Испытания. В настоящий момент она пытается пройти второе.
Дабы убедиться в том, что ей все-таки не приснилась туманная местность, Татьяна включила старенький компьютер и вышла в интернет. Набрала в поисковой строке «Адриан Домингес». Перед ней открылось немало ссылок, содержащих в себе информацию об этом человеке. Посетив несколько сайтов, женщина убедилась, что Адриан — реальная личность. На фотографиях он выглядел точно так же, как в ее воспоминаниях. Слезы подступили к глазам. Если те люди существуют на самом деле, то ее место — среди них. Все, среди чего она жила последние дни, иллюзия. Мечты. Рай. Но готова ли она отказаться от жизни ради сомнительной перспективы быть счастливой после нее? Вдруг все это исчезнет, как только она сделает выбор?
«Владимир умер, — твердо сказал внутренний голос, — а Юра никогда не рождался. Не цепляйся за мечту, живи настоящим».
Больнее всего уходить, даже не попрощавшись. Но, с другой стороны, что она им скажет? «Извините, вы ненастоящие. Я ухожу в мир-призрак». Нет, лучше просто исчезнуть. Тихо, без слез и объяснений. Так она и поступила. Вышла из комнаты, но не в коридор, а в туманный мир. Поняв, где находится, Татьяна освободила боль и выплеснула ее в слезах. Сердце жестоко резюмировало: «Третьего раза не будет».
Примерно в то же время, когда Татьяна читала газету, Кадыр Сапаров изумленно смотрел на фотографию популярной эстрадной певицы, на которую случайно наткнулся в интернете. Стройная блондинка, ярко накрашенная, но все же знакомая. Он мог бы поклясться, что они прежде встречались. Сейчас девушка выглядела иначе, но это она.
Джемма. Даже имя похожее. Кадыр зажмурился и от всей души пожелал вспомнить, как ее зовут на самом деле. Вдруг голову пронзила мысль: Эмма. Да, Эмма!
Теперь, глядя на фото, Кадыр собрал воедино кусочки паззла. Одно за другим, события сформировались в целое и вернулись к нему в виде воспоминаний. Эмма, Адриан, Самира, Татьяна, Алан, двое погибших ребят... туманный мир, жуткая девочка. В какую-то секунду Кадыр вспомнил все, и пелена упала с глаз.
— Я всегда мечтал участвовать в Олимпиаде, — сказал Кадыр родным, собрав их вместе в своем номере. — Потратил много времени на тренировки, жил только плаванием. — Он посмотрел на Айзаду. — Я не ценил твоих чувств. Ты была просто дополнением к моему образу, а я не мог себе признаться, что влюбился по уши. — Парень перевел взгляд на родителей. — Вы хотели для меня только лучшего, и я благодарен. Но все же я был плохим сыном. Избалованным, капризным, требовал от вас невозможного, ничего не отдавая взамен. Только пустые слова о том, что, когда выиграю золото в Олимпиаде, мы разбогатеем и заживем, как голливудские звезды. Но я не достоин ни золота, ни такой жизни. Я получил медаль потому, что мечтал о ней, а не потому, что заслужил. Чтобы стать чемпионом, недостаточно одной мечты. Нужен труд, и немалый. Люди, добившиеся спортивной славы, пожертвовали многим ради нее. Но я понял, что не хочу жертвовать вами. Мне не нужна победа. Не нужна слава. Мне нужна семья. — Он снова посмотрел на Айзаду, в глазах которой заблестели слезы. — Если я вернусь, то женюсь на тебе. Не обещаю роскошной жизни в Европе, но клянусь, что буду хорошим мужем и отцом нашим детям. — Затем посмотрел на родителей. — С большим спортом покончено. Если вернусь, устроюсь на работу тренером и буду учить детей. Я рад, что попробовал вкус победы. Это помогло мне осознать свои заблуждения.
Слезы наполнили глаза, и в эту же минуту комната стала растворяться. Вскоре осталась только дверь, в которую вошел Кадыр, зная, куда она приведет. Грустно расставаться с родными, но все же часть его радовалась, что балласт, наконец, сброшен.
Алан Саммерли не сомкнул глаз, дожидаясь прихода жены. Шеннон обязана объясниться! Когда входной замок, наконец, щелкнул, мужчина подскочил и почти выбежал в прихожую.
— Ты не спал, — сердито подтвердила жена, снимая с ног туфли-лодочки. — Алан, я же просила...
— Откуда в нашем доме камеры, и зачем они здесь нужны?
Шеннон выпрямилась. Ее взгляд сделался недоумевающим.