лили что-то слышала. Но что с подруги взять — она наболтает и через минуту забудет, о ком вообще шла речь, потому что у неё память как у рыбки и мыслительный диапазон не охватывает все аспекты собственной жизни, хотя пора уже.