— Рэйтан! — приблизившись, мисс Эванс грациозно протянула ему руку. — А мы тебя ждём, ждём. Ушёл и пропал! Словно сквозь землю провалился.
— Я вернулся. — Рэйтан принял тонкие пальчики и галантно поднёс к губам. — Не стоило волноваться.
Оглянувшись по сторонам, он снова поискал взглядом Киару, но не нашёл. Зато заметил, что Гурмит и Арджун тоже переоделись. Мистер Вахи остался верен своему выбору светлых костюмов, а вот Арджун мудрить не стал и надел обыкновенные джинсы в сочетании с обтягивающей чёрной футболкой, так выгодно подчёркивающей его торс.
— В Гималаях темнеет около шести, а мы уже все в гирляндах, — пошутила Сандра, обводя рукой окружающее пространство. — Между прочим, пока тебя не было, мы потрудились на славу. Как тебе то, что ты видишь, мистер Арора?
Девушка указывала на украшения на носу и террасе лодки, но при этом её серые глаза смеялись, будто бы она вкладывала во фразу совсем иной смысл. И подбоченилась так эффектно. Рэйтан улыбнулся.
— Всё, что видят мои глаза — прекрасно, — расплывчато ответил он. — Взяв соблазнительницу за кончики пальцев, он подвёл её к Гурмиту и передал, словно в танце. — Поздравляю с приобретением, — с такими же многозначительными интонациями как у Сандры произнёс он. — Я имею в виду Пир Панджал, конечно.
— Конечно! — Вахи улыбался, совершенно счастливый. Намёка он то ли не понял, то ли предпочёл пропустить мимо ушей, а вот Сандра, оценив подтекст, помрачнела.
— Спасибо, Рэйтан. — продолжил друг. — Ты даже не представляешь, что сегодня для меня сделал!
— Ничего особенного. Мы заключили сделку и моя головная боль, стала твоей головной болью, — отшутился Арора. — Ты сам так сказал однажды. И всё-таки, что такого в этом клочке земли? Почему ты его так жаждешь? Я уже себе всю голову сломал, размышляя.
На какое-то время они погрузились в обсуждения достоинств и недостатков хребта, полностью отрешившись от всего мира.
— С точки зрения сельского хозяйства он, конечно же, бесполезен, — вещал Вахи. — Но если принять во внимание рафтинг, форелевую рыбалку и природу… Добавить альпинизм…
— Так, значит, всё-таки банальный туризм? Ну, ты и темнила, Гурмит! Не мог сказать сразу?
Во время их беседы Сандра была рядом, задумчиво посматривая на проплывающие за бортом виды. Темнело. Солнце золотило вершины гор, окрашивая их тем самым особым рыжевато-красным цветом, который бывает у лучей лишь при закате и в воздухе разливалась прозрачность. Это предсумеречное состояние всегда нравилось Рэйтану, больше остальных. Не удержавшись, он бросил взгляд на долину Кулу с набегающими на неё тенями и натолкнулся при этом на внимательный, изучающий взгляд Сандры. Девушка словно размышляла о чём-то. В её серых глазах светилось сомнение, и оно явно было не в выборе нового платья. А ещё он чувствовал исходящую от неё опасность, какую обычно ощущал на деловых переговорах от конкурентов-мужчин. Заметив, что на неё смотрят, Сандра кокетливо улыбнулась:
— Вот и подошёл к концу наш день на реке. Правда, жаль?
— Немного. — Рэйтан усмехнулся уголком рта, просчитывая, чтобы ещё такого спросить, чтобы подтвердить или, наоборот, рассеять родившиеся подозрения, однако громкий вопль Арджуна сбил его с мысли.
— Киара! Ну, наконец-то!!!
Широко распахнув руки, белый брат пошёл по площадке, встречая девушку и Рэйтан, взглянув в том же направлении, обомлел. Киара вышла на террасу из бокового прохода, где располагались комнаты, и в сгущающихся сумерках ему показалось, что в долине Кулу пошёл дождь. В окутывающем хрупкую фигурку девушки сари густого тёмно-зелёного цвета, Киара выглядела волшебной чаровницей. Воплощением природной свежести, горного духа и сказочного настроения, которое сразу охватило его, едва он увидел. Её сари было простым, без богатых вышивок и украшений, но оно чудесным образом оттеняло её глаза, наполняя их зеленоватыми бликами, вдобавок к имеющимся золотым. Рэйтан смотрел и не мог насмотреться. Привыкший на работе к европейским одеждам сотрудниц, сейчас он как никогда оценил красоту и грациозность родного национального наряда. Не было на свете ничего элегантнее сари и ничто не пошло бы так Киаре, подчёркивая её естественную красоту. Разве что анаркали.