- Как думаешь, на сколько лет его упекут в Азкабан? – хриплым голосом спросила я, на самом деле боясь услышать ответ.
- Если очень повезёт, то всего на пять лет. Драко многое сделал для защиты этой страны, да и убийство Мартина с применением Авады - единственное официальное убийство, совершённое им - было также совершено в целях самозащиты и защиты тебя самой. Всё это учитывается, хотя многие судьи Визенгамота с большим удовольствием, что они и не скрывают, посадили бы его в Азкабан на пожизненный срок. Драко совершил множество убийств, десятки, а то и сотни раз прибегал к использованию запрещённых заклинаний, но к счастью это почти невозможно доказать. Выживших свидетелей практически нет. Остальные Пожиратели лишь высказывают свои догадки и мнения, не более, и их не могут принимать в качестве доказательств, ведь по факту отсутствуют живые воспоминания, где мой брат засветился в битвах. Он сокрыл от всех даже свои воспоминания, подчистив их ещё перед финальной битвой. Это во многом и спасает его, - рассказала Лестрейндж, встретившись со мной взглядом.
- Пять – это не так уж и много, - закусив губу, задумчиво произнесла я.
- Ты хочешь его дождаться? – спросила проницательная дочь Пожирательницы Смерти.
- Хотела бы, но нужно ли это ему сейчас? Он ни разу не подпустил меня к себе, не вышел на встречу. Да и будет ли нужно, когда он вернётся спустя n-ное количество лет? - бегая взглядом по комнате, раздосадовано сказала я.
- Никто не знает. Сейчас я знаю лишь одно: он решил отгородиться ото всех, а тебя он отпустил. Он знает, что быть вам вместе сейчас не дано. Что будет в будущем, в любом случае не знает никто, - на удивление спокойно, но одновременно с тем пристрастно ответила Лестрейндж, после чего, неожиданно, сказала следующее, - Живи так, как сочтёшь нужным. Я люблю своего брата. Правда. Он, пожалуй, единственное, что у меня сейчас осталось, но в скором времени его не станет рядом, и надо как-то жить своей жизнью. И мне, и тебе. У тебя скоро появится ребёнок, и твоя жизнь полностью изменится. Не известно, что будет спустя годы. Да и, как бы ни прискорбно это произносить, вернётся ли Драко вообще. В Азкабане слишком много Пожирателей, жаждущих его убить. Ты можешь посвятить лучшие годы своей жизни на его ожидания, но вернётся ли он и оценит ли эту жертву? Будет ли она ему нужна спустя годы? Ведь он может и измениться; никто не может сказать наверняка. Ты можешь потерять эти годы, потратив их впустую, но, быть может, они окупятся с лихвой. Я знаю лишь одно - он любит тебя, но стоит ли так жертвовать и ждать его, сделав ставку на туманное будущее или попытаться жить своей жизнью, решить лишь тебе.
- Я и сама об этом всё время думаю, - выдохнув, тихим голосом призналась я.
- Порой, чтобы быть счастливой, нужно стать эгоисткой…
Кассандра пробыла у меня недолго. Уже спустя ещё минут пять девушка покинула мою палату, пожелав мне скорейшего выздоровления и оставив один на один с новыми, терзающими меня помыслами о будущем, которое я должна была выбрать для себя. В этом вопросе не могло быть верного ответа или подсказок. Этот тяжкий выбор я должна была сделать сама, но разве это легко?!..
Не знаю, как Малфою удалось замести следы настолько ловко, что никто не сумел доказать его причастность к смертоносным сражениям с Пожирателями смерти во время их массовых нападений. Предполагаю, что здесь постарались его оставшиеся на свободе бойцы. Они сработали ловко, очень ловко, настолько, что ни один обвинитель, подозревая причастность парня во множествах убийств, так и не сумел предъявить на суде прямых доказательств его вины. Лишь косвенные улики, мнения и подозрения, которые никак не могли быть использованы против Драко. Даже воспоминания Долохова ввиду отсутствия его личных стычек с Драко не имели силы. Каждый день я жадно вчитывалась в газеты, внимательно просматривая каждую статью, но ничего так и не изменилось. Драко по-прежнему обвиняли лишь в применении Авады Кедавры в момент убийства Пожирателя Смерти и предводителя армии тёмных магов, Мартина Бернара, хотя ни одна газета не лишила себя удовольствия дополнить статьи о Малфое подозрениями, слухами и мнениями о его тёмных делах. Хотелось, чтобы этот кошмар поскорее закончился. Все мы уже устали ждать вынесения приговора. Теперь, когда все мы знали, что оставалось совсем немного, время, казалось бы, стало тянуться ещё медленнее, и это сводило с ума. Но и эти долгие дни наконец-то прошли. Наступила пятница, долгожданный для многих день последнего, окончательного слушания и вынесения приговора Драко Малфою. Я ждала его куда сильнее других. Со страхом и даже ужасом я ожидала этого дня, и вот он наступил, но, словно в насмешку надо мной, мои страхи исчезли. Я ничего не ощущала в то утро, лишь холод и абсолютное безразличие к происходящему. Это был единственный раз, когда мне и самой показалось, что я действительно стала похожа на Малфоя. Сейчас я была уверена, он смирился, что заключения в Азкабане ему не избежать. Драко стало просто всё равно.
