От этой мысли его передернуло.
Самира и Кадыр двигались рядом, но молчали. В голове Самиры совсем не было мыслей, а Кадыр в глубине души мечтал разорвать на части каждого члена их маленькой группы. За короткое время они успели его взбесить. Как они смеют?! Хотя бы имеют представление, кто он такой? Почти олимпийский чемпион, великолепный пловец! А этот плешивый, рано состарившийся янки грозился его утопить! Ха, пусть попробует! Бросив испепеляющий взгляд на Алана, Кадыр прибавил шаг.
Город приближался. С каждой секундой шаги идущих теряли уверенность. Только двое не сбавили темпа: воодушевленный грядущими приключениями Адриан Домингес и злой на всё и вся Кадыр Сапаров. Эмма, заметив, как Самира ускорилась в надежде догнать Адриана, прибавила шаг и за три секунды поравнялась с ним. Мужчина бросил на нее короткий взгляд, но никаких реплик не последовало.
Наконец, туман обнажил городские ворота и крыши домов. Вправо и влево от ворот (путники не знали, каким образом в этих местах вычисляются стороны света) протянулась каменная стена средней высоты, кое-где обрушившаяся. Засыпанный осколками стены ров без намека на воду окружал город, через него был перекинут деревянный мост, не внушающий доверия. Сами ворота оказались наглухо запертыми.
— Что-то не похоже это место на Сайлент Хилл, — шепнул Симон Эмме, которая уже успела поделиться с ним страхами.
Девушку этот вывод нисколько не успокоил. Похож или нет, но мрачности у городка не меньше.
Люди остановились в нерешительности. Ни у кого не возникло желания ступить на ненадежный мост. Алан Саммерли, подойдя к нему, осторожно нагнулся и посмотрел в ров. Он оказался неглубоким, но об камни, лежащие на дне, можно в случае падения легко переломать себе кости. Напрягшись, мужчина отошел на шаг назад. Заметно продрогший Адриан Домингес, растирая плечи холодными ладонями, подошел к мосту.
— Придется рискнуть, — сказал он. — Другого способа перебраться через ров я не вижу. — Он оглянулся. На лице появилась ухмылка. — Разве что кто-то из нас умеет летать.
— А так ли обязательно через него перебираться? — прохныкала молчавшая до этого Рейчел. — Может, вернемся?
Симон мысленно согласился с ней.
Адриан повернулся всем телом и с укором посмотрел на девушку.
— Это, — он махнул рукой, — единственный признак возможной жизни здесь, дорогая. Не знаю, есть ли в этом месте другие города, и как долго до них идти. Если ты не заметила, я почти голый, и мне холодно. Как тебе и всем, кто легко одет. Кадыр не будет все время ходить в чужом пальто, ему нужна другая одежда. А еще не забывай о том, что мы скоро проголодаемся. У тебя с собой рюкзак с бутербродами и горячим чаем?
— Замолчите! — выступила вперед Татьяна, закрыв собой Рейчел. — Прекратите пугать девочку!
— Я ее не пугаю. — Голос Домингеса стал тише, но холоднее. — Всего лишь объяснил ей и каждому, до кого еще не дошло: мы не в мегаполисе. Здесь надо выживать самим, а не ждать спасателей, которые не приедут.
Развернувшись, он быстро зашагал по мосту. Сырая древесина жутко заскрипела, но ни одно бревно не сломалось. Мост выдержал.
Следующей ступила на хрупкую переправу Эмма, бесцеремонно подвинув Самиру. Двигаясь как можно осторожнее, девушка без происшествий пересекла ров. За ней перешел Алан, потом Татьяна, Кадыр, Рейчел; предпоследней по мосту прошла Самира. Остался только Симон. Дойдя до середины моста, парень в ступоре остановился.
— Я не пойду дальше! — в панике завопил он.
Остальные посмотрели на него с недоумением.
— Давай же! — Татьяна протянула руку. — Не бойся.
— Не пойду!
Рассердившийся Адриан взошел на мост и сделал два шага по направлению к парню, как вдруг дерево затрещало. Мужчина резко отскочил назад. Обезумевший Симон закричал и ринулся вперед. Стоя на самом краю рва, Адриан протянул ему руку.
— Хватайся!
Рука Симона схватила воздух в миллиметре от его пальцев. С шумом рухнул мост на каменистое дно. Отчаянный крик эхо разнесло по округе. В один миг все стихло. Оцепеневшие люди боялись даже вздохнуть. Адриан, все еще нависая надо рвом с вытянутой рукой, посмотрел вниз. На камнях, придавленное двумя бревнами, распласталось тело. Вдруг оно потускнело, а потом и вовсе растворилось.