- Идите без меня, - сказала Гвен, отступив на шаг и опираясь на страшный, заляпанный кровью стол. На нее снизошло поразительное, леденящее спокойствие. – Я остаюсь. Дориан, позаботься о учителе.
- Ты с ума сошла! – воскликнули хором маги.
- Ничуть. Это - настоящее. Не зря все сложилось именно так.
- Безумная! – воскликнул Дориан. – Что ты собираешься здесь делать?!
- То, что должна делать леди Инквизитор. Собирать войска. Защищать людей. Сопротивляться Корифею.
- И закрывать разрывы?! Как ты собираешься это делать, у тебя даже метки нет!
- Что?.. – спросила Лелиана, но ей не ответили.
- Солас изучал магию разрывов. Наверняка есть способ закрывать их без метки. Все возможно, если дать людям надежду… Рэдрик ведь не благодаря метке стал тем, кто он есть! Теперь я понимаю. Нужно дать им то, за что стоит сражаться, – и они будут сражаться.
- Дура! – заорал Дориан, схватил Гвен за плечи и крепко встряхнул, она охнула. – Твой брат уже сражается, чтобы у тебя был нормальный дом! Каллен носит медальон с твоим портретом – хотел срезать прядь волос, так у тебя, дуры, даже срезать нечего! Или тебе недостаточно вдохновлять их – надо обязательно весь мир?!
- Каллен? Носит портрет? – глупо переспросила Гвен. При мысли о Каллене ее решимость таяла, как снежинки над костром. Что-то подсказывало, что даже его терпение не выдержит, если она не вернется.
- Каллен?.. – эхом отозвалась Лелиана.
- Девочка, - сказал Алексиус, - отражений реальности великое множество. Ты не можешь спасти их все.
- Но могу спасти одно.
- Так спаси свое, которое еще можно спасти.
- С этим справляется Рэдрик.
- Помоги ему! – воскликнул Дориан.– Он не железный!
- От меня ему нет никакой пользы.
- Так сделай так, чтобы была! – рявкнул вдруг Алексиус. – Придумай, сообрази, найди средство принести пользу там, где еще не поздно! Легко геройски погибнуть с умирающим миром, а помочь выживающему не хочешь? Ты маг или безголовая сопливка?!
- Что вы можете знать…
- Что я могу знать? Я?! – Алексиус задрал подбородок. – И в самом деле, что я могу знать. Я не придумал, как победить Корифея, а всего лишь остался без семьи, без будущего и без свободы, но учил в тюрьме девчонку, которая готова подохнуть, потому что мир не оценил ее амбиций и брат заругается!
- Magister!..
Воздух в комнате вдруг забурлил, вскипел и успокоился, в нем открылось серебристо мерцающее окно.
«Я не пойду, - подумала Гвен. – Я должна… Должна…»
- Леди Тревельян, - обжег ее ухо шепот Лелианы, - там, откуда вы пришли, Корифей не захватил власть?
- Еще нет.
Гвен хотела добавить: я исправлю все, что смогу. Я добьюсь победы или умру с вами. Но не успела. С неожиданной силой Лелиана схватила ее за шиворот и толкнула головой вперед в светящийся овал. Гвен не удержалась на ногах и пролетела сквозь портал. По рукам и коленям ударила жесткая холодная земля. Гвен обернулась. Алексиус и Дориан выскочили следом за ней, серебристое окно еще раз ярко вспыхнуло – и погасло. Проход закрылся. Гвен упала на живот и разрыдалась.
========== 11. Сестра своего брата ==========
Гвендолен Тревельян лежала на земле, уткнувшись лицом в колени Гериона Алексиуса и рыдала, всхлипывая и содрогаясь всем телом. Дориан сидел рядом на корточках и иногда касался ее плеча. Никто не говорил ни слова.
Одежда Алексиуса промокла от слез, когда Гвендолен наконец села и прижала ладони к распухшему лицу.
- Она вытолкнула меня, - сказала она глухо. – Просто вышибла оттуда.
- И правильно сделала, - Дориан скрестил руки на груди. – Тебе нечего было там делать.
Он ждал возражений, гнева, нового потока рыданий, но к его удивлению Гвендолен медленно кивнула, не отрывая рук от лица.
- Она была права. Вы все были правы. Что я могла сделать там в одиночку?.. Но сложно принять, что какой-то мир пришел в упадок, потому что ты не справилась.
- В том мире, где были мы, - сказал Дориан, - не справился Рэдрик. А где-то, наверное, другая ты ведешь Инквизицию в бой. А где-то Тревельяны вообще не у дел, и Инквизитором стал… допустим, эльф. Или гном…
- Или кунари, - закончила за него Гвендолен.
- Или кунари, - с сомнением сказал Дориан.
- Отражений множество, - сказал Алексиус. – Не нужно лезть судьбу других, пока не решена судьба твоего собственного.
Гвендолен склонила голову.
- Спасибо за науку, учитель. Я постараюсь помочь брату. Но… что же делать, если я строю теории, а ему нужно что-то применимое на практике! Что, если я не справлюсь? Не сумею? Что мне делать, magister?
- Думать, - твердо сказал Алексиус. – Это уж ты умеешь. И я знаю, что у тебя получится.
- Знаете?..
Гвендолен отняла ладони от лица. Алексиус отвел глаза.
- Вы это говорите не только потому, что я ваша ученица. В чем дело, учитель?
- Ни в чем, девочка. Делай, что должно, и не сомневайся. Я рад, что смог что-то дать тебе. С Феликсом и Дорианом у меня не получилось…
- Учитель, - хрипло начал Дориан, но Гвен перебила.
- Почему вы говорите так, словно прощаетесь? Вы что-то скрываете, разрази меня гром!
Словно в ответ на эти слова земля вздрогнула, камни зашатались, как гнилые зубы в деснах. Гвендолен схватилась за Алексиуса, Дориан – за Гвендолен. Медленно и неотвратимо пласты земли поднимались в воздух, унося с собой руины Храма Священного Праха, а вместе с ними – троих человек, которые дрожали, прижимаясь друг к другу, и глядели в небо. В небе полыхали зеленые ядовитые огни, и чем выше поднимались руины, тем лучше трое магов видели Брешь. Она была открыта.
- Создатель милостивый, это же не мы? - пробормотала Гвендолен.
Словно всего этого было мало, высоко над головами пролетел огромный дракон.
- Дракон Корифея! – воскликнул Дориан.
Гвендолен поднялась на ноги. Камни больше не шевелились, и площадка зависла высоко в воздухе. Ни слова не говоря, Гвендолен побежала в сторону, куда полетел дракон.
- Куда ты? – крикнул Алексиус.
- Там должен быть мой брат! – крикнула она, не оборачиваясь.
Она бежала так быстро, словно на самом деле сумела обуздать время и мчалась сквозь него. Дориан обогнал ее только на середине пути к руинам. Где-то позади кряхтел, торопясь, Алексиус.
Рэдрик Тревельян устал. Весь в крови, слизи, демонической плазме он шаг за шагом поднимался по лестнице, отделявшей его от Корифея. Позади осталась изрубленная туша красного дракона и поверженные призраки. Еще один призрак несся сверху, подвывая. Рэдрик, почти не глядя, рассек его мечом пополам.
Все случилось так быстро, что он еле успел сменить коня и снаряжение, вернувшись из Свистящих Пустошей. Проклятый Корифей внезапно нагрянул в Храм Священного Праха, и времени не осталось ни на что. Он даже не успел повидать сестру. Хотел позвать Дориана – но ему доложили, что Дориан уехал. А времени выяснять, куда он уехал – в Тевинтер? Как собирался? Сейчас?! – тоже не было, ни на что не было, ни на лишние мысли, ни на бесплодные сожаления…
Справа рядом с Рэдриком шла верная Кассандра, ее доспех был сверху донизу забрызган кровью. Слева через ступеньку перелетал Варрик с верной Бьянкой, у которой уже заканчивались болты, и с бомбами на поясе. Никого пока не ранили – легкие царапины в счет не шли, но Рэдрик не ожидал, что им придется биться с Корифеем втроем. Если бы хотя бы вчетвером…
Корифей уже ждал наверху. Тело Серого Стража он перекроил под себя и снова стал высоченным, исковерканным… отвратительным. Помня его любовь к выспренним словесам, Рэдрик ожидал длинной патетической речи о возвышении и божественной природе. Однако Корифей ударил сразу – должно быть, у него тоже выдался тяжелый день. Прыгая в сторону, под прикрытие остатков каменной арки, Рэдрик понял, что не успевает…