Адриан знал, что она ошибается. Это его приняли на улице за Раджа. Но сколько времени отпущено этим людям? Что, если в этой реальности Радж Марвари еще жив?
— А почему бы вам не поймать его и не устроить самосуд? — тихо спросил он.
— Пробовали. — Джия сплюнула в пепельницу. — Его друзья тогда так наших парней избили, что те еле ноги унесли. Больше не пытаются.
На этом беседа Адриана с Джией подошла к концу. Он хотел бы ей не верить, но понял, что это будет самообманом. Вспомнил, как Радж жаловался, что его, якобы, случайно, посадили за решетку, где сокамерник нанес ему смертельную рану заточкой, из-за которой он и попал в Чистилище. Тогда Адриан пожалел его и посочувствовал, но теперь покидал поселок с истинными знаниями о том, каким образом Радж Марвари оказался в тюрьме.
Двигаясь в неизвестном направлении, Адриан почти физически ощущал перемены в самом себе. С недавних пор он ненавидел себя за зло, что причинил людям, но больше всех жалел Раджа. Ведь, по сути, тот не сделал ему ничего плохого. Он просто хотел домой, к любимым жене и сыну, а он так грубо лишил его этой возможности. Но сейчас, зная настоящую историю, внутренний голос Адриана пытался достучаться до его сердца. Он просил его перестать винить себя в смерти Раджа. Столкнув его, Адриан, возможно, спас жизни десятка или более людей. Он спас, сам того не подозревая, настрадавшуюся Шанайю и ее запуганного сына.
Любой поступок несет за собой последствия. После того случая Адриан думал, что лишил жизни невиновного, но теперь понял: это не так. Позволь он ему тогда вернуться, и открыл бы величайшему злу дверь в беззащитный мир. Адриан и себя не считал достойным жизни, но сердце, наконец, сбросило тяжелый груз. Он простил себя. Простил за то, что убил Раджа. Простил потому, что невинные не должны страдать. Сохранив ему жизнь, он отнял бы ее у других. У людей, которых не за что жестоко наказывать.
Адриан не сразу заметил, как в руке появилась бумажка. Остановившись и развернув ее, он прочел:
«Уровень 5: Пройден»
Никак не отреагировав на текст, Адриан сунул листок в карман. Окружающий мир растворился, сменившись туманным городом. Едва мужчина открыл глаза, как тут же услышал:
— Поздравляю, друг! Ты, наконец-то, узнал правду. Что ж, нет больше смысла притворяться. Давай поговорим по-мужски?
Посмотрев влево, Адриан почувствовал дрожь в ногах. Радж, злобно ухмыляющийся, крепко держал плачущую Эмму, прижимая нож к ее горлу. У их ног лежал Кадыр с перерезанным горлом.
XXIV. Корень зла
Жестокое лицо ухмылялось. В глазах не нашлось ничего человеческого: ни жалости, ни обиды, ни радости, ни даже ненависти. Они излучали нечто темнее, чем тьма, и страшнее, чем месть. На Адриана смотрели глаза хладнокровного убийцы. Того, кто убивает просто так. Того, кому смерть и горе приносят радость и наслаждение. Если еще вчера Адриан вспоминал о Радже как о человеке с чистой душой, чье желание отомстить было оправдано, то теперь увидел в нем мальчика, издевающегося над котенком; мужчину, избивающего и насилующего собственную беременную жену.
Много лет Адриан Домингес считал себя воплощением зла, хоть и не признавался в этом даже самым проверенным людям. Большой бизнес сделал из него расчетливого, холодного и жестокого человека, готового идти по головам к поставленной цели. Он избавлялся от тех, кто вставал у него на пути. Среди них оказалась даже девушка, на которой он хотел жениться. Узнав о предательстве, Адриан велел своим людям ее убрать. Он уже много раз пожалел о поспешности принятого решения, и если Мортем действительно дала ему шанс изменить ситуацию, и Изабель жива, Адриан никогда этого не забудет. Только в этом мире он понял, что никогда не любил ту женщину, но, так или иначе, никто не давал ему права лишать ее самого дорогого, что может быть у человека — жизни.
С Раджем было по-другому. Адриан относился к нему, как к другу, и чувствовал отдачу. Они вместе преодолевали трудности, рассказывали о себе, как ему тогда казалось, без утайки. Но только теперь, глядя на этого человека, Адриан понял, что каждое слово Раджа было ложью. Он ничего о нем не знал, кроме имени. И, наверняка, подружились они тоже неспроста. Души обоих не были чистыми, но Адриан и не подозревал, сколько грязи на душе так называемого друга.