— Ну и пусть!..
— Нет, не «пусть»! Мне нужен мужчина, а не тряпка!..
— Шеннон...
— Пусти! Я ухожу!..»
Она сглотнула и опустила глаза. Алан никогда не был альфа-самцом, супергероем или «денежным мешком». Он всегда был просто Аланом — неприметным мужчиной, мечтающем о мире во всем мире и, тем не менее, занявшемся разводами. Он наивен, доверчив, ему трудно принять решение. Но все же он Человек. Жаль, что Шеннон поняла это так поздно.
— Хорошо. — Она посмотрела на Хлою, затем набрала номер на мобильном. — Я займусь этим.
Через несколько минут Шеннон сообщила, что Хлоя Грин включена в программу по защите свидетелей до тех пор, пока преступления и махинации ее мужа не будут раскрыты, а сам он не сядет за решетку. Утренним рейсом Хлоя улетит в Техас, где некоторое время поживет под другим именем и под охраной ФБР. За ее мужем установят слежку, и в один прекрасный день он и его любовница попадутся с поличным. Этот человек уже неоднократно привлекался за воровство и покушение на убийство, осталось лишь дождаться следующего раза.
Ночь принесла Алану райское наслаждение. Под ним извивалось разгоряченное тело любимой женщины, то шепчущей, то кричащей его имя. Для всех она агент Райли, и только для него — Шен. Милая, прекрасная Шен, которая утром навсегда упорхнет из его квартиры и из его жизни. Но пока не время об этом думать. Важно, что происходит сейчас. А сейчас он счастлив.
Ранним утром, как показалось Алану, он проснулся от холода и запаха сырости. Открыв глаза, решил, что все еще спит. Над ним, несомненно, был потолок его комнаты, но выглядел он иначе. Грязный, местами обвалившийся. Там, где должна висеть люстра, из дыры торчали два кривых провода. Вокруг стоял погром. Сев, Алан увидел, что кровать перекосило, а белье оказалось грязным и сырым. Мужчина соскочил на пол и тут же наступил на острый камешек. Ничего не понимая, Алан принялся озираться в поисках одежды. Нигде не обнаружилось даже стареньких брюк. Сморщившись от отвращения, он обмотал вокруг пояса простыню и подошел к разбитому окну. Вопреки ожиданиям вместо третьего он оказался на первом этаже, однако улица снаружи сильно отличилась от улицы, на которой он проживал. Пустая, без привычных зданий, людей, машин... Внезапно Алан заметил на подоконнике сложенный вдвое листок. Взяв и развернув его, он прочел:
«Уровень 1: Пройден»
Ничего не понимая, Алан снова уставился в окно.
VII. Вершители судеб (Часть II)
Али пришел утром. Первым, что увидела Самира, разлепив веки, стали его толстые короткие ноги.
— Поумнела? — хрипло спросил муж.
Самира промолчала. Лежа в грязи с ошейником на шее, она не захотела поднимать головы. В горле пересохло, но хлебать из собачьей чашки она не станет. Лучше смерть, чем такой позор.
— Эй! — Али пихнул жену носком в бок. — Ты там не сдохла?
Самира пошевелилась, и муж тут же схватил ее за волосы.
— Я тебя спрашиваю: поумнела? — взревел он.
Было больно, страшно, стыдно.
— Да... — пробормотала Самира, боясь, что Али оставит ее на цепи на неопределенное время.
— Вот и хорошо. — Муж бросил ее обратно в грязь. — Полежишь до вечера, а там видно будет.
У Самиры не хватило сил даже заплакать.
День протекал мучительно долго. К обеду Самира, плюнув на брезгливость и стыд, припала к собачьей чашке и осушила ее до дна. Вода оказалась противной на вкус, но все же стало легче. Старшие жены, то и дело выходящие во двор по разным делам, в голос хохотали над младшей, как и их глупые дети. Самира всякий раз отворачивалась от них и молчала, а в душе ее переполнял гнев. Она мечтала разорвать на сотни маленьких кусочков каждого, но пока эти мечты оставались бесплотными, и вряд ли когда-нибудь будут приведены в действие.
Вечером, как обещал, Али пришел за своей женой. Велев Фирузе наполнить водой корыто во дворе, освободил Самиру, бесцеремонно сорвал с нее одежду и заставил смыть с себя грязь. Мыться пришлось долго. Кипя от злости, Фируза четырежды сменила воду в корыте, и, наконец, процесс завершился. Бросив Самире грубое полотенце, Фируза ушла в дом.
Весь вечер Самира просидела в своей комнате. Услышала, как Али сообщил женам, что завтра к нему в гости пожалует Хаким — торговец, с которым Али решил заключить какое-то дело. Самира напрягла память. Хаким... Знакомое имя. Где же она его слышала? И вдруг девушка вздрогнула всем телом: это же тот самый человек, который сбил, — то есть, собьет, — на машине муллу Мустафу! Когда это случится? Завтра. Завтра мулла погибнет под колесами его автомобиля!