— Так-так, — она остановилась напротив, губы искривила неискренняя улыбка, — а ты умеешь удивлять. Не думала, что после всего тебе хватит смелости вернуться.
— Зато вы ничуть не изменились, Маргарита Львовна, — улыбнувшись так же, ответила и почувствовала, как Настя легонько ущипнула меня за плечо. — Но, к сожалению, не имею желания тратить время на беседы с вами.
Да, два года назад она открыла мне глаза, но сделала это вовсе не по доброте душевной. Ей не было меня жаль, она всего лишь радовалась тому, что получила причину от меня избавиться, ведь понимала: я уйду в любом случае, когда узнаю правду. К счастью для меня, та вскрылась до того, как я сломала самой себе жизнь.
Настя едва не на буксире потащила меня на улицу, словно боялась, что я могу что-нибудь ляпнуть, но я и сама не горела желанием беседовать со своей несостоявшейся свекровью ещё хоть сколько-то. Если воспоминания, связанные с Максимом, вызывали в груди тупую ноющую боль, то к Маргарите Львовне я не чувствовал ничего, кроме раздражения.
Она смешивала меня с грязью все два года, что мы с её сыном встречались, и специально тянула с новостью до дня свадьбы, чтобы ударить побольнее.
— Я уж подумала, вы друг другу в глотки вцепитесь, — нервно хохотнула Настя, продолжая тянуть меня в неизвестном направлении. — Не придавай её словам значения, ты же знаешь, для Маргариты Львовны нет большего удовольствия, чем отравить кого-нибудь своим ядом.
— Нам с ней давно нечего делить, не понимаю, почему она продолжает цепляться…
— Ей не нужны причины, она всегда была такой. — Солнцева тихо вздохнула. — Что там ещё есть в списке приличного?
— Остался один ресторан неподалёку от торгового центра, — сверившись с ежедневником, кисло ответила: внезапная встреча напрочь сбила рабочий настрой. — Можем посмотреть его, а после пойдём выбирать тебе платье.
— Тогда чего мы ждём?
Нацепив самую воодушевлённую улыбку, Настя, подхватив меня под локоть, направилась к остановке, на ходу ведя монолог о том, какие фасоны в журналах нахваливали в этом году. Я невольно вспомнила своё собственное платье, которое буквально с боем вырвала у матери и своей несостоявшейся свекрови — и то при поддержке Максима. Обе пытались меня убедить, что лишние траты ни к чему, можно выбрать что-то поскромнее, и вообще, я это платье всего раз в жизни надену, какая разница, каким оно будет! Только Макс меня поддержал, согласившись, что в этот особенный день я имею право надеть то, что мне хочется — даже если после платье отправится пылиться в коробку.
Я жалела о многих вещах, но больше всего о том, что он меня в нём так и не увидел.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов