- Разве его можно заставить совершить подобное?! Вряд ли он вообще захочет возвращать теперь эмоции, - сказала гриффиндорка, став потирать висок с левой части головы. От в очередной раз навалившегося на неё за день она стала ощущать головную боль.
- Захочет, если вспомнит, как хорошо вам было вместе. Вы же, как ни прискорбно смотреть на пару аристократа и грязнокровки, любили друг друга, - сказала девушка, закатив глаза. - Для него ты слишком многое значила, оттого он и не сумел сам пережить ваш разрыв, совершив такое. Если ты будешь рядом, напомнишь ему, как вы любили друг друга и как многое это значило для вас обоих, есть шанс, что он захочет вернуть всё назад, но лишь если будет, что возвращать, - прямо сказала дочь Пожирательницы, посмотрев в глаза гриффиндорке.
- Я не знаю. Мне тяжело осознавать, что он убийца, что он лишил жизни стольких…
- Если по-настоящему любишь, то сможешь принять человека таким, какой он есть, будь он хоть вором, хоть убийцей, хоть самой последней мразью в этом мире, но ты отвернулась от него, а значит недостаточно любила, - скрестив руки на груди и отведя взгляд в сторону, с укором в голове произнесла Лестрейндж.
- Ты не была на моём месте, и не берись судить. Мы с ним разные. Я воевала год назад за то, чтобы люди могли жить спокойно, чтобы прекращались гонения и убийства, а он несёт смерть! Разве я могу быть с человеком, который живёт с прямо противоположными взглядами на жизнь, неся зло, - горько усмехнувшись, сказала девушка.
- А так ли ты много знаешь о нём? Зло, - особо выделив последнее слово, заговорила спустя пару десятков секунд молчания Кассандра. - Он Пожирателей убивает. Война идёт между двумя группами тёмных магов. Он не убил ни одного не имеющего к ним отношения человека, лишь тех, кто вставал на пути. Много ты сама-то знаешь о его жизни и его мотивах, берясь судить?!
- Я видела достаточно…
- Да, - вновь перебила её Кассандра. - Битву в Хогсмиде, где Малфой и его отряд пытались остановить очередные убийства невинных граждан, ценой жизни смертников. Драко действительно теперь наихудшее зло, неправда ли? – чуть наклонив голову и с неким отвращением смотря в глаза девушке, сказала Лестрейндж.
- Почему они сражались против Пожирателей и пытались спасти граждан? – спросила гриффиндорка, отведя взгляд. Ей не удалось выдержать взгляд чёрных глаз, так напоминавших ей глаза её прежней мучительницы.
- Потому что не все Пожиратели захотели в своё время возвращаться к войне и прильнули к министерству, став с ним сотрудничать, а в ответ получили гонения и убийства своих родных. Здесь не было выбора, выбор был лишь жить или умереть, и мы выбрали жизнь, став убийцами. Не всегда всё так просто, как кажется на первый взгляд, не всегда оставляют выбор. Порой его делают за нас, - ответила на это Кассандра, после чего глубоко вздохнула, - Думаешь, мне хочется сейчас обслуживать больных в лазарете, не имея даже возможности податься куда-либо и спокойно жить?! Я прежде планировала стать в Сайлемском институте ведьм профессором трансфигурации, училась на это, практиковалась, а в итоге вынуждена была бежать, пока меня не поймали и не заточили в холодный подвал, где пытали через день месяцами до тех пор, пока я не сбежала. Думаешь, выбор был у Малфоя?! Спроси его хоть раз, что подвигло его совершить первое убийство. Из-за чего он стал убийцей и как дошёл до всего этого. Поверь, ты много нового узнаешь о нём, после чего уже по-иному будешь смотреть на многие вещи, золотая девочка Хогвартса, - пренебрежительно сказала дочь Пожирательницы, рассказав девушке те моменты своей жизни, вспоминать которые ей хотелось меньше всего.
- Как я могу заставить его поговорить со мной о былом?! Заставить его вспоминать прошлое? – тихо спросила гриффиндорка, вновь посмотрев на Кассандру, взгляд которой теперь был устремлён в окно.
- Тебе виднее. Ты же лучше его знаешь, чем я. Мы с Малфоем до этой встречи не виделись прежде несколько лет, ты же была с ним рядом все последние месяцы. Найди ту нить в разговоре, в поведении, что заставит его заговорить с тобой о былом, заставит его вспомнить прошлое. Можешь даже давить на больное, лишь бы он начал вспоминать, окунулся в прошлое, - подсказала девушка, после чего перевела взгляд на Гермиону. - Я здесь бессильна. Он не хочет со мной говорить, да и нет у нас ничего настолько общего, кроме воспоминаний из детства, что могло бы пробудить в нём чувства. Те же воспоминания года уже давно стёрли в эмоциональном аспекте, оставив в памяти лишь картинки и лёгкую ностальгию. Пожалуй, единственный человек, кто может сейчас задеть его за живое, это ты, - сказала черноволосая красавица, смотря прямо в глаза собеседнице. Отведя через несколько секунд взгляд, гриффиндорка закрыла глаза. Как бы тяжело не было осознавать, но сейчас жизнь и судьба Малфоя действительно во многом зависели от неё. Лишь она могла снова вернуть ему настоящую жизнь…
***
- Я могу с тобой поговорить? – зайдя в комнату парней, где проживали бывшие слизеринцы, с порога спросила девушка, посмотрев на лежавшего на кровати с книгой в руках Нотта.
- Да, - ответил тот, вставая.
- Привет, Гермиона, - улыбнулся ей Гойл, также валявшийся на кровати с каким-то журналом, посмотрев на девушку.
- Привет, - кивнула ему гриффиндорка, после чего перевела взгляд на Теодора, который уже встал с кровати и натягивал поверх рубашки свитер.
- Пойдём, - сказал парень, после чего Грейнджер, снова переглянувшись с Гойлом, вышла из комнаты. - Давай в коридоре возле окна тогда поговорим, - предложил Нотт, идя впереди девушки.
- Давай. Главное, чтобы нас не услышали, - ответила гриффиндорка, стараясь не обращать внимания на взгляды всех тех, кто был в гостиной. Молча следуя за парнем, уже спустя пару минут девушка пришла на место.
- Будешь садиться на подоконник? – спросил слизеринец, повернувшись к ней.
- Нет. Я постою, - облокотившись спиной о стену, ответила девушка.
- Тогда извини, ибо за день устал, - произнёс парень, запрыгивая на подоконник. - Ты ведь о Малфое хотела поговорить? – посмотрев на Гермиону, прямо спросил слизеринец.
- Да. Ему нужно вернуть эмоции, и я не знаю, как подобраться к нему, что сделать, - пожав плечами, ответила гриффиндорка, ощутив свою беспомощность.
- А мне нужно с ним помириться. Это более сложная проблема, иначе он убьёт моего отца, а после сегодняшнего доверие Малфоя ко мне явно снизится, - бегая глазами, сказал парень, устало вздохнув.
- Сегодня он ставил мне ультиматум, чтобы я посодействовала ему в освобождении от всех притязаний авроров на его счёт, - рассказала девушка, посмотрев на слизеринца.
- Чем шантажировал? Матерью? – догадался Нотт.
- Да. Сейчас он действует лишь с помощью бездушной и безэмоциональной логики. Моя мать, да и я тоже, стали для него всего лишь пешками в достижении целей, - опустив голову, сказала староста.
- Но ты по-прежнему хочешь спасти его, - горько усмехнувшись, сказал слизеринец.
- Он же на самом деле не такой. Таким сделала его тёмная магия…
- Ты плохо его знаешь. Малфой жесток, честолюбив, расчётлив, способен идти по головам. Тебя и твою мать он не трогал потому что любил тебя, а так он куда жёстче, чем кажется. Хотя таким и должен быть лидер стаи шакалов, как он нас сам и прозвал, - рассуждая, медленно произнося слова, проговорил Нотт, уставившись в одну точку, после чего моргнул и снова посмотрел на девушку. - Думаешь, есть шанс вернуть ему чувства?
- Стоит попробовать. Я бы хотела, чтобы вернулся тот прежний Драко, - тихо призналась гриффиндорка, закусив губу.
- Значит, попробуем, - сказал Теодор, на что девушка посмотрела на него, встретившись с парнем взглядом. В очередной раз слизеринец и гриффиндорка объединялись, в очередной раз жизнь подтолкнула их к союзу, где два столь разных человека не могли обойтись друг без друга. В очередной раз на их плечи ложился тяжёлый груз, и рассчитывать они могли только на себя…
***
Лишь спустя пару минут Малфой открыл дверь Выручай-комнаты, выйдя в коридор в одних только брюках.
- Чего тебе? – бросил он, смотря на бывшего друга, стоявшего напротив с засунутыми в карманы руками.