Ее лицо стало бледным, когда Майк закончил говорить, и он понимал, кто бы это ни был, это была не та Одри, которую он раньше знал.
— Не ты, — прошептал он. — Сейчас многое происходит с ее телом, и теперь у нее появился парень, а она, мать твою, совсем ничего не знает про отношения, и ей не к кому обратиться, кроме своих подружек, которые тоже, бл*дь, ничего не знают.
— Я поговорю с ней, — тут же произнесла Одри.
— Не хочу казаться придурком, но не уверен, что она готова по этим вопросам к разговору с тобой. Ты все время была раздраженной, озлобленной на многое, поглощена собой долгое время, Одри, так что. Наши дети проводят время с тобой. Они живут со мной, но проводят время с тобой. Мой совет, перестань беспокоиться о том, кто у меня может быть в постели, может это, наконец, заставит тебя осознать тот факт, что между нами все бесповоротно кончено, и начни беспокоиться о детях. Ноу скоро поступит в колледж, Рис будет следующая. Если ты будешь продолжать и дальше отгораживаться от них, не проявляя внимания, позже ты поймешь, что прорваться к ним будет все труднее. И обнаружишь, что упустила что-то ценное, чего вернуть уже будет нельзя.
— С тех пор как я встретила Дасти, я уже поняла это, Майк, — прошептала она, не сводя с него грустных глаз.
Черт, черт, черт.
— Это не моя проблема.
На это она объявила:
— Я все еще люблю тебя.
Черт, черт, черт.
— Опять, — прорычал он, — меня это не касается.
— Майк... — начала она, и он еще ближе наклонился к ней.
— Честное слово? Честное, мать твою, слово? — он выдавил из себя: — Я только что сообщил тебе, что у нашей дочери месячные, она понятия не имеет, как с этим управляться, у нее новый парень, а ты даже не спрашиваешь, с кем она встречается? Опять хочешь поговорить о себе? — Он откинулся на спинку стула. — Ничего не изменилось. Ничего. Ты что-то узнаешь о себе? Чушь. Если б узнавала, то поняла бы, что у тебя серьезные проблемы, ты дерьмовая мать, и тебе нужно ускориться, пока лучшее, что у тебя осталось в жизни — наши дети не распрощались с тобой.
Ее лицо выглядело так, будто он ударил ее, но ему было наплевать.
Вместо этого резко произнес:
— Мы закончили.
— Я не… Я не хочу, чтобы Дасти разговаривала с Рис о... — начала она.
— Поздно, — оборвал ее Майк. — Риси доверяет Дасти, и я тоже. Это уже происходит.
Одри расправила плечи.
— Я не знаю эту женщину. Мне не нравится, что она направляет мою дочь в важные моменты ее жизни.
— Вот тебе подсказка, Одри, если бы ты была настоящей матерью, твоей дочери вообще не пришлось бы обращаться к моей женщине.
И снова она выглядела сраженной, но Майк даже не обратил на это внимания. Она поняла, что он перестал реагировать на ее быстро меняющееся настроение, теперь это была не его гребаная проблема.
— Мы закончили, — повторил он.
Терпения осталось слишком мало, поэтому он с трудом наблюдал, как она берет себя в руки.
Затем она тихо сказала:
— Мне жаль. Честно говоря, Майк, я не так планировала провести этот разговор.
— Ну, получилось так. Итак, на этом все?
Она выдержала его взгляд.
Затем кивнула.
Он встал, оставив только что выпитый латте.
— Не забудь сладости, — быстро напомнила она, хватая пакет и протягивая ему.
Он секунду смотрел на пакет, жалея, что не относится к типу мужчин, которые могут молча уйти. Он был не таким человеком. Его детям нравилось всякая ерунда от «Мими», и их мать купила ее для них. Поэтому он потянул пакет к себе, но Одри не выпускала его из рук.
Бл*дь.
Его глаза обратились к ней.
— Правда, мне жаль, — прошептала она. — Честно говоря, все пошло не так, как я хотела.
— У тебя есть шанс, — сказал он ей, — ты можешь объяснить, чего ты хотела от этой встречи.
— Нам нужно быть... ближе... или что-то в этом роде. Ради детей. Нам нужно улучшить наши отношения. Я сразу сбилась с пути. И... я... ну, правда, Майк, мне жаль.
Она отпустила пакет.
Майк не спускал с нее глаз.
— Если ты этого хочешь, сначала докажи мне, что тебе не наплевать на наших детей. И советую тебе забыть о Дасти, я имею в виду не только себя. Если я услышу, что ты несешь чушь по поводу нее нашим детям или другим, черт побери, у нас возникнут проблемы. Если тебе удастся все это преодолеть, тогда мы поговорим об улучшении наших отношений. А пока, Одри, все останется так, как есть.
Она выдержала его взгляд и кивнула.
Майк закончил словами:
— Учительница английского языка говорила со мной о Рис. Она сказала, что у Рис исключительный талант, дар. Учительницу зовут Ракель Лейн. Возможно, ты захочешь связаться с ней и поговорить. Я встречусь вместе с Рис и Рокки, чтобы обсудить перспективы развития ее таланта. Если ты хочешь принять в этом участие, как ее мать, пожалуйста. Но это, скорее всего, повлечет за собой, что Рис отправится либо в частную школу для одаренных детей, либо в лагеря, и то и другое обойдется недешево. Если ты хочешь поучаствовать в этом, пожалуйста, но это означает, что ты останешься без очередных туфель. Учитывая работы Рис, которые я прочитал, если ты хочешь проявить свое внимание к будущему нашей дочери, которое она заслуживает, я бы посоветовал тебе прямо сейчас перестать тратиться на обувь.