Вот так и вышло, что как только он возник в воротах деревни, старейшина кармишт тут же повёл его за «стол переговоров». На самом деле столом оказался огромный круг из больших камней расположенный в центре деревни, но не суть. При этом всё время их пути воинственный старикан зорко следил, чтобы пришелец ненароком не коснулся ни одного камня, бубня под нос, что они принадлежат Парашураму, шестому воплощению бога Вишну, хранителю деревни. И если чужой человек ненароком дотронется хоть до одного из них, то с него возьмут штраф никак не меньше двухсот рупий. Арджун усмехнулся такому практическому подходу к религии, а потому сразу и без обиняков перешёл к делу. Результат его победы теперь шагал по горам. Всё получилось невероятно легко (в душе Арджун немного недоумевал по этому поводу), но так как старец кармишт обещал помогать во всём, то он решил не дёргаться раньше времени. «Проблемы будем решать по мере их поступления», — сам себе заявил Деон Униял.
— Следующий населённый пункт деревня Шат! — громогласно объявил их старик — проводник и они разминулись с похожим караваном навьюченных осликов, идущими узкой тропой.
Арджун поёжился от налетевшего прохладного ветра и плотнее запахнул плащ. Его не должны были видеть, пусть даже и эти посторонние люди. Немного подозрительным показалось то, что проводники поприветствовали друг друга короткими жестами и даже перекинулись парой фраз на гортанном наречии и парень поморщился. Незнание раздражало. Его разговорный пенджаби был плох. Но то, что говорили другие, он обычно понимал отлично, недаром прожил в Индии всю сознательную жизнь, а тут ни одного ясного словечка. Правда, в одной из фраз проскочило нечто похожее на «Пир Панджал» и Арджун насторожился. Теперь он более внимательно присматривался к каравану, отмечая малейшие детали, которые ускользнули от него первоначально.
…Ослики шли тяжело.
…Навьюченная на них поклажа была замаскирована брошенными сверху тряпками и коврами, но из-под материи явно проступали квадратные углы.
…Ящики. Мелькнувшее вскользь «При Панджал».
Униял похолодел от пришедшей в голову мысли.
— Куда они пошли? — резко спросил он у своего проводника, указывая на скрывшийся за поворотом горы караван, не церемонясь и хватая старика за руку.
Кармишт смешался, что тоже было подозрительно. Он не мог отказать важному белому господину, но и сказать тоже не мог. А потому залопотал что-то на своём наречии, от чего Арджун пришёл в ярость.
— Не разобрал! — чуть ли не рявкнул он. — Скажи на пенджаби!
— Пир-Панджал, — выдавил старик и парень понял, что не ослышался.
— Пир Панджал? — на всякий случай уточнил он и указал в сторону маячивших вдалеке хребтов.
Маланец закивал.
— Да! Да! Пир Панджал.
Почему-то этот идиот решил, что теперь его наниматель интересуется горными вершинами и начал тыкать пальцем во все стороны, называя хребты.
— Пир Панджал. Дхаула Дхар! — корявый старческий перст указал в северном направлении, показывая на маячившие вдалеке два белых пика. — Лахул и Спити, страна ледников. — Палец переместился к вершинам поближе, расположенным западнее. — А это Барагарх.
Ещё одна снежная гряда. Вождь так старался, что даже его пенджаби стал лучше. Арджун сердито нахмурился. Действительно, этот старик идиот! Он и без него знает карту.
— Ворота мира, — наконец торжественно изрёк кармишт, обводя окружающее пространство руками и показывая больше на клубящиеся облака, чем на горы. А потом он и вовсе заткнулся, закурив свою марихуану.
— Ворота мира, — невольно повторил Арджун последние слова, и перед глазами вдруг отчётливо встала карта: Гималаи, которые частенько называют воротами мира, хребет Пир Панджал и три границы, примыкающие к нему со всех сторон: Непал, Тибет и недружественный Пакистан…
— Чёрт меня подери! — потрясённо пробормотал он, когда художественная аллегория воспринялась им совсем в другом смысле. А старик-то прав!
Арджун новым взглядом проследил за вторым караваном, исчезнувшим в глубине гор.
…Ворота мира. Их сделка с Гурмитом и маленькая стена — пока их стена — под названием Пир Панджал. Он не мог ошибиться.