— Не переворачивай мои слова, — недовольно протянула, слишком дёрганно сложив полотенце на тумбу. — Я всего лишь уточняла сроки.
— Мы обе знаем, что не всего лишь. — Я твёрдо выдержала взгляд, кусая при этом подушечки губ, чтобы сделать их не такими очевидно-зацелованными. — В день, когда я переезжала к отцу, ты открыла все истинные причины того, почему так холодно относилась ко мне всю мою жизнь.
— Не сочиняй ерунды, — мама раздражённо принялась расставлять вымытую посуду по местам. — Просто ты слишком капризная, всегда требовала к себе много внимания.
Я тихо фыркнула, понимая, что спорить бесполезно, а холодность родного человека ранила не слабее разбитого сердца — так и стоило ли в таком случае менять одну боль на другую? Не слушая продолжений маминых обвинений, я просто молча поднялась и покинула квартиру, поднявшись к Насте в абсолютную тишину.
Ну, нравится маме выставлять виноватыми всех, кроме себя самой — пусть.
Ночью уснуть так и не удалось, поскольку неожиданная встреча с Максом и последующий поцелуй всполошили сильнее возвращения домой. Мысли не переставали крутиться в голове, а ещё наплывами накатывали вопросы.
Как он узнал, что я буду там?
Почему именно вчера?
Получится ли избегать этих встреч в будущем?
В конце концов, Настя всегда была только моей подругой, не нашей с Черновым, значит, хотя бы на свадьбе он не появится, но давало ли это гарантию, что мы не увидимся снова? Родной город внезапно стал ещё меньше, чем на самом деле.
Утром я встала разбитая и потягивала кофе в ожидании возвращения Насти. Радовало одно: впереди чуть меньше двух месяцев и очень много хлопот с подготовкой, а значит, мне некогда будет забивать голову собственными проблемами.
— Привет. — Улыбчивая и раздражительно-бодрая подруга вошла в кухню, когда часы показывали начало девятого утра. — Ну как ты тут? Нормально спала?
Вскинув говорящий взгляд немного покрасневших от недосыпа глаз, тяжело вздохнула.
— Вообще не ложилась, — пробурчала, допивая кофе. — Но давай не будем о грустном. Что у нас сегодня на повестке дня?
Настя виновато заломила брови.
— Вообще-то, понятия не имею. Надеялась, что ты поможешь сориентироваться, я же только в теории представляю, что нужно делать.
Нахмурившись, подавила очередной вздох, и против воли начала вспоминать, как это проходило у меня два года назад. Память услужливо подсовывала мне как приятные, так и не очень воспоминания, которые в сумме складывались в болезненный ком где-то в области сердца, но я запретила себе зацикливаться на этом. Прошлое нельзя всю жизнь носить за плечами, как бы в него ни тянуло.
— Всё нормально? — обеспокоенно протянула Настя. — Прости, я совсем не подумала, что для тебя это может быть непросто… Я напомнила о том, что тебе хотелось бы забыть.
— Нет-нет, я просто задумалась, всё в порядке. — Видя, что мне не верят, поджала губы. — Ты права, это навевает некие воспоминания, но я же не пошлю твою свадьбу на три буквы только потому, что когда-то не удалась моя собственная. Надеюсь, твой будущий муж будет не таким, каким оказался мой…
— Нельзя всех грести под одну гребёнку. И я уверена, что и твоему одиночеству однажды придёт конец.
Настя не знала всех подробностей моего побега, я не хотела обсуждать с ней все детали — лишь сказала, что с Максом у нас ничего не получилось. За два года во мне так и не проснулось желание обсудить хоть с кем-то настоящие причины спешного переезда, кроме отца, и я не видела смысла делать это теперь.
Всё равно уже ничего не исправить.
— Предлагаю начать с определения бюджета и списка гостей, — перевела тему, настраиваясь на серьёзный лад; настаивать на продолжении беседы Настя не стала и тоже включилась. — Кто будет оплачивать свадьбу, и какой ты её вообще видишь?
— У нас с тобой почти одинаковые вкусы за исключением любви к морепродуктам, — Настя поморщилась, — терпеть их не могу. В остальном я полностью доверилась бы твоему выбору.
Вскинув брови, я кинула на подругу удивлённый взгляд.
— Помнится, в юности ты говорила, что никому не позволишь совать нос в подготовку твоей свадьбы и сделаешь всё так, как захочется тебе самой.