Проснувшись ближе к полудню, я обнаружила сидевшую на крае моей кровати Джинни Уизли. Приподнявшись, я заметила ещё одного гостя, Гарри. Он сидел на стуле возле стены, наблюдая за мной.
- Давно вы здесь? – усевшись, спросила я, приподняв подушку и подложив её под спину, после чего я откинула волосы с лица, заправив непослушные пряди за уши.
- Минут пять, - улыбнувшись уголками губ, ответила Джинни, - Мы только пришли. Нам сказали, что ты ещё спишь, и мы решили дождаться твоего пробуждения.
- Могли бы разбудить, - пожав плечами, ответила я.
- Была такая мысль, - усмехнувшись, сказал на это Гарри, - но мы всё же решили не тревожить тебя.
Ничего не ответив, я осмотрела их. Мне не сразу бросился в глаза их внешний вид: более строгий стиль одежды. Кинув взгляд на часы, я поняла, что друзья решили навестить меня перед тем как отправятся на суд над Драко. Поджав губы, я глубоко вздохнула.
- Мы всё расскажем тебе, как только суд закончится. Первым же делом отправимся сюда, - тихим, успокаивающим голос произнёс мальчик-который-выжил.
- Спасибо, - лишь кивнула я в ответ. Ещё два дня назад я заявила, что отправлюсь на окончательный суд, вот только мои слова вызвали бурный протест. Все, начиная от Гарри и заканчивая миссис Уизли, были против такой моей вылазки. Они боялись, что прямо там у меня может случиться очередная истерика. В результате ими было решено, что кто-то останется со мной на время суда, чтобы я не оставалась без присмотра и не выкинула никаких фокусов. Я понимала, что они заботились обо мне, вот только меньше всего я хотела бы отсиживаться в больничной палате, вдали от него, лишённая возможности быть может даже в последний раз увидеть Драко.
- С тобой побудет Флёр. Она сейчас подойдёт, - сказал Гарри.
- Хорошо, - выдохнув, ответила я, - но этого не понадобится. Я попросила медсестру дать мне снотворное зелье. Пусть лучше я узнаю всё после, когда всё уже закончится, - рассказала я, потупив голову и кинув взгляд на флакон, стоявший на тумбочке.
- Быть может, так будет даже лучше, - встретившись со мной взглядом, сказала на это Джинни, хотя по её лицу я видела, что девушка была удивлена моим выбором, моим бегством от мучений ожидания приговора, - Ладно, мы, наверное, пойдём. Время не ждёт, - добавила спустя минуту молчания рыжеволосая красавица, кинув мимолётный взгляд на часы, стоявшие на тумбочке подле кровати.
- Мы прибудем, как только всё закончится. Держись, - сказал Гарри, подойдя ко мне и взяв меня за руку. Я ничего не ответила, лишь коротко кивнув, после чего друзья ушли. Я не хотела с ними говорить. Меньше всего мне хотелось видеть их сочувственные взгляды, отчего в последние дни я была уже не рада гостям. Сейчас мне хотелось лишь одного: начать реализовывать свой план. Стоило им выйти, как я села, спустив ноги на пол, и выдвинула нижнюю полку тумбочки, решив начать реализовывать его. Я не собиралась отсиживаться. Я должна была быть там, на этом чёртовом суде. Ещё вчера я придумала, как всё переиграть. Я уговорила Винки помочь мне: нацепить парик и пару часов пролежать в моей больничной койке, притворяясь спящей, и она согласилась на это. Сама же я, также приняв оборотное зелье и переодевшись в повседневную одежду одной из медсёстр, которую Винки также выкрала из шкафчика женщины, собиралась отправиться в Визенгамот. Достав одежду и небольшую сумочку, я неспешно начала переодеваться. Бордовый деловой костюм женщины был немного велик мне, но в скором времени оборотное зелье должно было исправить эту проблему. Оставалось лишь дождаться Винки. Взяв с тумбочки флакон, в котором на самом деле было успокоительное, я сделала несколько больших глотков, после чего спрятала флакон в чёрную сумочку и, на мгновение закрыв глаза, шумно выдохнула. Не успела я открыть их, как кто-то начал усиленно дёргать меня за рукав. Открыв глаза, я с лёгкой улыбкой произнесла: